Глава 12. Рутина, сорняки и тишина перед бурей.
Утро Кагами началось по армейскому распорядку. Одевшись в практичную черную футболку со спиралью на спине — символом, который теперь значил для него больше, чем просто герб, — он затянул повязку на лбу. Зеркало отразило семилетнего ребенка с холодным взглядом карих глаз. Он был готов к своей первой официальной службе Конохе.
У ворот резиденции команда №5 была в полном составе. Шикаку, выглядевший так, будто не спал неделю, лениво протянул свиток:
— Ваша первая миссия. Прополка огородов на окраине. Шевелитесь, пока солнце не в зените.
Заказчик встретил их огромным, заросшим полем. Тадао Хьюга посмотрел на землю с нескрываемым скепсисом, а Мими Инузука уже вовсю ворчал, пока его щенок Раймару пытался грызть сорняки. Кагами же просто принялся за работу. В прошлой жизни он помогал отцу, и монотонный труд его не пугал. Пока сокомандники путались в корнях, Узумаки двигался методично и быстро. Закончив свою долю раньше всех, он устроился под раскидистым деревом, погрузившись в медитацию и контроль чакры.
— Ты слишком быстрый для ребенка, — пробормотал Тадао, вытирая пот со лба. Кагами лишь промолчал, не желая тратить силы на пустые разговоры.
После огородов последовало еще несколько заданий: покраска забора и выгул собак. Мими со своим псом был в восторге, Тадао сохранял аристократическое спокойствие, а Кагами анализировал окрестности.
Вторую половину дня они провели на полигоне. Шикаку начал выстраивать фундамент их будущей силы.
— Нам нужно понять, как сочетать ваши способности, — произнес Нара, прислонившись к дереву.
Мими оказался отличным сенсором, способным чуять врага на расстоянии. Тадао со своим Бьякуганом обеспечивал обзор на полкилометра, исключая любую засаду. Кагами же взял на себя роль «тяжелой артиллерии» и тактика ближнего боя. Его навыки тайдзюцу и знание фуиндзюцу (хотя он и скрывал большую часть своих наработок) делали его универсальным звеном.
Шикаку слушал их предложения по стратегиям, изредка вставляя едкие, но гениальные замечания. Кагами ловил каждое слово сенсея — для него это было сродни разбору шахматной партии с гроссмейстером.
Получив свою первую зарплату, Кагами зашел домой. Быстрый душ, скромный обед, и снова в путь — к маленькому Шисуи.
Четырехлетний Учиха уже ждал его, нетерпеливо подпрыгивая на месте.
— Ну как?! Были сражения? Ты победил босса?! — засыпал его вопросами мальчик.
— Я победил целое поле сорняков, Шисуи, — сухо ответил Кагами, вызвав у ребенка разочарованный вздох. — Это тоже часть пути шиноби. Дисциплина в мелочах рождает силу в великом.
Тренировка прошла продуктивно. Кагами учил Шисуи концентрироваться на деталях, а не только на скорости. Когда за племянником пришел дядя, Узумаки проводил их взглядом, чувствуя, как внутри разливается странное спокойствие. Этот ребенок был его якорем в этом мире.
Возвращаясь домой, он снова почувствовал это. Тяжелые, расчетливые взгляды из темноты переулков. Корень не отступал. Данзо выжидал, наблюдая за тем, как «ценный экземпляр» проявляет себя в команде Шикаку Нары.
«Смотри, старик», — подумал Кагами, поливая свой цветок на подоконнике. — «Смотри внимательно. Но помни: зеркало может не только отражать свет, но и ослеплять».
Засыпая, он чувствовал привычную усталость. Завтра будет новый день, новые сорняки и новые шаги к силе, которая однажды позволит ему оборвать эти нити слежки навсегда.