11.
Подходя к базе, я все время замедляла ход. Мне было не только тяжело идти, неся на себе парня, который весит не мало, но и страшно подходить. Я знаю, что сейчас выйдет старшина или Старый из своего укрытия и обрушит на меня весь свой словарный запас отрицательного настроя. Я знаю, что потом последует наказание, но вот какое... Думаю, после узнаем.
У входа в здание никого не было, там стояла гробовая тишина до нашего прихода, я задумалась, что может быть никого здесь нету, но потом обдумала это и вспомнила, что они тоже в укрытие сидят. Как бы нас снайпер какой-нибудь не снял случайно.
- Что вы здесь делаете?- негромко кричит Леонов, выходя из-за угла дома, как только мы уложили Сему на бревна. Он все еще бессознания.- А...
Я вижу по глазам Леонова, как он в растерянности смотрит на нас всех, он думает, что его друг мертв и мы его притащили для захоранения.
Стою неподвижно, внутри снова все сжалось. Я жду ответную реакцию.
- Старшина,у нас похоже... Минус один,- говорит в рацию парень, и Юля в этот момент разрыдалась вновь. Вот кто его за язык тянул, она только за всю дорогу успокоилась. А тут снова истерика.
- Нет-нет,- аккуратно возразила Лера, стараясь ему угодить,- он живой еще, правда?- и молящим взглядом смотрит на меня.
Я прикладываю снова два пальца к шее, чтобы проверить пульс и, удостоверяясь в своих догадках, киваю ей в ответ. Да, живой.
Буквально через пару секунд появляется старшина. Он уверенно пробирается к пострадавшему и нервно оценивает его состояние. Волнуется за Сему.
- Что произошло?- строго и ровным тоном спрашивает он.
- Он подорвался на мине! Было много взрывов! Вокруг нас все взрывалось! Нас обстреливали!- эмоционально в слезах описала ситуацию Юля. Старшина перепугался вдвойне от слова "подорвался", это было видно по глазам. В отчаяние он перевел взгляд на меня, ожидая адекватного объяснения, хотя я волновалась не меньше.
- Это минное поле было. Его ранили, он без сознания. Я не видела, что именно случилось с ним, думаю, осколок попал в голову. Рана на затылке была. Я обработала и перевязала голову, вроде как больше ничего не пострадало, но...- тут я запнулась, словно задыхалась в своих рассуждениях.- Но лучше отвезти его в больницу, меня пугает, что он все еще без сознания, мало ли что именно повредило, я не врач,- старшина внимательно выслушал, осматривая парня сам.
- Старый, ты мне нужен, возвращайтесь- по рации передал сообщение своему помощнику.- Контузия. Молодец, что не рстерялась!- это пояснение уже адресовал мне.
Я отсела подальше, чтобы наблюдать за всей ситуации издалека. Сознание было просто как в тумане. Я понимаю, что этому парню нужна помощь, но я здесь помочь не могу. Особенно это касается профессиональной помощи. Первая помощь оказана, а дальше мы не вправе помочь, даже если бы и хотели, то не сможем.
Внутри все дрожит, я волнуюсь, но определить,что именно меня волнует, я не могу. Наверное, страх наказания... Я не знаю, какое оно, вот что меня пугает больше всего.
Скопление людей и новые голоса вывели меня из размышления. Пришел Старый со своей компанией на сегодняшнее задание. С ним же был Влад и Соснов.
Я старалась максимально не придавать виду, чтобы меня как можно дольше не замечали. Мне снова страшно: выходки Соснова, защита Влада, которая не понятно чем закончится, задания, на которых нужно лишь наше присутствие, а не действия, и война, о которой я ничего не знаю. Жизнь в неведение- это худшее, что могло со мной произойти. Самое сложное, когда ты не знаешь, куда и зачем идешь.
Лера была права, надо было бежать. И не важно, куда привело бы меня это, хотя бы опробовать этот вариант, а теперь... Теперь такого больше не будет, там был отличный и, возможно, единственный шанс.
- Старый, бери увазик и вези в центральный госпиталь его, и Леонова возьми для помощи. Только, пожалуйста, будь аккуратен! - старшина распорядился парнями.
Как только я услышала про центральный госпиталь, то сразу же наострила слух, как заяц при услышанной опасности. Это же возможность уйти отсюда. По-любому в нем есть возможность узнать, какой это город поблизости, какая страна и что вообще происходит.
Только осталось придумать причину, по которой меня увезут в этот госпиталь. Должно быть на это, основание, то есть серьезное ранение.
Я конечно, хочу отсюда выбраться, но специально себе навредить... Это не в моих силах, я не мазохист. К сожалению.
Мысли обрываются так же резко, как и сегодняшние взрывы на поле. На плечо тяжело опускается рука, от чего я резко подрываюсь с места и одновременно напрягаюсь: готова бежать.
- Нет, дорогуша, даже и не думай об этом,- похотливо проговаривает Соснов, подходя ко мне ближе.
- О чем?- выговариваю слова с силой, дабы перебороть разгоревшийся страх внутри меня. Как он догадался?
- Ты прекрасно знаешь сама,- теперь он шепчет мне на ухо, рука медленно касается моей щеки, и он поглаживает меня.
Я молчу, мы думаем об одном: побег.
Мурашки бегут по телу, волна отвращения накатила на меня, от чего хотелось оттолкнуть его подальше от меня, но эти последствия... Я отвожу взгляд в ноги и прикрываю глаза в ожидание, когда это все прекратиться.
- Глазки прикрываешь, значит нравится,- становится щекотно от его шепота.
Какой же он придурок. Почему именно я его жертва, а не Женя, как он выбрал изначально?
- Соснов, берега путаешь,- голос Влада заставил его убрать руку и немного отстраниться,- твоя тоже темненькая, а со своей я сам буду развлекаться.
Развлекаться... Твою мать! Можно мне урыться в землю и больше не вылазить до самого конца этого ада?
- Я же добьюсь своего,- угрожая, Соснов стал отступать от нас,- рано или поздно, я это сделаю.
Влад ждет, пока он оснавательно уйдет, и садиться рядом со мной. Мы не смотрим друг на друга, мы смотрим вдаль на все происходящее.
- Как ты?- заботливо спрашивает меня он.
- Нормально, он мне ничего не успел сделать.
- Это хорошо, но я не про это.
- А, ты про... Я не ранена, похоже весь удар на себя принял Сема.
- Что вообще произошло?- он внимательно смотрит на меня, и в этот момент я раздумываю, рассказать ли ему про того деда, который смотрел нам вслед.
- Я не знаю, как это все произошло. И не знаю, умышленно это было сделанно или так, случайно,- начинаю выдумывать отговорки, чтобы он не думал, что сделали это мы специально. Хотя такого не было.- Мы просто шли... А потом все вокруг начало взрываться, меня кто-то пихал в спину, мы побежали, а после... После Сема лег на нас всех, тем самым и защитил,- немного помолчав добавила:- в фильмах это называли минное поле, а здесь как это называется?
- Также, только смысл для нас другой: мы здесь не одни, враг поблизости. На войне так бывает. И боюсь, что это только начало ужасного, что вы могли видеть. К сожалению.
Мы смотрим, как увазик отдаляется от нашей базы и мы молча его провожаем взглядом, словно там везут умершего героя.
- Но есть и хорошие новости,- уже другим тоном объявил Влад, прервав молчание.
- Не думаю, что здесь есть вообще что-то хорошее,- огрызаюсь ему в ответ и мысленно себя осекаю за такую манеру.
Влад никак на это не реагирует, подносит кулак ко мне ближе и раскрывает передо мной. На ладони лежат около десяти маленьких ягодок земляники. Она настолько спелая, что при первом же взгляди у меня засверкали глаза и вустыпили слезы радости. Вот это и вправду хорошие новости!
Даже и не подумала, что обычная ягода может вызвать у меня столько эмоций.
- Думаю, земляника поднимет тебе настроение.
Улыбаясь парню, я обнимаю его, приговаривая слова благодарности, искренне при этом радуясь. А он был явно в шоке от моей ответной реакции.
- Спасибо большое!
Он улыбается в ответ и пересыпает ягоды мне на ладони.
Вот честно, если бы не это место, если бы не эта неведомая мне война и если бы мы были в городе и это был бы случайный парень, с которым у меня хорошо складываются отношения, то я рассматривала бы его на роль своего молодого человека, ведь, на самом-то деле, он красивый, заботливый и внимательный, но... Здесь не стоит доверять до конца каждому, здесь подвох может крыться на каждом шагу, поэтому зараждающуюся влюбленность я заталкиваю куда подальше и тихо наслаждаюсь ягодками.
Значит уже настал июнь месяц...