Очерки

В мире все взаимосвязано, все переплетено, пронизано мириадами петелек и узелков. И когда мы видим следствие, то причина уже давно забыта. Но это не значит, что ее нет. Хватило бы терпения отыскать!

Н. Солнцева "Натюрморт с серебряной вазой"

Глава 1. Убийство на ул. Вавилонской

- Наверное, я бы никогда не подумал, что кто-то так зверски может убить ни в чем не повинную женщину, - тихо молвил мужчина.

***

Неделя детектива началась с новой жертвы. Уж лучше бы она началась с пропажи маленькой девочки, нежели с расчлененной женщины.

Мужчина отложил дело и, закурив сигару, поднялся со стула. Взгляд его устремился в окно. Там был шумный город. Нескончаемый поток работы и веселья. Сдержанности одних и распущенности других.

Выпустив из себя пару клубов едкого дыма, детектив всматривался в лица. Именно сейчас перед его носом может пройти убийца, а он даже этого не заметит.

Хотя ни о каком убийце и речи не может быть. Все как один твердят, что никого не видели. Тут оно и понятно: одни - работают, другие - пьют. Все заняты своими делами. Какие тут убийцы.

В кабинет ввалился помощник детектива.

- Смотри. Похоже на то, что действовала женщина, - листы бумаги аккуратно легли на стол. - И, скорей всего, из-за мести. Мы пытались найти долгую связь убитой хотя бы с одним мужчиной, но нет. За последние десять лет, она не заводила романы. Всего пару часов и все.

- Может быть ее и убили именно за эти «пару часов». Мне нужно снова выехать на место преступления. Вдруг нашли что-то новое.

Он схватил дело и пулей вылетел из собственного кабинета, сел в машину и помчался на место преступления. Как назло начался дождь.

- Чертов дождь, - ругается мужчина. - Да будь ты проклят!

Он достал из внутреннего кармана пиджака сигару и вновь закурил.

- Надеюсь, вы, ребята, нашли хоть что-то, - говорит он в пустоту.

Дым от сигары заполнил автомобиль. Пара поворотов, пара пешеходных переходов, пара фасадов длинных домов и детектив на месте. Машина осталась относительно далеко от места преступления. Дело в руках, сигара во рту, зонт во второй руке и вот, мужчина рядом с криминалистами. А толпа зевак уже кружила над местом преступления, как воронье.

- Все, расходимся, - громко заявил детектив, отдал зонт и дело криминалисту и несколько раз хлопнул в ладоши. Люди нехотя покидали место. Затем мужчина обратился к одному из сотрудников. - Есть что-то?

- Ну.. Кусочек одежды, хотя «кусочком» это трудно назвать, - он протягивает зип-пакет, в котором микроскопический лоскут одежды. - В доме Регины были следы. Они принадлежат женщине. Но говорить, что она точно убийца..бред. Сама Регина, явно, пыталась уйти. Однако ее останавливали. При чем постоянно. Синяки под коленками, на бедрах и запястьях, трещина в одном из ребре. Ее били. Мы сначала предположили, что убить женщину могли из-за связей, точнее их последствий - беременности. Но эта версия сразу же отпала. Она ни разу в своей жизни не была беременна.

- Что ж, а на улице что-то было? - детектив последний раз вдыхает табачный дым и выкидывает сигару.

- Те же следы, что и в доме. Следы предполагаемой убийцы были только в одной комнате, а оборвались они на улице. И, когда жертву расчленяли, то этой самой женщины скорей всего не было там. Больше мы не нашли и вряд ли найдем, проклятый дождь все портит.

- Ладно, - раздраженно отвечает мужчина. - В дом я могу зайти?

- Да, ребята как раз заканчивают работу.

Детектив кивает, забирает зонт, дело, и направляется внутрь. Сам дом был старым, века так девятнадцатого. В парадной все было очень даже прилично: стены с фресками, резные окна, стены выкрашены благородный желтый цвет, старый лифт с резными дверями и железной сеткой.

- Видно из богатой семьи, - предполагает мужчина оглядывая помещение.

Преодолев несколько лестничных пролетов, и не встретив преграды в виде консьержа, детектив оказался в квартире жертвы.

Квартира была тоже в стиле девятнадцатого века. Потолок в росписях, на стенах молдинги, пол выложен мраморной плиткой.

Внутри был беспорядок. И это даже не ребята-криминалисты постарались. До них тут господствовал убийца.

На входной двери кровью нарисован каменный цветок. На стенах и полу была алая, почти черная, кровь. И лужи, и отпечатки ладоней, и огромные полосы.

Ванна была наполнена кровью. Рядом лежали шприцы и таблетки. На белом кафеле, над ванной, так же кровью нарисована все та же эхеверия.

- Мы здесь не первые, - тихо, почти шепотом, говорит один из сотрудников. - Потому с точностью не можем сказать что, тут происходило. Слишком много следов и отпечатков. Смею предположить, что их было трое.

- Предоставьте это все мне, - просит детектив, глядя на изображения цветка. - Я рассмотрю. Может что-то еще найду.

- Хорошо. Если мы понадобимся, то будем находиться внизу.

Мужчина кивнул. Люди ушли.

- Как такое зверское убийство произойти в черте города? Неужели все так просто..

Непонимание затмило здравый смысл. Может детектив что-то упустил? Где-то не посмотрел.

- Обычная проститутка, - проговорил он в пустоту. Мужчина просто не понимал, где оборвалась логическая цепочка. - Так ли ты проста, Регина, какой кажешься?

Соседи ничего не видели и не слышали, однако по квартире будто ураган прошелся. Это наталкивает на пару мыслей.

Первая и главная: им велели молчать.

Вторая и спорная, а скорей бредовая: людей запугали.

Так какому сумасшедшему придет в голову убивать женщину на одну ночь? Но главный вопрос в другом: за что?

Мужчина немного прищурился и увидел на старинном комоде визитку. Взяв ее в руки, он увидел лишь адрес.

Казалось бы, вот он, ответ! Но ответ ли?

Найдя кофейный столик, а рядом диван; мужчина устало уселся на последний. Дело все такими же аккуратными листами, как и сорок минут назад, легло на стол.

Женщина не выезжала по адресам уже около полугода, исходя из дела. Тогда как визитка была новой, будто убийца оставил ее перед выходом.

На самой визитке, помимо адреса, был серебряный оттиск эхеверии. Детектив знал только одну семью, которая, буквально, поклоняется этому цветку. А, буквально, недавно девушка из соседнего города изготовила из каменного цветка «лекарство», чтобы служить богу Аиду. Подобно тому, что делали жрицы в Древней Элиде. А у нас на Руси эхеверия олицетворяла богиню смерти Мару.

- Черт, Тургина, неужели ты тоже влезла в эту секту? - мужчина быстро листает дело и тихо вторит: - Ты не могла спеться с ними.

И действительно, Регина не общалась с той загадочной семьей.

- Детектив, полагаю? - раздался женский голос.

- Да, это я, - поднимает взгляд мужчина. Перед ним предстала женщина лет двадцати. Невысокая, с темными, как смоль, волосами и смуглой кожей. - А вот кто вы и что делаете здесь?

- Люди внизу сказали, что вы здесь. А я могу помочь вам, - она оглянулась вокруг, ее взгляд остановился на кровавых разводах.

- Что же, слушаю вас, - детектив похлопал по дивану, приглашая гостью присесть. Она охотно согласилась. Мужчина достал ручку и блокнот из кармана пиджака. - Сначала назовите имя, возраст, сколько знакомы с жертвой.

- Корнелия Краузе. Двадцать два года. Знакома с Региной года три точно, - девушка смотрела в блокнот. Детектив записал данные девушки и поднял на нее взгляд. - Так вот. Регина пару месяцев уже общалась с одной девушкой.

- Сможете описать ее?

- Ну, я видела ее несколько раз на лестничной клетке. Она постоянно была в красном платье до пола, голова покрыта красным платком, а на голове тиара с красными камнями.

- Это все? - мужчина сжал ручку.

- У нее такие же темные волосы, как и у меня, но кожа бледнее в разы. Думаю, вам стоит найти ее, она должна знать больше чем я и вы. Должна знать, что случилось с Региной,- детектив отвел взгляд. Перевернув ручку кнопкой вниз он постучал ею по блокноту, задумался. - С вами все хорошо?

- Да, я в порядке. Оставьте свой номер. Думаю, вы еще сможете помочь нам, - мужчина потянул блокнот и ручку. Корнелия выполнила просьбу. - Теперь, увы, мне придется покинуть вас.

Детектив быстрым шагом пошел прочь от места преступления. Выйдя из подъезда он, словно ураган, метнулся в сторону криминалистов.

- Кто из вас пустил девушку внутрь? - грозно спросил мужчина. Работники лишь переметнулись взглядами. - И не смейте говорить, что она сама прошла. В эти бредни поверят только девочки лет семи.

- Извините, конечно, но мы не видели никакой девушки, - развели они руками. - Если бы она здесь была, то дальше нас не двинулась бы.

Мужчина раздраженно вздохнул.

- У меня нет времени разбираться с вами, ребята. Смотрите в оба, хорошо? В ближайшие сутки нужно опечатать квартиру, чтобы никто туда не вошел.

- Детектив, - вновь раздался женский голос, как гром среди ясного неба. - Вы забыли зонт.

Корнелия протянула зонт.

- Благодарю, - холодно отозвался тот. - И да, вот, конкретно, эту девушку не впускать больше, - он смотрел сквозь нее, в сторону своей машины. - Мне пора.

Корнелия с непониманием посмотрела на детектива, затем на криминалистов и обратно на детектива. Последний, уже был около собственного авто.

Мужчина устало уселся внутрь, завел мотор и направился в отдел.

Глава 2. Усадьба

По дороге обратно, мужчина набрал номер помощника:

—Ты и представить не можешь, о ком информацию я только что получил.

— Дай угадаю, снова Гончаровы? — захохотал в ответ коллега.

— Не до смеха, Йонас, — холодно отзывается детектив. — Тургина не была знакома с ними. Но на входной двери и стене в ванной кровью нарисовали эхеверию, а на комоде была визитка.

— Кто угодно может нарисовать цветок и оставить визитку от имени Гончаровых, – цокнул помощник. – Они же ого-го какая семья, сам знаешь.

— А при чем тут Регина? У нее другая фамилия, если ты помнишь.

— Может она не устроила одного из семьи и потому, ее решили убрать? — Йонас намекал на женскую половину семьи Гончаровых.

— Звучит, — задумался детектив. — Наверное, я поеду к ним. Расспрошу женскую половину дома.

— Я бы не стал так сильно спешить. Знаешь, пока ты там искал свои фантики, — пытался язвить помощник. — Ребята по фото восстановили ее примерный вид до расчленения. Фото скоро принесут. Я не думаю, что это может быть зацепкой. Однако кожа под губой отсутствует.

— То есть?

— То есть ее срезали.

Мужчина устало выдохнул.

— Скоро буду, — на этих словах вызов был завершен. Весь путь до отдела детектив провел в раздумьях. Он предполагал и исключал разные варианты, которые могли произойти.

И вот. Снова отдел. Дело вновь на столе. В руках сигара, выкуренная всего в несколько глубоких вдохов.

— У нее нет кожи под губой, как я и говорил, — протягивает Йонас свежее фото. — По фотографиям в соц. сетях мы поняли, что на этом месте была родинка.

— Кто-то стал коллекционировать родинки? — пытался пошутить мужчина. Поняв, что шутка неудачная он по-хозяйски уселся за рабочее место. — Ты прав, это мало похоже на зацепку. Но на этом пункте стоит сделать пометку.

— Да, хорошо, — Йонас достал маркер из кармана брюк. Обвел родинку и понес фото к доске для заметок. Для того чтобы дотянуться до самого верха, юноша встал на маленький табурет.

— Мне не дает покоя эхеверия, — взволнованно произнес детектив и снова закурил сигару.

— Ну да, ну да, — саркастично ответил помощник, прикрепляя на самый верх доски фото. — Скорей тебя волнует..

— Молчать, — стукнул мужчина по столу. Йонас дернулся от неожиданности и скамейка предательски пошатнулась. Юноша начал падать. Детектив быстро отреагировал и подхватил помощника. Их взгляды на секунду встретились.

— Ой, а чего ты покраснел? — засмеялся Йонас.

— Не за что, — холодно отозвался мужчина и поспешно опустил юношу на бетонный пол. — Я пойду возьму себе кофе.

— Ну-ну, — продолжал посмеивается парень.

А детектив уже выходил из участка. Напротив участка была заправка, где продавали очень хороший кофе. Мужчина был настолько сильно погружен в свои мысли, что не заметил, как столкнул с ног девушку.

— Ой, — потерла она коленку.

— Извините, — потянул руку детектив. Девушка вложила свою руку в ладонь мужчины и одним движением оказалась на ногах. — Идемте, присядем на лавочку.

Из кармана он достал пластырь, на пол упала визитка. Он налепил пластырь на ногу девушки.

— Придете и обработайте свою рану, — с усмешкой сказал мужчина.

— Вы тоже ездите к ним? — подняла она визитку, не обращая внимания на фразу детектива. — Хм, никогда не видела вас там.

— В каком плане «тоже ездите»? — помрачился детектив.

— Ну, это приглашение на так называемый бал. Эти приглашения рассылались несколько дней назад. Нескольких гостей не досчитались. Но хозяев это не смутило.

— В честь чего был бал?

— А я думала, что вы знаете, — охнула девушка.

— Понимаете, я детектив. Расследую убийство женщины. Это, как вы его называете, приглашение было найдено в квартире, — как на духу выговорил мужчина. — Мне нужна любая информация.

— Что ж, — помедлила она. — Бал был в честь Мары. Говорят, что она явилась за жертвами.

— Такое каждый раз устраивают?

— Я не знаю. Сама под прикрытием была.

— Надеюсь, что вы не у нас на стажировке.

— Именно, детектив. Девочка у нас на стажировке, — мужской голос донёсся из-за спины.

— Павел Петрович, я не сильно опоздала? — девушка засуетилась и даже не заметила, как положила руку на плечо детектива чтобы подняться. — Я уже иду.

— Можешь не торопиться, — остановил ее Павел Петрович. Девушка замерла, поставив ногу на первую ступеньку. Мужчина достал сигарету и закурил. Затем опустил руку на перила. — Видишь ли, свыше у нас поступил приказ..И ты теперь будешь обучаться на дому. Мы не можем рисковать.

— То есть вы серьезно? Как отправить меня на задание, где я могла умереть, так это мы радостью. А, как учиться, то у вас приказ, — возмутилась девушка.

— Ну, так выпала карта, девочка. Все, иди домой, иди. Ты свободна, — отмахнулся Павел Петрович.

Детектив, долго наблюдавший за этой сценой, поднялся и подошёл к девушке.

— А ведь она права, Павел Петрович, — мужчина присел на корточки и приклеил обратно часть пластыря. — Отправлять стажера на задание очень опасно. Он, по своей неопытности, может умереть, а вам нужно отвечать за это.

Его взгляд устремился на Павла Петровича.

— Знаешь, детектив. Занимайся своими делами, — затушил он сигарету. — Я знаю, что и как делать.

Детектив хмыкнул.

— Ладно. А вы? Может вас подвезти до дома? — обратился он к девушке.

— Нет, что вы. Я в паре кварталах отсюда живу. Дойду, — она обошла детектива и посмотрела куда-то вдаль. Затем продолжила шепотом: — Если вы поедете туда, то не доверяйте женщине в красном.

С этими словами девушка весело зашагала домой. Мужчина, словно ветер, пронесся мимо Павла Петровича в свой кабинет.

Дверь распахнулась и ударилась о стену.

— Я смотрю ты вернулся, — наклонил набок голову Йонас. — И без кофе.

— Не до него, — метнулся к столу детектив.

— Ты чего? — в ответ помощник получил молчание. — Да что с тобой?

— Ищу дело Гончаровых.

— Да не нужно туда ехать. Если это они, то ты просто из спугнешь. Понимаешь?

— Нет уж. Мне нужно допросить эту «даму в красном».

— Делай, что хочешь, — недовольно отреагировал Йонас. — Мое дело тебя предупредить.

Но дверь уже хлопнула. Детектив быстро переместился в машину. Выдохнул и завел ее. Через пару минут он уже выезжал из города.

Как ни странно, погода противилась ужасной ситуации и мыслям. Вместо дождя, который обычно добавляет грузности, светило солнце.

Доехав до усадьбы он встретил препятствие в виде охранника.

— Запрещено пускать, — отчеканил охранник. Детектив показал корочку. — Думаю, что буду жалеть об этом, но вы можете войти. Только машину нужно оставить тут.

Мужчина кивнул. Выключил мотор. И был на пути в усадьбу Гончаровых.

На входе его встретил слуга и провел в гостиную. Затем пришла пожилая женщина, принесла пряности и черный чай. Женщина подняла глаза на детектива.

— Маяковский... живой, — с ужасом проговорила она.

— Простите? — изогнул бровь детектив.

— Не обращай внимания на это, — откуда-то сверху донесся мягкий женский голос. — Тетя Дуня у нас всякое может сказать.

— Катерина Михайловна, вас-то я и ждал, — обернулся он и увидел даму в красном, которая грациозно спускалась по лестнице. Легко, слово лепесток магнолии, приземлилась на кресло напротив детектива.

У него появилось странное чувство. Такая сцена уже была, но далеко в прошлом.

Он помнил, как с отцом приехал в этот дом на день рождения то ли к Михаилу Сергеевичу, отцу Катерины, то ли к его жене.

Правда тогда этот зал был нарядней, само собой. Пока отец здоровался и знакомился с гостями, его сын сидел на кресле. Откровенно скучал. Никаких детей, обещанных отцом, он не видел.

Все «дети» в этом помещении были уменьшенной копией своих родителей. Они смотрели на него с пренебрежением. Ведь он не был из их общества. Плохо разбирался в искусстве и музыке. Да и на кой черт, обычному ребенку это нужно?

— А правда, что ты не знаешь немецкого? — напротив него сел рыжий мальчик.

— Смеяться не будешь? — угрюмо ответил он.

— Нет, не буду, — поднял руку рыжий.

— Да, я не знаю немецкого. А еще не разбираюсь в искусстве, музыке и прочем.

— Странное дело. — к ним подошла девочка, чье имя детектив уже забыл. — Вроде мама у тебя художник по образованию. Мог бы и поинтересоваться.

Затем она посмотрела на него снизу вверх. Взгляд остановился на лице.

— А ты вылитый Маяковский, — Она явно была удивлена, а вдобавок это сходство с поэтом, как-то расположило его к ней. — Его-то точно в ваших школах проходят.

— Да брось ты. Они его изучают ближе к старшему звену, — рыжий говорил так, будто на месте его собеседника никого не было. — А сейчас им что, детские стишки изучать?

— А почему бы и нет?

— Да хотя бы потому, что не в детских стихах сила Маяковского, а во в тех, что он писал и читал для взрослых.

Девочка кивнула в знак согласия, а затем сказала:

— А тебе и правда лучше узнать что-нибудь об искусстве. Тогда не будешь скучать здесь.

— Не обращай на это внимание, — донеслось откуда-то сверху. Он обернулся. По лестнице спускалась ещё одна девочка. Только выглядела она приятней: красиво уложенные черные волосы, а на них красный платок, который держала, непонятной конструкции, заколка. Платье в пол, такое же красное. Шла она с гордо поднятой головой, лишь иногда смотрела на ступеньки. — Сама-то много знаешь об искусстве? А о музыке?

Девочка сконфуженно опустила взгляд.

— То-то же. А теперь брысь отсюда. И ты тоже, — обратилась она к рыжему. Когда оба ушли, то села на освободившееся место. — Меня зовут Катя.

—Приятно познакомиться, — он протянул руку — она ее пожала. Это пожатие показалось странным. Слишком сильным для девочки. Особенно из высшего света. Он хотел сказать свое имя, но был прерван отцом Кати, которому понадобилась дочь.

— Ты и правда вылитый Маяковский, — сказала она с улыбкой, перед тем как уйти.

Катя вернулась через двадцать минут в сопровождении «кавалера», как говорил отец.

— Все, ты убедился, что я дошла абсолютно целой и невредимой? За эти два шага до кресла можешь не волноваться. Можешь идти, — «кавалер» кивнул и скрылся среди толпы гостей. Катя же села и устало положила голову на руки.

— Все в порядке?

— Да, все хорошо.

— Кто это был?

— Да так. Папина послушная кукла. Сделает все, лишь бы угодить ему и стать моим мужем.

— Звучит забавно.

— А на деле все еще хуже, — громко выдохнула Катя. — Они оба увереры, что я влюблена в него.

— А на самом деле?

— На самом деле: нет. Мне не нужен такой мягкотелый человек.

— Ну да. Вы не можете быть парой, учитывая твою твердость. Он будет просто собачкой на поводке. Особенно, если отцу захочется повлиять на тебя.

Она вопросительно взглянула на него.

— Что? Думаешь он просто так подпустил к себе этого..

— А ты прав, — Катя посмотрела в зал.

— Ну, чего ты хотел? — спросила она поправляя складки на платье.

— Пару вопросов насчет бала, — она насторожилась. — Что за бал Мораны?

— Этот бал, обычно, проводят пятнадцатого февраля, но так как мы не смогли в тот день. То решили его перенести на пятнадцатое марта. Его проводят только тогда, когда сама Мара пересекает реку Смородину и приходит в наш мир.

— А это никак не связано с девушкой, чье убийство прогремело на весь Петербург? — детектив поднялся, обойдя ее кресло, он остановился позади.

— Не думаю, что могу..

— А вы не думайте, Катерина Михайловна, а просто отвечайте на вопросы, — он грубо опустил руки ей на плечи и посмотрел куда-то вдаль.

— Я не думаю, что эти два события связаны. Тем более, не только эта девушка погибла. Тут недалеко, в Пушкине, девушка умерла. Пыталась сделать лекарство из эхеверии.

— В квартире жертвы этот цветок был нарисован кровью, вероятно кровью жертвы. И вас видели у этой девушки. Регина Тургина — ничего не говорит?

— Я знала эту базарную девку, — выдохнула Екатерина Михайловна чтобы снять напряжение. — Продавала ей травы.

— Травы? — склонился мужчина к ее уху.

— Лечебные травы, — монотонно проговорила она. — Больше я ничего не знаю. И вообще, мне нужно идти, — она пыталась встать, но не вышло. Детектив держал ее крепко.

— Нет, Екатерина Михайловна, вы мне еще нужны, — улыбнулся она принимая исходное положение. — Не подскажите где сейчас ваша сестрица?

— Верно на уроке музыки, — кивнула Екатерина Михайловна своим мыслям.

— А позовите ее на пару минут.

— Прежде чем я это сделаю, прошу убрать руки с моих плеч.

— Ну нет, — рассмеялся детектив. — Я вот отпущу вас, а вы и убежите.

Девушка нахмурила брови, затем сделала несколько коротких хлопков. В комнату вошел юноша.

— Приведи сюда мою сестру, — приказала она. Он кивнул и поднялся по лестнице наверх. Спустя пару мгновений по лестнице спустилась сестра Екатерины.

— Ты чего-то хотела? — недовольно спросила она.

— Не она, а я, — вмешался детектив.

— Детектив, — ее взгляд упал на руки мужчины, которые находились на плечах Екатерины Михайловны. Бровь девушки вопросительно изогнулась. — Для чего же вам понадобилась моя особа?

— Недавно, была убита Регина Тургина. Екатерина Михайловна сказала, что знает ее. А вы ее знаете?

— Ну..да, я была у нее пару раз..и..

— Погодите, вы, Мария Михайловна, были там? Но вы же не носите красный цвет. Да и волосы ваши, далеко не черные, — он провел двумя пальцами по выпущенной пряди волос из прически Екатерины Михайловны.

— Ну..— ее взгляд переместился на лицо сестры. — Да, это была я.

— Как-то неуверенно, — подметил он. — Ладно. Она жаловалась на что-нибудь? Может боялась кого? А вы присядьте Мария Михайловна, присядьте.

— Однажды Регина пришла глубокой ночью, — Мария словно находилась в ужасе от происходящего. — Она была вся в крови и синяках. Я едва узнала ее лицо, настолько оно было изуродовано. Мы отвели ее к нашему врачу.

— У вас, милочка, треснуло несколько ребер. Вы чудом остались живы. Но нужно ехать в больницу, — сказал врач.

Мы привели ее в порядок. И начали расспрашивать кто же это сделал.

— У меня был роман. Мы с ним поехали к его друзьям, у них была шумная гулянка. Ну, все было хорошо. Ни что не предвещало беды. Затем начали приставать другие мужчины. Мой воздыхатель расценил это, как факт измены и прилюдно избил. Компания быстро разошлась и никто не вступился. На следующий день он долго извинялся, а когда я захотела уйти, то он начал душить и угрожать, — Регина обхватила горло рукой. — Я пыталась обратиться за помощью, только, никто мне не верил. Он узнал об этом. И обозлился на меня. С того дня когда она делала что-то не так или говорила что-то не то, то он избивал меня. Даже ногами.

— В следующий раз, будешь поступать правильно, — довольно хмыкнул он и демонстративно хлопнул дверьми. Затем ушел развлекаться с друзьями.

— Она не могла уйти. А если набиралась смелости, то потом ещё несколько недель ходила с синяками, — на этом моменте Мария Михайловна не сдержалась. Слезы градом посыпались на изумрудную ткань платья. Она принялась их судорожно вытирать руками. Детектив наконец убрал руки с плеч Екатерины Михайловны и подошел к креслу на котором сидела плачущая Мария. Он присел перед ней на корточки, затем достал из внутреннего кармана платок и протянул его девушке. Мария Михайловна взяла платок и вытерла слезы. — Это была наша последняя встреча.

— Н-да, — глубоко вздохнул детектив и повернул голову в сторону. Одна рука его опустилась на колено, другая нервно поправила волосы. — Все было бы просто, если бы только были я не знал, что Регина не заводила отношений. Да, и с вами она не знакома, если верить делу. Имя хоть есть у этого мужчины?

— Нет, — отрицательно покачала головой Мария. — Регина ничего тогда не сказала.

— Гончаровы очень хорошо заметают следы, — гордо заявила Екатерина Михайловна.

— Рисуя кровью эхеверию на стенах, — продолжил мысль мужчина. — Очень хорошо, Екатерина Михайловна.

— А с чего вы взяли, что это мы? — продолжая вытирать слезы, и периодически всхлипывая, произнесла Мария.

— Если вы мне найдете другую семью с таким же гербом, то я буду только рад. А пока вы не нашли, буду мучить вас. Тем более ваш папенька замечался в преступных делах, — взгляд его гулял от Марии до Екатерины и обратно.

— У отца не было повода убивать Регину, — возразила Екатерина Михайловна строгим голосом.

— Вы только наводите на себя и семью подозрения, милая, — взгляд детектива переместился на Екатерину. Затем вернулся на Марию. Мужчина поднялся и сел одной ногой на подлокотник. Он обнял Марию и его подбородок опустился к ней на голову. — Любите же вы, Мария Михайловна, потрепать себе нервы.

Екатерина поднялась и через секунду пропала в глубине коридора.

— У вас вон и руки трясутся, — продолжил он, убирая подбородок с головы Марии. — Да вы вся трясетесь. Не убивайте себе нервную систему, ангел мой.

В комнату снова вошла Екатерина. В руках был поднос с чаем и таблетками. Детектив выпустил девушку из своих объятий, привстал и сделал пару шагов назад, чтобы не мешать. Екатерина поставила на колени сестры поднос, затем взяла с него две таблетки и вложила их девушке в ладонь. Пока Мария Михайловна запивала горькие горькие пилюли, Екатерина подошла к детективу.

— Думаю, мы больше ничем не сможем вам помочь, — пожала она плечами. — Вам пора.

Мужчине ничего не оставалось, он медленными шагами направился к выходу. В голове его прозвучал голос девочки, которую он недавно встретил:

«Не доверяйте женщине в красном.»

Может и правда, Екатерина Михайловна что-то скрывает. Она была знакома с Тургиной, но в деле ничего об этом не написано.

— Екатерина Михайловна, мы можем пройтись? — указал он на дверь.

Она кивнула. Вышли в сад. Ветер шумел в листве. Обволакивал приятный запах садовых цветов. Где-то пели птицы.

Они шли как тогда, как в первый раз. Когда сбежали от надоедливых людей из «высшего общества».

а можете дать адрес той девушки..Ну, у которой лекарство из эхеверии, — он достал из пиджака записную книжку и ручку.

Она красивым почерком вывела буквы и цифры. После посмотрела на детектива.

— Только будь осторожен, прошу, — Екатерина Михайловна провела пальцами по растрепанным его волосам. — Как же я без тебя буду?

— Да проживете без меня. Ничего страшного, — он осторожно убрал руку и пошел прочь.

Уже находясь в машине он позвонил помощнику:

— Йонас, тебе нужно съездить в больницу к отцу Гончаровых. Что-то тут нечисто.

— Нечисто, говоришь. Хорошо, а адрес у тебя есть?

— А ты как думаешь?

— Понял. Хорошо, я пробью и съезжу туда. До связи.

— До связи.

Он откинул голову на спинку сидения и глубоко вздохнул. Затем завел машину и поехал в Пушкин.

***

Тем временем Йонас искал больницу в которой лежит Михаил Гончаров.

— Ну, давай же! — ударил он по столу. — Чертова жестянка, работай!

Дверь в кабинет открылась. Вошел Павел Петрович.

— Чего орёшь, как в лесу? — спрашивает он. — Всех сотрудников распугаешь.

— Извините, я работаю. А вот эта консервная банка — нет. Если вы ищите нашего любимого детектива, то его нет на месте.

— Да знаю я, где он, — махнул Павел Петрович рукой. — А что до тебя...не отниму много времени. Присмотри за ним, чтобы не вляпался куда не надо.

— Говорите так, как преступник в кино или книге, — голова Йонаса склонилась набок. — Но я всё же присмотрю за ним.

Павел Петрович ответил коротким кивком и вышел из кабинета. Помощник детектива еще минут сорок мучил старый компьютер, а затем, добившись результата поехал в больницу.

Захлопнув дверь такси он обратил внимание на водителя, точнее на его татуировку на потылице. Снова эхеверия. Водитель же, заметив это, прикрыл рисунок рукавом.

— Куда путь держим? — голубые глаза сверкнули в отражении зеркала заднего вида.

— Мариинская больница и, желательно, побыстрее, — достав из кармана тёмно-коричневый куртки потертый блокнот с ручкой, по старой привычке, Йонас начал зарисовывать то, что увидел на потыльнице.

— Ну, хозяин барин, однако за это придется заплатить побольше рублей на двести, — ухмыльнулся водитель в ответ.

— Хоть триста. Мне все равно, — он продолжал делать зарисовку.

Дальнейший путь оба занимались своими делами. Выйдя у больницы Йонас невольно поежился.

«Такая же жёлтая» — пронеслось в голове.

Вздохнув он направился внутрь. Там, на ресепшене, его ждал очень занятный разговор.

— Я вам сотый раз повторяю: никакого Михаила Гончарова здесь нет, — повышала тон девушка.

— А я повторяю вам: хватит его скрывать. Мне нужно с ним поговорить.

— Да никто его не скрывает!

— Она говорит правду, — из глубин кафельного коридора появился главврач. — Такого пациента у нас не было и нет.

— Черт, — Йонас ударил по регистрационной стойке. — Если у вас будет какая-то информация о нем, то звоните на этот номер, — оторвав блокнотный лист он написал на нем свой номер. Затем покинул помещение.

— Алло?

— Знаешь что? Гончаров как бы есть, но как бы его нет.

— Конкретнее.

— В базе он числится, а в самой больнице его нет.

— Интересно.

— Мне съездить к Гончаровым?

— Нет.