Личности

Джон накинул на себя куртку-косуху и посмотрел в зеркало. Кэссиди оценил наряд и показал большим пальцем знак «класс». На часах било десять, они опаздывали, но вся ночь была впереди, да и Джон немного боялся туда идти. Они были готовы к фразам на подобии : «Смотри, псих явился на вечеринку». Кэссиди даже надеялся на небольшую драку с друзьями Стивена.

В дверь постучали, Джон решил, что Чарли не выдержала и все же зашла за ними.

— Ну что за недоверие? — возмутился Кэссиди.

Парень открыл дверь. Внутри все сжалось. На пороге стояли санитары в больничных одеяниях, которые схватили Джона за руки и потащили в карету скорой помощи.

— Что за хрень!? — закричал Кэссиди.

— Я говорил, Джон, что вылечу тебя. Я лишь помогаю.

Хоуп повернулся и увидел самодовольное лицо Эдварда Френсиса.

Джон вырвался из своей куртки и кинулся вперёд в одной серой футболке и джинсах. Санитары догнали. В самой машине врач достал огромный шприц с прозрачной жидкостью и ввёл иглу под кожу парня.

Кэссиди проснулся, когда уже был привязан ремнями к кушетке. Снова.

— О, мистер Хоуп, вы очнулись, можно приступать.

— Чего?

Кэссиди не понимал, что происходит, он даже не мог до конца раскрыть глаза.

— Шокотерапия.

— Твою мать.

И тут до него дошло, сейчас их будет бить током до того пока не сочтут здоровым. Кэссиди был рад, что Джон ещё в отключке, и возможно там, внутри не почувствует всю боль. Но затем он задумался. Их бедная голова пострадает гораздо больше, Джон, возможно, и погибнет там, в голове, в сознании.

— Джонни, подъем!

Кэссиди приложил все силы, чтобы поднять Джона, как только тот вылез наружу, сам Кэс спрятался как можно глубже.

— Что тут происходит? — очнулся Джон.

— Я же говорю шокотерапия.

К вискам прижали электроды. И вот пошёл первый разряд. Джон и понять ничего не успел, как боль ударила в голову. Прибавили вольт. Ещё разряд. Джон выгнулся, задрал голову вверх и закричал, что есть сил. Затем он услышал крик Кэссиди внутри. Душераздирающий вопль пронзил Джона, а ток не переставал бить.

Телефон Хоупа, лежащий на столе зазвонил, кто-то из санитаров взял трубку. Это была Чарли.

— Вы убиваете его! — вопил Джон, — Ему больно!

— Ты слышишь его? — спросил доктор.

— Кончено!

— Это плохо. Эй, давайте сильнее.

***

Чарли застыла. В голове появились первые мысли. Возможно, что это Стив. Нужно было срочно ехать к Джону и Кэсу. А она стояла, в голове ещё звучали слова: «Вы. Убиваете. Его».

Наконец она собралась с мыслями и набрала номер отца.

— Хоупы в опасности!

— Вы перепили? — спокойно, в отличии от Эванс, спросил Билл Холланд.

— Их здесь нет! Кого-то из них сейчас убивают! Нужно ехать к ним.

— Жди. Я скоро буду.

Чарли пробивалась через толпу и наткнулась на Стива. Она ударилась об его грудь. Увидев его лицо, Эванс сморщилась.

— Тише, малышка.

— Уйди! — она ударила его рукой.

— Дикая. Тебе место вместе со своим дружком в психушке! — крикнул он вслед.

Чарли остановилась. Повернулась.

— Что?

— Отец распорядился. Джона вылечат. Не благодари. Одним психом на планете будет меньше.

— Придурок!

Девушка выбежала на улицу, растолкав людей. В городе была лишь одна больница для душевнобольных.

***
Джона буквально бросили в палату. Голова гудела, после сильных разрядов электричеством, Джон был будто парализован. Он начал приходить в себя только через двадцать минут. Вытерев слюну с щеки, он с трудом сделал глубокий вдох. Он чувствовал свою боль и боль Кэссиди. Рёв внутри головы был столь сильный, будто Кэссиди разрывали на мелкие кусочки. А затем вопли и крики стихли. В голове настало затишье. Это пугало. Возможно, что Кэс просто потерял сознание, как и сам Джон в конце шокотерапии.

Джон подпрыгнул. Он почувствовал. Кэссиди нет. Его нет в голове. Джон не ощущал внутри себя человека, он не ощущал жизни.

— Кэссиди, — прошептал Джон, задыхаясь.

Хоуп знал, что никто не ответит. Ведь они убили его. Они убили его.

— Кэссиди! — закричал Джон.

Его крик эхом раздался по палате. Внутри стало не только пусто, внутри все начало гнить. Они погубили сразу две жизни. У Джона затряслись руки, он вцепился в свои волосы и начал вопить, казалось, что ещё немного и волосы клочьями вылезут с его головы.

***
Ягуар гнал по трассе, не обращая внимания на светофоры. Холланд с дочерью ворвались в больницу.

— Где Хоуп?

— О, мы с ним закончили, мистер Френсис привёл бедолагу, — ответил врач, убивший Кэссиди.

— Здравствуйте, мистер Холланд,— подошёл и сам Эдвард, — Наконец я вас увидел.

— Какое право вы имели изувечивать мальчишку!? — прорычал Холланд.

— У меня есть подпись из детдома. У мальчика нет родителей, а директор приюта разрешил вылечить его.

— Вот только официально я его родитель! И согласия не давал! Так что готовьте задницу к суду!

Холланд толкнул Френсиса и двинулся вперёд по коридору, Чарли двинулась за ним. Доктор провёл их в палату к Джону, на котором не было живого места. Чарли подбежала к нему.

— Джон? Как ты?

— Они убили его, — прозвучал дрожащий голос, Джон поднял мокрые глаза и посмотрел на Чарли, — Его больше нет.

Джону и Чарли помогли сесть в машину, сам Билл пошёл осмотреть операционную. Он просмотрел видеозапись с камер наблюдения.

— Как давно вы бьете детей током?

— Это разрешено, мы не подозревали, что подпись недействительна.

Холланд заметил странную вещь, когда пошёл последний разряд, прибор зашатался и заискрился. Только из-за этого и прекратили шокотерапию.

— Мне нужен этот электрошок.

— Зачем? Кажется, он все равно сломался.

— Я сказал мне нужен этот прибор.

***
Неделю спустя.

  В лаборатории Холланда лежал разломанный источник тока рядом с пустой капсулой, где когда-то находилось тело Кэссиди.

***

Чарли стремглав бежала по тротуару. Она несколько раз запнулась, но скорость снизила, только когда оказалась возле дома Джона. Девушка отдышалась и постучала в дверь. Никто не открыл.

Все эти дни Джон просидел в темной комнате. Он смотрел в своё огромное зеркало и ничего не видел. Пустота. Хоуп видел отражение, но смысл видеть просто картинку, в отражении не было души. Там не было Кэссиди. Джон не мог спать из-за кошмаров, отчего под его глазами появились мешки. Сон в среднем составлял часа три или четыре, затем он просыпался от страшного сна, где постоянно убивали родного человека.

Чарли зашла в дом. На полках появились слои пыли, доносился неприятный запах из кухни, кажется, это был испорченный сыр. Эванс обошла весь дом. Холодильник почти пуст, гора немытой посуды, дома грязь. Она и не надеялась, что Джон продолжит жить  беззаботно как раньше. Это глупо.

Наконец Чарли зашла в комнату. Луч солнца, пришедший за девушкой, осветил комнату. Джон сощурил глаза. Он неделю просидел в полумраке.

— Как ты, Джон?

— Не спрашивай, — прохрипел парень и отвернулся к стенке.

Чарли села рядом на кровать. И положила свою руку на него.

— Прогуляемся?

— Я не хочу.

— Нельзя сидеть тут до конца жизни.

— Можно, я не могу спать, мне недолго осталось.

Чарли подскочила и толкнула его в спину.

— А ну хватит! Встал и за мной!

— Отвали, Чарли.

Эванс схватила его за руку и потащила за собой. Джон сопротивлялся недолго, как только его вытащили из дома, солнце ослепило глаза, да и сопротивляться упрямой Чарли было бесполезно.