𝗣𝗶 𝗛𝗮𝗻-𝘄𝗼𝗼𝗹
pov: за пределами контроля.
пейринг: «учебная группа».
в кабинете хан уля всегда пахло дорогим парфюмом и едва уловимым ароматом свежего кофе, но сегодня этот воздух казался слишком густым. ты стояла у панорамного окна, глядя на огни ночного сеула, и чувствовала, как внутри все сжимается от его молчания.
хан уль сидел за столом. его взгляд, холодный и отстраненный, был прикован к каким-то бумагам, но ты знала: он не прочел ни строчки, и сейчас эта маска была пугающе безупречной.
— ты даже не посмотришь на меня? - твой голос дрогнул, нарушив тишину.
он медленно отложил ручку. движения были выверенными, почти аристократичными. когда он поднял голову, в его глазах не было ярости - только та самая пугающая пустота, за которой он прятал все, что болело.
— а что я должен увидеть? - его голос звучал тихо, но каждое слово било наотмашь. - твое очередное «прости»? или попытку убедить меня, что ты не знала, чем это закончится?
— я просто хотела помочь.. - прошептала ты, разворачиваясь к нему. ты чувствовала, как внутри все сжимается от его холодного тона, но не собиралась отступать. - неужели ты думаешь, что я могла просто сидеть и смотреть, как ты разрушаешь себя ради этой сделки?
хан уль резко встал. стул с сухим стуком откатился назад. в два шага он оказался рядом, сокращая дистанцию так стремительно, что ты невольно отступила к стеклу. он замер в сантиметре, и ты почувствовала исходящий от него жар, контрастирующий с его ледяным тоном.
— помочь? - он наклонился к твоему лицу, его взгляд впился в твои глаза. - ты влезла в игру, правил которой не понимаешь. ты поставила себя под удар, зная, что я..
он замолчал на полуслове, желваки на его лице заходили ходуном. его пальцы коснулись твоей щеки - почти невесомо, но рука едва заметно дрожала. в этом жесте было больше отчаяния, чем во всех словах мира.
— если с тобой что-то случится.. - прошептал он, и его маска наконец дала трещину, обнажая первобытный страх, - весь этот мир, который я так старательно строил, не будет стоить и цента.
он притянул тебя к себе, утыкаясь лицом в твое плечо. ты чувствовала, как сильно бьется его сердце. хан уль никогда не просил о спасении, но сейчас, в этой тишине, он просто крепко держал тебя, словно ты была его единственным якорем.
— больше никогда. - выдохнул он тебе в волосы. - никогда не заставляй меня так бояться за тебя.
— моя жизнь принадлежит только мне. - отрезала ты, мягко коснувшись его лица. - но мое сердце всегда будет на твоей стороне.
он лишь сильнее сжал твою ладонь, и в этом жесте было все: и признание поражения, и клятва защищать тебя до самого конца.
