Картина, нарисованная в трёх плоскостях
/приключения воображения/
Чтобы понять реальность, узнать правду и проникнуться происходящим, нужно всего лишь обдать мысли струёй воображения, и, как ни странно, всё сложное внезапно окажется простым, всё загадочное внезапно превратится в объяснимое.
Та пожилая женщина, которую мне, как кажется, посчастливилось увидеть в том музее Парижа, сразу привлекла моё внимание. Она, ни чуточку не двигаясь, стояла возле одного зимнего пейзажа, написанным каким-то наверняка известным художником, который, если честно, не так сильно интересовал меня, как её выражение лица, на которое спадала тень от бордового берета. Её бледно-розовые губы были поджаты в какой-то недовольной форме, словно они осуждали то, что видели глаза, которые в свою очередь, как звёзды, горели и поедали покрытые снегом ели и деревянные домики на заднем плане. Люди подходили к картине, для вида ею любовались, а потом продолжали свой путь по музею, а она всё стояла и смотрела, и до меня никак не доходило, что же она там такое увидела. Возникла мысль подойти и спросить напрямую, но идея исчезла так же быстро, потому что возникли сомнения насчёт того, захочет ли она вообще отвлекаться, может, она разозлится, или вдруг я её расстрою. В общем, пришлось продолжить наблюдать со стороны.
Её руки в чёрных длинных перчатках были сомкнуты за спиной, которую покрывала чёрная, явно дорогая, шуба, а правая нога была словно отброшена в сторону, наверно, чтобы не двигаться было легче, ведь, кажется, это и являлось её установкой.
Белая, как снег на картине, маленькая, как те домики, сумка одна давала понять, что женщина эта вовсе не статуя из-за того, что раскачивалась из стороны в сторону, словно маятник больших часов, которые очень любили устанавливать в королевских дворцах.
У меня имелись какие-то планы, сложно уже вспомнить, что именно казалось мне тогда важным, но никак не получалось уговорить себя пройти в следующий зал, а потом ещё в один, чтобы через час уже выйти из музея и отправиться посетить какую-нибудь другую достопримечательность. Эта дама, даже не подозревая о моем существовании, крепко держала возле себя, не разрешая сдвинуться с места, заставляя стоять, как она, и смотреть на пейзаж.
Пришлось пытаться обхитрить себя, придумать её историю, иначе мозг так и не согласится продолжать путь. Чтобы справиться с задачей, нужно было просто увидеть что-то необычное в картине, понять, почему это так важно для этой женщины, а потом просто улыбнуться себе, потому что тайна открылась.
Подкравшись немного ближе, чтобы лучше видеть эту снежную зиму, никаких мыслей не возникло. Однако что-то придумать нужно. Это обязательно! Я же творческий человек, это не должно составить труда.
Однако дело пошло благодаря простым цифрам. Посчитав, домиков оказалось четыре, елей восемь, две нечёткие тропинки. Это видит каждый. Но она (мой взгляд быстро побежал по её лицу, которое тоже было уже ближе ко мне) видела совершенно другое. Нужно смотреть глубже.
Вскоре появилось несколько семей, разных и по-своему интересных, которые обедали в своих жилищах, множество подснежников, которые прятались под мягким снегом, лучи солнца, которые, не сдаваясь, проталкивались сквозь густые ветви.
Достаточно?
Нет.
Тогда на картине возникла грустная настольгия, наивная радость, жалкое раздражение и ещё кричащая тишина.
Хватит?
Ответ снова отрицательный.
Когда моя голова повернулась, чтобы ещё раз попробовать отыскать подсказку на её лице, то мои глаза обнаружили уже молодую пару, держащуюся за руки и с детской улыбкой глядящую на пейзаж.
Она внезапно исчезла, так и не дав никаких объяснений?
Захотелось плакать от этой безвыходной ситуации. Но смущать этих молодых людей тоже было бы неприлично. Они всё любовались и любовались природой, что у меня даже возникло чувство ревности к этой картине.
Парень вдруг что-то шепнул своей спутнице, она кивнула и сказала, что подождёт тут, после чего молодой человек быстрыми шагами куда-то направился, и девушка осталась одна рассматривать ели и дома.
Их позы совпадали. Более того, сумка этой молодой особы также была белого цвета.
Вот и появилась долгожданная подсказка.
Мой взгляд снова был обращён к картине. Хотя, если честно, она уже мне и не нужна была.
Он ушел в разгар зимы, оставив её одну в маленькой деревне возле большого и темного леса пообещав вернуться. Может, это была война, может, это был обычный рабочий день, может, он отправился с друзьями охотиться. В любом случае, она его больше не видела. Но разве кто-нибудь перестаёт надеяться даже глубоко-глубоко в душе? Она послушно ждала сутки, месяц, год, десять. Она отправилась в город любви, надеясь встретить его, потому что здесь потерянные судьбы вновь встречаются. Она увидела картину и вернулась в тот день. Снова. И неожиданно для себя поняла, что её любовь превратилась в музейный экспонат, что ей нет места в ежедневной реальности. Теперь это прошлое.
Она смирилась. И ушла.
Также как и я. Ведь нужно было торопиться в отель, чтобы скорее написать рассказ по этой грустной, но чудесной истории, наполненной чувствами и фантазиями.