Глава 38. Будни седьмой команды.
На следующее утро после оглушительных новостей Наруто и Саске предстояло официальное распределение по командам. Кагами, помешивая утренний чай, пытался вспомнить, кто же должен стать их третьим напарником, но детали канона окончательно стерлись из его памяти, вытесненные годами суровых миссий и заботы о братьях. Теперь он был не просто «попаданцем», а Кагами Узумаки-Намиказе — человеком, готовым выжечь мир ради своей семьи.
Вечером дверь квартиры распахнулась, и двое свежеиспеченных генинов буквально ввалились внутрь, едва переставляя ноги от усталости.
— Ну, делитесь, — Кагами сложил руки на груди, с интересом разглядывая измотанных парней.
Рассказ лился бурным потоком. Оказалось, их объединили в команду №7. Третьей стала Сакура Харуно — девочка, в которую Наруто был по-детски влюблен, а Саске... Саске лишь раздраженно фыркал при упоминании её имени. Но главной темой их жалоб стал наставник — Какаши Хатаке. Кагами едва сдержал усмешку: он прекрасно знал Какаши и его «хроническую пунктуальность», которая с годами стала легендарной.
Когда мальчишки, перебивая друг друга, поведали о тесте с колокольчиками, Кагами удовлетворенно кивнул.
— Вы молодцы, что прошли, — серьезно сказал он. — Я давно слышал, что процент отсева у Какаши почти стопроцентный. То, что вы поняли суть командной работы — ваша главная победа.
Начались серые будни миссий ранга «D». Каждый вечер Наруто взрывался тирадами о несправедливости бытия, демонстрируя расцарапанное лицо после очередной поимки кошки Торы — любимицы жены Даймё Страны Огня.
— Эта бестия быстрее любого нукенина! — вопил Наруто, пока Кагами обрабатывал его царапины антисептиком.
Кагами лишь внутренне посмеивался. Он сам когда-то прошел через этот «ад из сорняков и мусора», поэтому терпеливо объяснял братьям, что даже такие задания — это тренировка дисциплины и концентрации. Сам он в это время продолжал выполнять заказы рангов «A» и «B», пополняя семейный бюджет. Денег накопилось уже столько, что они могли бы безбедно жить несколько лет, но Кагами знал: в мире шиноби золото — лишь ресурс для выживания.
Его авторитет в деревне достиг того пика, когда Данзо Шимура был вынужден окончательно уйти в глухую оборону. Старейшина понимал: любая попытка посягнуть на джинчурики или последнего Учиху столкнется с Алым Стражем, чья упертость была такой же несокрушимой, как его фуиндзюцу.
Кагами стал живым гарантом безопасности своих братьев, и никакие тени Конохи больше не могли до них дотянуться.
Жизнь вошла в привычную колею, но Кагами чувствовал — это лишь затишье перед бурей, которая скоро испытает на прочность всё, что он так долго строил.