Глава 1 (возможно последняя)
Серые лучи солнца прорываются через плотную штору, освещая и без того тёмную комнату. Пыль густым пластом лежит на фоторамках и стеллажах. Казалось, в этом маленьком комнатном мире всё застыло, как в музее, если бы не часы с их противным "тик-так" и скрип потёртого дивана с сидящем на нём парнем. Его глаза закрыты, в руках сигарета, серый пепел которой падает прямиком на пол, успев слегка покружиться, его можно было легко сравнить со снегом, если бы не гнусный цвет и не скованность в пространстве и действии. Губы медленно приоткрываются и на выдохе начинает клубиться витиеватыми узорами серый сигаретный дым. Парень был погружён в раздумья, скорее даже воспоминания, в которых серого цвета было намного меньше. Он отказывался смотреть на этот мир, потому что надоели однообразные краски без яркого вкрапления, потому что там, за шторками своего разума он не увидит больше никаких будоражащих разум моментов, не почувствует никакого другого запаха, кроме никотина. Когда-то он и подумать не мог, что будет сидеть и медленно умирать совершенно один в царстве пыли и пепла. Выцветшая зелёная рубашка, неаккуратно одетая, сидела на нём парашютом, джинсы стягивали его худые ноги, которым позавидует любая девушка, а белые кеды уже не были белыми, скорее серо-бежевыми. Серые волосы спадали на болезненно-бледное лицо, украшенное парочкой царапин и огромными мешками под глазами, которые хорошо вписывались в атмосферу. Очередная сигарета летит в угол с множеством таких же,есть шанс поджечь квартиру, но это никого не волновало. Лёгкая улыбка проскользнула на лице и воспоминания полились рекой. Хотелось бы поставить дамбу, что бы они не вытекали с полки "Забыть", но увы не было ни терпения, ни времени, ни новых материалов. Наверное от воспоминаний сейчас осталась только единственная фотография в рамке, всегда ухоженная и светлая, возможно пахнущая вишней, но скорее всего это последствия плохого образа жизни.
Жизнь - тяжёлая штука, начинающаяся рождением и заканчивающаяся смертью. Это череда событий, происходящих по твоей воле и против неё. В жизни мы иногда можем что-то выбирать, цвет волос, стиль одежды, друзей, а что-то нет, как семью, веру, любовь. Для кого-то это просто игра, для кого-то неподъёмный груз. Кто-то несёт тяжёлое бремя через многие года, пытаясь вырваться из оков ошибок и проблем, кто-то в свою очередь от малейшей трудности, например первой неразделённой любви, падает с мостов и режет вены. Что же до Юнги, то он точно не знает, кто он в жизни и ощущает ли он эту самую жизнь. Даже нет, не так, можно ли назвать его существование в пыльной серой комнате жизнью? Месяц назад он не задумывался о подобной ерунде, не начал бы курить, и скорее всего не сидел один. Всё "раньше" заключается всего лишь на одном человеке - Ким Тэхёне. Сейчас от одной мысли о нём начинает катиться по щеке солёная слеза, остужая кожу и делая глаза красными. Улыбка разом слетает с губ, стирается и малейшая крупинка умиротварения, так нужная именно на этой ступене жизни.
Что было месяц назад? Было много солнечного света, квадратных улыбок и волос с запахом вишни, из-за которых вся квартира стала пахнуть похоже. В это время было много тёплых объятий и этих тихих "Всё хорошо, хён? ". Тогда Юнги и Тэхён часто засиживались до ночи, проводя время вместе перед телевизором с какой-то "поучающей" программой или просто смотрели на небо, говоря о непостижимой Вселенной. Было много разговоров о том, какая же Вселенная огромная, такая далёкая и одновременно такая близкая. В этих странных бреднях можно было утонуть, наслаждаясь приятной обстановкой с вишнёвым парнем. Мир превратился в чайный домик с мятным чаем и сладостями, от которых нельзя оторваться. На самом деле, всё было хорошо, даже очень, можно сказать слишком. Возможно это было всего лишь затишье перед бурей, которую никто из двоих не видел в свои бинокли, как не видели и маятника, освещающего их совместную идиллию.
Всё произошло слишком внезапно, Юнги даже не успел переосмыслить всё, как это "всё" закончилось и с ним закончилась его вишнёвая пора приятной жизни. Казалось, день был обычным и ничего не предвещающим, пока в дом не зашёл Тэхён с грустью на лице, коего никогда до сих пор не случалось. Он молча разделся, прошёл на кухню и сделал две чашки чая. Юнги несколько раз его окликал, но безрезультатно. Тот просто опустив голову бормотал нечто невразумительное. В помещении повисла минутная тишина, а после прозвучали роковые слова - "Хён, я не знал,что ты... Прости, я не думал, что моя дружба так далеко зайдёт, я не хотел. Думаю, нам стоит прекратить общение. Юнги... Прости... ". Голос юноши в конце звучал немного хрипло с явной подавленностью в голосе. Но его "Хён" этого не услышал или не хотел слушать. В этот момент серое отчаяние поглотило Юнги с головы до ног, чёрная завеса возникла перед глазами, а уши заложило. В сердце рухнул весь тот тёплый, приправленный чем-то пряным, мир с огромной Вселенной и тёплым чаем. Почему-то только сейчас промелькнуло осознание реальности за этим чайным домиком, только сейчас с Юнги слетели, так называемые, "розовые очки".Дар речи был потерян, мысли пчёлами метались в голове. Как? Почему? Самые простые, но этим и сложные, вопросы стояли перед глазами. Но спрашивать у пустой квартиры бесполезно, Тэхён ушёл быстро и не оставив следов, уже как пять минут назад. Всё. Конец игры. Сломалась Вселенная, разбился чайный сервиз, а с ним и домик за приятной завесой из мечты. Закончилось та беззаботная жизнь. Началась новая с серым пеплом на сердце, который может сдуть только парень с розовыми волосами, пахнущими вишней.
Слёзы уже просто текли без остановки, Юнги всё равно, никто не увидит, никто не услышит, это не родительский дом, где все готовы тебе помочь и согреть. Губы сжались в тонкую полоску и немного дрожали. Руки обхватили голову с двух сторон, цепляясь за серые волосы. Мин, кажется, уже сорвал внутренний голос, когда кричал молча. Было тяжело осознавать, что больше ничего не будет, что он так и сгниёт тут. Белое, как снег, лицо аккуратно легло на согнутые колени и слёзы немного прекратились, просто их уже не осталось, соль и вода закончились.
День переходит в вечер, сигареты в углу до конца потухают, пыль всё так же садится на серый мир в четырёх стенах. Время всё так же идёт, немного заторможено но идёт, сопровождаясь "тик-так". Парень уже беспокойно, свернувшись калачиком, спит, а на стеллаже всё так же стоит фоторамка пахнущая вишней и подписью "Тэхён. Юнги".