Поправляя канон

Утро ворвалось в общежитие A.N.JELL вместе с менеджером Ма, который влетел в гостиную с таким видом, будто за ним гналась стая разъяренных фанаток.

— Внимание! — заорал он с порога. — У меня новость! Сногсшибательная!

Джереми, дремавший на диване с Джоли на животе, подскочил и свалился на пол. Джоли обиженно тявкнула. Тхэ Гён выглянул из своей комнаты с мокрыми после душа волосами. Шин У вышел из кухни с чашкой чая. Ми Нё замерла в коридоре, чувствуя неладное.

— Какая новость? — спросил Тхэ Гён, нахмурившись.

— Ко Ми Нам! — менеджер Ма взмахнул бумагами. — Настоящий! Возвращается!

У Ми Нё сердце ухнуло куда-то вниз.

— Что? — прошептала она.

— Через две недели! — менеджер Ма сиял. — Операция прошла успешно, он почти здоров, реабилитация заканчивается. Он возвращается в группу!

— А как же... — начала Ми Нё, но голос сорвался.

— А ты, — менеджер Ма повернулся к ней, — ты, девочка, свободна. Сделала дело — уходи. Только тихо, без шума.

— Свободна, — эхом повторила Ми Нё.

Внутри всё оборвалось. Она знала, что этот день настанет. Знала с самого начала. Но когда услышала это вслух, мир будто рухнул.

— Так, — Тхэ Гён шагнул вперёд. — Давайте без паники. Две недели ещё есть.

— Есть, — согласился менеджер Ма. — Но готовиться надо уже сейчас. Ми Нё, ты должна передать ему все дела, научить, объяснить. Чтобы никто ничего не заподозрил.

— Я... я поняла, — выдавила она.

— И молчок! — менеджер Ма прижал палец к губам. — Никому ни слова. Особенно прессе.

Он уехал так же быстро, как появился. В гостиной повисла тяжёлая тишина.

— Ми Нё, — Шин У подошёл к ней. — Ты как?

— Нормально, — соврала она. — Я знала, что так будет.

— Но не думала, что так скоро, — закончил за неё Джереми.

Она кивнула, не в силах говорить.

Тхэ Гён стоял в стороне, сжав кулаки. В его голове крутились мысли, которые он не мог высказать вслух. Она уходит. Через две недели её не будет рядом. Не будет этого дурацкого чая, этого пальца на носу, этих глаз, в которых он тонул всё глубже с каждым днём.

— Пойду проветрюсь, — сказал он и вышел.

---

На улице моросил дождь. Тхэ Гён стоял под козырьком подъезда и смотрел на серое небо. Через пять минут рядом появилась Ми Нё.

— Ты чего вышла? — спросил он, не оборачиваясь.

— За тобой.

— Зачем?

— Не знаю. — Она встала рядом. — Просто... захотелось быть рядом.

Он повернулся к ней. Дождь капал на её волосы, на ресницы, стекал по щекам, как слёзы.

— Ми Нё, — сказал он хрипло. — Я не хочу, чтобы ты уходила.

— Я должна. Брат возвращается.

— Плевать я хотел на твоего брата.

Она удивлённо подняла глаза.

— Тхэ Гён-сси...

— Я люблю тебя, — выпалил он. — Люблю, поняла? Не знаю, как это случилось, когда, почему. Но ты — единственная, о ком я думаю каждую секунду. Твой смех, твой нос, твоя дурацкая забота... Я не могу без тебя.

У Ми Нё слёзы смешались с дождём.

— Ты правда...

— Правда. — Он взял её лицо в ладони. — И я не отпущу тебя. Даже если твой брат вернётся. Даже если весь мир против. Ты моя. Поняла?

Она кивнула, не в силах говорить.

Он поцеловал её. Под дождём, у подъезда, не обращая внимания на прохожих. Поцелуй был мокрым, солёным от слёз, но самым настоящим в её жизни.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она, когда он отстранился. — С первого дня, кажется. Но боялась признаться.

— Дурочка.

— Знаю.

Он усмехнулся, достал из-под куртки пакет, который держал всё это время.

— Это тебе.

— Что это?

— Открой.

Она развернула пакет и ахнула. В коробке лежали туфли. Ярко-зелёные, блестящие, как её надежда.

— Ты... ты купил мне туфли?

— Ага. — Он смутился. — Увидел в магазине и подумал: «Ей пойдёт». Зелёный — цвет надежды, да? А мне нужна надежда, что ты останешься.

Ми Нё прижала коробку к груди.

— Я останусь, — прошептала она. — Куда я без тебя?

— Тогда примерь.

— Сейчас? Под дождём?

— А почему нет?

Она засмеялась сквозь слёзы, села на лавочку, сняла старые кеды и надела туфли. Ярко-зелёные, на небольшом каблуке, они сидели идеально.

— Красиво, — сказал Тхэ Гён. — Очень.

Она встала, сделала шаг, другой. Чувствовала себя принцессой из сказки.

— Спасибо, — прошептала она. — Это лучший подарок в моей жизни.

— Я ещё много тебе подарю, — пообещал он. — Если останешься.

— Останусь.

Они стояли под дождём, обнявшись, и дождь уже не казался таким холодным.

---

Два дня пролетели как в тумане.

Ми Нё летала на крыльях, Тхэ Гён улыбался чаще, чем за последние годы, и даже Джереми перестал вздыхать по ночам (почти). Но в другой части города зрела новая угроза.

Мин Хо сидел на кухне общежития NOXIS и смотрел, как Сухо моет посуду.

Не то чтобы он никогда не видел, как парни моют посуду. Но Сухо делал это как-то... по-особенному. Аккуратно. Осторожно. Будто боялся поцарапать тарелки. И пальцы... пальцы тонкие, длинные, совсем не мужские.

— Сухо, — позвал он.

— А?

— Ты давно в группе?

— Месяца два, — ответила Алия, не оборачиваясь.

— А до этого чем занимался?

— Разным.

— А где жил?

— В разных местах.

— А семья есть?

— Нет.

— А девушка?

— Нет.

— А парень?

Алия замерла. Медленно обернулась.

— Чего?

— Шучу, — ухмыльнулся Мин Хо, но глаза у него были серьёзные. — Расслабься.

— Я расслаблен, — буркнула Алия и отвернулась.

Но Мин Хо не отставал. Он наблюдал весь день. Как Сухо поправляет волосы (жест явно женский). Как садится — ноги вместе, колени прижаты. Как смеётся — прикрывая рот ладошкой.

— Слушай, — сказал он вечером, когда они остались вдвоём в комнате. — Ты можешь мне не отвечать, если не хочешь. Но я хочу спросить.

— Спрашивай.

— Ты ведь девушка, да?

У Алии сердце пропустило удар.

— Что за бред? — постаралась она изобразить возмущение. — Я парень.

— Ага, — кивнул Мин Хо. — И волосы поправляешь по-женски, и сидишь как девица, и голос у тебя срывается, когда устаёшь. Я не дурак, Сухо. Или как тебя там на самом деле?

Алия молчала. В голове билась одна мысль: «Всё. Конец».

— Я никому не скажу, — добавил Мин Хо тихо. — Если не хочешь, чтобы знали. Но мне скажи. Пожалуйста.

Она смотрела на него и видела в его глазах не осуждение, не злорадство, а искреннее беспокойство.

— Мин Хо... — начала она.

— Я всё понимаю, — перебил он. — В этой индустрии всякое бывает. Может, ты скрываешься, может, у тебя причины. Но мы же друзья. Почти семья. Я имею право знать?

Алия выдохнула. Дрожащими руками сняла кепку, провела по коротким синим волосам.

— Да, — сказала она своим обычным, не нарочито низким голосом. — Я девушка.

Мин Хо выдохнул.

— Охренеть, — сказал он. — Просто охренеть.

— Ты злишься?

— Злюсь? — он уставился на неё. — Нет. Я в шоке, но не злюсь. — Он помолчал. — Значит, всё это время мы жили с девушкой в одной комнате, и никто не заметил?

— Я старалась.

— Старалась она, — хмыкнул Мин Хо. — Ладно, чёрт с тобой. Тайна умрёт во мне. Но Джин Хёку и Хён У говорить придётся. Сама или я помогу?

— Сама. — Алия сглотнула. — Дай мне время.

— Сколько надо. — Он хлопнул её по плечу. — Но знай: мы за тебя горой. Какая бы ты ни была.

У Алии на глаза навернулись слёзы.

— Спасибо, Мин Хо.

— Не за что, — он улыбнулся. — А теперь иди спать, Сухо. То есть... как тебя там?

— Алия. Меня зовут Алия.

— Алия, — повторил он. — Красиво. Спокойной ночи, Алия.

— Спокойной ночи.

---

Цитата из главы:

«— Я люблю тебя. Люблю, поняла? Не знаю, как это случилось, когда, почему. Но ты — единственная, о ком я думаю каждую секунду. Твой смех, твой нос, твоя дурацкая забота... Я не могу без тебя.
— Тхэ Гён-сси...
— Я не отпущу тебя. Даже если твой брат вернётся. Даже если весь мир против. Ты моя. Поняла?
— Я тоже тебя люблю. С первого дня, кажется. Но боялась признаться.
— Дурочка.
— Знаю. — Она прижалась к нему. — Твоя дурочка.»