Глава 6. Ненадежный мост
- Живее! Чего плететесь, как черепахи!
- Но мы не можем быстрее.
Дело было на переправе через реку, на которой из-за сильного течения до сих пор не встал лёд. Отряд Игвена пришел туда рано утром, потому что разведка сообщила, что скоро туда прибудут советские ребята.
- Пилить мост!
- Командир, из этого течения живым не выйти...
- А я о чем? Пилите, пусть этот Иван со своей компанией свалится в воду!
А вот и Иван, лёгок на помине. Весело шагает со своими друзьями по белому свежему снежку, напевая какую-то песенку. Что за старик с ними, уж не Дед ли из танкистов?
- Живее, товарищи, а то в пути состаримся и станем такими же милыми дедушками, как наш новый друг!
Мост трясся и качался, вот-вот готовясь проломиться под двадцатью крепкими фигурками, но мальчишки так же спокойно перешли на другую сторону и продолжили путь. Игвена такая злость взяла!
Он выскочил на мост и завопил, топая ногами:
- Да чтоб об вас гром ударил! Сдохните, провокаторы несчастные!
Парни только посмеялись и покрутили пальцами у виска, а мост явно не был готов к подобному выбросу эмоций и решил уйти в подводное плавание вместе с немцем. Игвен свалился в ледяную воду и закричал:
- Эй! Спасите! Помогите! Я не умею плавать!
Его солдаты стояли в нерешительности, потому что никто не хотел лезть в воду, а он едва держался на поверхности, взывая о помощи. Фач скрылся полностью, лишь несколько пузырьков воздуха поднялось наверх. От противоположного немцам берега отделилась одна фигура и, не снимая форму, кинулась в реку.
- Стой! Там течение сильное!
- Все равно, там человек!
Кто-то отчаянно боролся с течением, ныряя на дно, выплывая обратно за воздухом, а потом снова ныряя, ища утопленника в мутной холодной воде. Было ясно, что из быстрого и глубокого потока спасения нет, что двое точно не вернутся сегодня на берег.
Но вот на "немецкий" берег вылез длинный крепкий парень в зелёной шинели, взваливший на себя пацана поменьше.
- Держите свое чудо.
"Чудо" закашлялось, и, не открывая глаза, заревело. Бултых! Иван поплыл к своим. В голове была мысль: не съесть ли мамкин хлеб? А, нет. Передумал.