17.
Выстрел прозвучал слишком отчетливо и громко, разрушая напряженную тишину, что повисла в воздухе.
Казалось, что это был пистолет, который уперся мне в висок, но после быстро дошло, что это совсем не он. Противник ослабил хватку от удивления, и в ту же секунду я словила момент и выбралась из его рук, толкая тело в сторону Влада. Рвану, что есть силы, в сторону, в лес.
Влад не терял времени: выбил из его рук оружия и принялся в рукопашный бой на равных. Что было дальше, я так и не увидела. Я бежала со всех ног от них. Сердце бешенно колотилось от страха и быстрого бега.
Голос внутри кричал, что бежать нужно быстрее, как можно дальше, чтобы за это время можно было унести свое тело, и его не успели обнаружить. Но как бы мне не хотелось свободы, совесть мучила больше: Владу нужна помощь. Я в долгу перед ним. Он неоднократно спасал меня, шел на уступки и защищал от Соснова, а я как неблагодарная тварь просто убегу и все?
" Так не поступают с друзьями",- вспомнила слова папы, который гроздно приговаривал, когда я поступила нечестно.
Я словно выжитая упала на колени и хотела разрыдаться от этой развилки. И даже не успела сообразить и возразить, когда это Влад заслужил статус друга.
Я разрывалась от сомнений: голос внутри кричит о свободе, а совесть спорит о справедливости.
На дрожащих ногах поднимаюсь с колен и так же плетусь обратно к парню, со стороны которого слышны звуки тяжелой борьбы. В моменты становилось страшно, что я попадусь под горячую руку. А с другой стороны я сомневалась, зачем я там вообще нужна и чем могу помочь ему.
Пистолета я не имею, ножа или чего-то острого тоже. Да я даже драться не умею...
Расстояние между нами сокращалось все быстрее и быстрее. Они меня не видят это уж точно, так как я за густой листвой кустарников нахожусь, да еще и в зеленой форме, но я их вижу прекрасно.
Останавливаюсь на месте и некоторое время таращусь на них, будто вижу их впервые. Хмурюсь и сжимаюсь внутри, когда Влад получает от этого незнакомца. Удар по лицу, в солнечное сплетение- и вот он уже лежит на земле, получая впридачу по ребрам.
Твою ж мать! Если он сейчас прикончит Влада на этом же месте, то потом пойдет искать меня, и я получу не сладко за это...
Слышу звон лезвия, и мои глаза уже лезут на лоб. О нет!! Влад!
Он берет его за шиворот и поднимает, хотя Влад и без него справлялся. Захватывает за шею, прикладывая лезвие ножа к сонной артерии.
Внутри все словно замедлилось, дыхание перехватило, и эти сотые и тысячные доли секунды длились вечностью, пока мозг размышлял о дальнейших действиях: пистолеты, что выбил Влад из рук незнакомца лежали по другую сторону от меня и были вне доступа, я оглядываюсь по сторонам в надежде увидеть что-то, что бы мне подошло. Беглый взгляд быстро распознал толстую ветку, даже брусок дерева. Подбегаю к нему и хватаю настолько быстро, сколько это возможно, даже не оценив, насколько тяжелый оказался этот брусок.
Захожу к ним сзади, со спины, поэтому меня по-прежнему не замечали и не слышали из-за своих же хрипов. Еще мгновение я решаюсь на то, чтобы навредить человеку, но эта мысль улетучилась при виде положения этого парня, что вот-вот получит смертельное ранение от ножа.
Надо бы посильнее ударить, иначе от слабого удара он не отключиться, а разозлиться еще сильнее. Но как расчитать силу?..
Замахиваюсь и что есть мощь ударяю по голове бруском этого незнакомца.
Нож выпал из рук, тело крупного мужчины потеряло тонус, он как мешок обвалился на Влада, а тот в свою очередь вынырнул из-под него и резко оборачивается ко мне, готовясь принять новый удар.
Парень облегченно перевел взгляд на мужчину и приложил пальцы к сонной артерии, проверяя пульс.
- Честно, я уже на тебя и не надеялся,- выдохнул он и принялся связывать руки пленника,- в следующий раз можно применить чуть-чуть меньше силы.
" Сильные удары в затылочную область могут привести к летальному исходу",- вспоминаю слова нашего преподавателя по анатомии. И на ум сразу же приходит мысль, что я убила еще одного человека...
Его голос прозвучал настолько ободряющим, что я опешила, глядя на все это со стороны. Осознание того, что я вновь сотворила, доходит постепенно, словно вор подкрадывается. Неосознанно я выпустила из рук брусок, и тот глухо рухнул на землю. Глаза завороженно смотрели в упор незнакомцу, будто ничего не видя вокруг.
Влад обернулся на этот грохот и несколько мгновений пристально разглядывал меня, словно пытался разгадать, что же недавно происходило у меня в голове: танец со смертью, забвение, освобождение от мучительных потерь, чувство вины и стыда, а затем шаг назад от бездны.
******
А дальше все как в тумане... Я не помню, как именно мы дошли до остальных ребят, что делали с этим пленным, не помню, как прошел целый день. Это должно было меня насторожить, но я была слишком поглащена своими мыслями и поступками.
Помню только, как к нам пришла подмога в виде Соснова и Леонова, как Старый приказал Владу нас, девочек, увести в сторону, иначе он просто напросто не сможет устроить допрос. И похоже дело было совсем не в тайне, о которой нам не говорят, а о том, чтобы мы не видели весь этот ужас. Ужас войны.
А потом, когда прислушивались к тому, что же там происходит, с этим пленным, Влад подсел ко мне. Этот момент я помню отчетливо, так как пришлось силой возвращать себя в сознание, иначе я бы просто не осознавала, о чем говорю.
- Как ты себя чувствуешь?- в полголоса спросил он. С усилием смотрю на него и хочу ответить, но почему-то это дается с большим трудом.
- Нормально, но можно и лучше,- снова отвожу взгляд и откидываю голову назад, уперевшись в дерево. Прикрываю глаза и снова вижу перед собой картину сегодняшнего дня... Уж слишком долго он длится.
- Тебе нужно поспать,- заботливо советует парень.
Легко сказать. Я бы с радостью, но как только закрываю глаза, сразу мерещатся самые жуткие картинки.
Нет сил ему сопротивляться, и он это понимает, но сел не для раздачи советов, а отвлечь меня от мыслей. Самое страшное, что может происходить в голове у человека, загрызть самого себя.
- Ты все правильно сделала. На войне всегда так: либо ты его, либо он тебя. Вины твоей здесь нет,- мягко возразил он.
******
На следующий день мы вернулись на нашу базу.
Так уж звезды сошлись, что старшина пристроил меня к Соснову, чему я была, мягко говоря, не рада. Правда, дали нам не особо сложную работу- готовить ужин на всех.
Молча, как обычно, принимаюсь за варку гречки, пока Соснов занимается розжигом костра. Все шло довольно-таки хорошо, как мне показалось, и он не переходил грань. Я даже успела успокоиться и чувствовать себя более уверенно, в то время как парень рассказывал разные истории, на которые я лишь кивала или отвечала коротенькими фразами.
А после ужина меня вновь отправили работать с ним. Он перепроверял техническую готовность оружей, а я подсчитывала потроны и количество лент и гранат.
Меня уже больше запугивал не сам парень, а его, на удивление, потерянный интерес ко мне. Я начала с опаской на это все поглядывать, но все равно он вовлек меня в разговор, и мое поддакивание на его рассказы перешли в незначительные вопросы, которые уточняли его разговор. А в частности, когда закончили работу, он показывал все оружия, что есть, перечислял их названия и объяснял, как работают.
Да и вообще, как показалось мне за все это время, Соснов не такой уж и плохой парень, просто слишком много в нем похоти, хотя сейчас ее нет, абсолютно.
Когда возвращались назад, точнее спускались с третьего этажа, мы все еще безобидно общались, однако все было бы ничего, если бы не дальнейшие действия.
Я не знаю, что на него нашло, видимо, природа взяла свое вверх. Вся эта оболочка, что была все эти часы, тут же обрушилась, как стекло разбивается и рассыпается вдребезги.
Парень прижимает меня лицом к стене, заводя руки над головой, и прижимается всем телом, будто пытается вдавить меня в этот холодный бетон. Не упустил момент и пройтись руками по моему телу, остановившись на бедрах.
- Кого ты из себя строишь?- в его голосе прорезается хрипота, а мое сердце сейчас словно покинет меня, вместе с молитвами, которые я начала мысленно причитать, дабы он остановился.- Да тебя бы уже все выебали, если бы не твой паренек, который тебя жалеет! - он с каждой фразой приближается к моему уху, от чего становилось не только страшно, но неприятно от такой близости. Я была как в тисках между стеной и его плотью.- Не будь ты его, все бы попробовали, какая ты!- я сглатываю ком в горле и стараюсь дышать медленно и глубоко.- Ооо, поверь мне, рано или поздно, но твой час настанет! И ты узнаешь...
- Соснов!- резкий бас Влада, что оказался пролетом ниже нас, оборвал его идилию.
О Боже, какое счастье! Молитвы все-таки были услышаны! Как же ты вовремя!