Глава 1
Внимание! Данное произведение предназначено для лиц старше 18 лет.
Книга содержит сцены насилия, жестокости, психологического давления, преступной деятельности, а также описание морально неоднозначных и деструктивных моделей поведения.
Автор не поддерживает, не оправдывает и не пропагандирует действия, взгляды и образ жизни персонажей. Все поступки героев рассматриваются исключительно в рамках художественного замысла и служат раскрытию характеров и сюжета.
В реальной жизни подобные действия являются неприемлемыми и подлежат осуждению.
Произведение может содержать сцены эмоционального напряжения, ненормативную лексику и темы, способные вызвать дискомфорт у читателя.
Читателю рекомендуется соблюдать осознанный подход к восприятию представленного материала.
Ракель
Липкая ладонь скользнула по перилам, оставляя алый след. Я даже не сразу поняла, что это моя кровь.
Дыхание рваное, будто лёгкие налились свинцом. Я неслась по узкому коридору, зная, что в любой момент меня могут схватить.
Сирена ещё не завыла, но я чувствовала её кожей. Девять минут. Я оставила себе девять минут.
Глупо было думать, что всё ещё не заметили. Глупо было думать, что меня вот так вот отпустят. Глупо было думать, что не пустят все силы на поимку. Но я и не надеялась. Я прекрасно понимала, что это всё — конец. Даже при самом удачном раскладе.
Но надо было признать, что пока всё шло по моему плану. А препятствия — неизбежны.
Мой побег занял год.
Не в смысле — я собирала вещички. В смысле — я готовилась сбежать из системы, из которой выбраться невозможно. Живой.
Я готовилась к худшему исходу.
И всё равно, когда буквально двадцать минут назад металлическая дверца внутреннего «сейфа» мягко щёлкнула, сердце ударило слишком громко.
Я знала код. Я знала алгоритм смены ключей. Я сама помогала внедрить этот протокол.
Смешно.
Система, которую я помогала укреплять, открылась передо мной, как хорошо знакомая рана.
Внутри лежал аппаратный модуль — матовый, без маркировки, размером меньше спичечного коробка. Холодный, как хирургический инструмент.
Не флешка. Ключ.
Без него их распределённые хранилища бесполезны. Без него не открыть финансовые каналы, не получить доступ к архивам заказчиков, не подтвердить подписи транзакций, не скрыть схемы отмывания, каналы поставок. Без него — организация становилась слепой.
Я держала в руках не данные. Я держала их горло. Но совсем скоро они схватят моё.
Год назад я начала копировать фрагменты. По кускам, под чужими учётками. Под видом служебных задач. Я никогда не брала больше, чем допустимо, чтобы меня раньше времени не заподозрили. Мне удалось поменять логи. Я генерировала шум. Оставляла следы только там, где их и так было слишком много.
Они видели идеального сотрудника.
Я видела точку выхода. Сегодня было идеальное окно. Большинство тех, кто мог оказать мне препятствие, те, кого я называла личным «чёрным списком» — находились не здесь. Ларс в Южной Америке. Половина топ-оперативников — на контрактах.
Год — чтобы выверить маршруты, чтобы выучить график смен охраны, точки обхода камер, тепловые коридоры серверной.
Ослабить, насколько это возможно, бдительность боссов в мой адрес. Они были довольны мной. Я закрыла три сложных заказа подряд. Меня хвалили. Это почти равнялось амнистии. Ни единого промаха. Ни одной задержки. Ни одного повода проверить мои логи глубже, чем положено.
И сейчас я шла к выходу. Восемь минут.
Чертова рана! Получила при стычке с охраной. Я убила их прежде, чем они успели забить тревогу. Мой пропуск ещё работал.
Они зря передавали сигнал, его бы никто раньше времени не поймал без помех, шумов. Я знала это, потому что встроила задержку в логах. Не вечную. Оставалось лишь семь минут. Четыре. Две.
Я перепрыгнула очередной лестничный пролёт. Но за спиной раздался грохот. Меньше минуты. Кто-то опрокинул тележку с оборудованием, чтобы задержать меня.
Сирена всё-таки раздалась оглушительным противным воплем. Время прошло. Я проскользнула под опускающейся створкой авариной перегородки. Плечо отозвалось болью — задело.
Впереди шли двое с направленными вперед пистолетами. Знакомые лица.
Я не дала себе ни секунды. Выстрелила.
Это повторилось в разных поворотах. Пули кончались.
Лестница вниз. Пять пролётов до технического выхода.
— Тебе не уйти, Джей! — выплюнул Ван.
Я кинула в него тяжёлый прибор, но он увернулся. Скользнула по полу, чувствуя, как кожаная куртка потерлась о бетон. Избежала пули Стоуна. Отбила пистолет. Локоть в горло. Хрип. Чужое оружие в моей ладони. Быстро выстрелила в них. Тела упали. Но Ван тоже успел выстрелить перед смертью. Пуля царапнула мне бок. Жгло.
— Предательница! — крикнул кто-то ещё за спиной, между обилием бранных слов.
Я выстрелила назад, не оборачиваясь. Короткий вскрик. Убила очередного бывшего коллегу или задержала?
Технический проход был узким и тёмным. Шаги отдавались эхом.
Я дёрнула первую дверь. Заперто.
— Чёрт! — Побежала дальше.
В боку тепло расползлось шире, пропитало ткань, а на липкой ладони, которой зажимала первую рану — кровь неприятно затвердела.
Следующую дверь оказалось легче выбить, и я спустилась на подземную парковку. Подготовленная машина стояла снаружи.
Я метнулась вперед, врезала коленом в живот ещё одного появившегося на пути «приятеля». Он захрипел. Схватив его за голову, ударила об стену. Раздался глухой звук.
Прижимая руку к ране, добежала до автомобиля. Завела двигатель и рванула с места.
Позади появились фары. За мной началась погоня. Первая машина попыталась прижать меня к барьеру. Вторая гнала на дистанции, готовая перекрыть съезд. Пули обрушивались по металлу и стёклам. Удивительно, что шины целы, какими бы прочными ни были.
Я резко ушла влево, подрезала грузовик, сбила зеркало о бетонную колонну — металл взвизгнул. Лобовое стекло покрылось паутиной трещин.
Но я оторвалась от них. Временно.
Я знала это. Чувствовала позвоночником.
И с уверенностью могла утверждать, что они перекрывали районы, подключились к камерам, выстраивали перехваты, связались со своими людьми из полиции. Они точно не бросились за мной вслепую, я не считала их идиотами.
Резко свернула на широкую улицу и сбавила скорость. Машина влилась в редкий ночной поток. Несколько автомобилей, такси, фургон доставки. Я держалась между ними, стараясь не выделяться. А старание даже комичное с учетом того, что стёкла выглядели как паутина! Пуленепробиваемая машина не выдержала такого натиска.
Посмотрела на зеркало заднего вида. Они снова там.
— Быстро, чёрт! — Я недовольно убрала выбившиеся черные волосы за ухо.
Дышалось тяжело из-за раны на боку. Не смертельная. Бывало гораздо хуже. Но как же мешала и раздражала.
Я перестроилась на трассе, подрезав седан, и свернула в боковой переулок между жилыми домами. Узкая улица уходила вниз, между рядами припаркованных машин. Здесь не было рабочих камер с полным обзором — я проверяла это десятки раз, когда прокладывала маршруты отступления.
Машина за мной влетела в поворот через секунду.
Отлично, это мне и нужно. Я ударила по газу.
Двигатель взвыл. Машина проскочила мимо мусорных баков, едва не задев бампером бетонный столб.
В конце переулка я резко вывернула руль.
Ещё один поворот.
Ещё один.
На следующем перекрёстке из-за угла выскочила другая машина.
Перехват. Серьезно, полиция?
Ожидаемо, но я все равно позволила себе выругаться самыми красочными словами сквозь зубы, и вдавила на тормоза. Машину занесло, колёса завизжали. Развернувшись почти на месте, рванула в противоположный переулок.
Пули снова ударили по кузову.
Металл глухо звякнул. Заднее стекло рассыпалось крошкой.
Я высунулась из окна и выстрелила дважды. Пули ударили в переднее колесо. Машину занесло. Я не стала смотреть, что с ними произошло. Вместо этого свернула на проспект и через три улицы нырнула на подземную парковку. Шлагбаум был открыт. Глубокая ночь. Охраны почти нет.
Я съехала на минус второй уровень, погасила фары и остановилась между двумя машинами. Сердце колотилось из-за адреналина. Пока никто не гнался.
Выскочила из машины, пересекла парковку быстрым шагом и села в другую. Старый темно-синий универсал. Ключ лежал в подстаканнике.
На секунду согнулась над рулём. Дышать было тяжело, будто кто-то затянул ремень вокруг рёбер. Я наспех расстегнула куртку и приподняла худи. Из-за пули, которая ещё там прошла по касательной вдоль правого бока, кожа разошлась неровной полосой и под ней проступала тёмная, влажная ткань мышц. Разумеется, кровь текла не фонтаном, хоть за это спасибо! Главное — пуля не попала прямо в меня. Не задела лёгкие, рёбра. Иначе я бы так не сидела сейчас. Но всё же проглядывалась тёмной струйкой и разрасталась.
Наскоро вытащила из бардачка бинт, прижала к ране и затянула вокруг корпуса, стараясь не думать о жжении, которое разливалось по «царапинке» на боку.
Я завела двигатель и покинула парковку через другой выезд в тоннель с глушилкой. Надо было петлять, путать следы до места передачи. Думаю, они поняли, что я не собиралась паниковать.
Теперь у меня на короткое время был новый номер, новая машина и новая траектория.
Вырулив на тихую улицу, я проехала несколько кварталов и снова влилась в поток машин.
Впереди загорелся красный, и поток замедлился у перекрёстка.
Твою ж...
Машины остановились, и мне пришлось притормозить вместе со всеми.
Девушка на тротуаре смотрела на меня чуть дольше, чем обычно смотрят на людей. Сначала — на мои волосы. Чёрные, с алыми прядками на кончиках. Сейчас они выбились из-под капюшона худи.
Потом — на глаза. На их разрез. Я это знала. Даже могла бы озвучить её мысли. И это была обычная девушка, не преследовательница.
Я уже привыкла к таким паузам. Люди пытались понять, откуда я. Европейка? Азиатка? Никогда не помогала им с ответом.
Я подмигнула ей, пропуская вперёд.
Иллюзия законопослушания — единственная за эту ночь, пожалуй.
Девушка отвернулась и поспешила переходить дорогу. Как только загорелся зелёный, я нажала на газ и влетела в поток машин на городской магистрали.
Город жил своей жизнью: пьянствующие компании, одинокие прохожие, шумные посетители ночных клубов.
Обычные люди, понятия не имеющие, что за погоня профессиональных убийц разворачивалась прямо у них под носом.
Я скользнула пальцами по внутреннему карману куртки. Металлический модуль лежал там. Он проживёт максимум сутки. Потом контрольная синхронизация всё вскроет. Мне нужно всего несколько часов.
На парковке уже должны были забрать «ключ». Если нет — проблема моих «покровителей». Смешное слово. Покровители. Едва ли.
Почти от всего, через что меня можно выследить — я избавилась. Избавилась от оружий с серийным номером, избавилась, банально, от телефона. Мне нужно выехать из города. Тут я как на ладони, где бы ни пряталась. Логично, что всё перекроют, аэропорты, выезды. Но один из модулей оставила при себе.
Одноразовый телефон в машине тихо завибрировал.
— Да.
Голос на другом конце был спокойным, как у робота.
— Мы получили.
— Не сомневаюсь.
— Передача остаётся прежней. Но времени меньше.
— У меня его и так не было.
На что они надеялись?
Что самые умные? Умнее организации со связями повсюду? Я чувствовала, что моя небольшая самовольность им не понравилась. А что? Я этим «хорошим парням на стороне закона» не доверяла. Они таковыми и не были. Не из-за целей, а методов. И о моём недоверии должны были догадываться.
Короткая пауза.
— Мы ожидали... ещё.
Вот оно.
Я усмехнулась. Они вовсе не про время.
— Остальное вы получите за городом. Как и договаривались, — выделила последнее я.
Ещё несколько секунд тишины.
— План остаётся прежним, — повторил он тем же бесцветным тоном. — Вам необходимо покинуть город с рассветом.
Серьёзно, у автоответчика и то больше интонаций.
— Вы фиксируете активность организации?
— Да.
— Тогда вы должны понимать, что я могу не успеть.
— Передача остаётся прежней.
Я отключила связь.
Вот и получат свою заветную «штучку» в другом городе.
Год назад эти агенты уже слишком близко подобрались к делам организации. Тогда и вышли на меня первыми. Предложили «выбор».
Эти суки меня прижали со всех сторон. Поставили тогда ультиматум. Под личиной блага. Но я изначально понимала, что они не делали это по доброте душевной.
Однако согласиться — было меньшим из зол. Стоило попробовать. В ином случае — я заведомо была бы обречена. Если бы о том, что на меня вышла межведомственная структура, узнали боссы прежде, так или иначе избавились бы. Методами похуже. Такое уже было с другими.
Я свернула с основной улицы и направилась к мосту. На карте города этот участок значился тупиком. Обрыв на месте снесённого огромного старого здания, вырытый котлован. Ремонтные работы.
Муниципальные службы перекрыли дорогу. По ней давно никто не ездил. Конечно, организация могла вычислить теперь, но на территории моста мои «союзники» говорили, что отключат на время камеры, чтобы я выехала.
Это в их же интересах — получить от меня всё, что я выкрала из организации. Пока получили часть.
Я остановила машину под бетонными опорами моста. Вокруг темно и тихо. Только шум воды под арками. Боль на боку напомнила о себе. Чувствовала, что бинты насквозь пропитались, ткань под курткой липла к коже, неприятно тянула при каждом движении. Терпимо.
За строительным щитом стоял мотоцикл. Новенький, чёрный и неприметный. Жаль, что не моя малышка, я буду скучать.
А этот я оставила здесь пару дней назад. Тогда тоже удалили с камер моё перемещение, если сейчас захотят таким образом вычислить.
Я забрала сумку из машины, достала из бардачка второй пистолет и сунула за пояс. Все были с глушителем.
Ключи от машины полетели в реку. Села в мотоцикл. Двигатель тихо завёлся. Теперь буду быстрее в узких улицах. Манёвреннее. И незаметнее.
Я выехала из-под моста и сразу ушла в лабиринт дворов, неприметных улиц. Через несколько кварталов я знала — хвоста нет. По крайней мере пока.
Каждая кочка отдавалась тупым ударом в ране. Ветер холодил мокрую ткань. Прохлада ночи ударила в лицо. И мир превратился в полосы света.
Я гнала, пока не растворилась в потоке скорости.
Оставив мотоцикл во дворе старого дома, понеслась по лестнице на нужный этаж. Шлем и сумка в руке. Заперла дверь и прислонилась к ней спиной. Свет не включила.
И впервые за ночь позволила себе вдохнуть глубже.
Дом жил обычной ночной жизнью — где-то хлопнула дверь подъезда, по трубам прошел шум воды.
Никто не ломился за мной следом.
Квартира выглядела так, как я оставила её несколько дней назад. Запасная одежда, аптечка, наличные, оружия, еда — всё разложено так, чтобы не тратить время.
Она была лишь первой точкой. Одной из многих, разбросанных по маршруту побега в городах. Убежища, которые я готовила весь последний год.
Задерживаться здесь дольше нескольких часов было бы глупо. И когда солнце взойдёт на небо, меня в этом городе уже не будет. Надеюсь.
Первым делом я избавилась от пропитанных кровью бинтов. Ткань липла к коже, и когда я стянула её, рана снова раскрылась.
Тёплая вода. Антисептик. Вата. Обезболивающее. Игла.
Грубые, но уверенные стежки легли поперёк разорванной кожи. Не самая аккуратная работа, но сейчас меня интересовало только одно — чтобы кровь перестала течь. Обычно я штопала себя изящнее.
Туго перебинтовала бок и заставила себя поесть. Из-за ощущения опасности за спиной голода не чувствовала, но организму нужен ресурс. Впереди ждала долгая дорога.
На улице что-то скрипнуло.
Я замерла. Рука сама нашла пистолет. За мной пришли? Неудивительно. Организация умела работать оперативно. Я сама была одной из них.
Жила в мире, где за ошибку не просто сажали в тюрьму — за неё платили жизнью. Для киллера осторожность становилась рефлексом. Просто ставки в эту ночь выше.
Мне удалось уйти. Не только с целой головой на плечах, не пробитой пулей. С данными. С ключом.
Присутствовала ли тревога? Определённо. Нервы были взвинчены. Но первый раунд за мной.
То мог быть обычный жилец. Случайный прохожий. Пьяный сосед.
Я не собиралась рисковать. Медленно подошла к окну и сдвинула занавеску. Кошка перебежала по крыше. Это ничего не значило. Но я все равно проверяла бы каждый шорох.
Спать сегодня не собиралась.
Я обратно зашторила окно и вернулась к стулу. На секунду закрыла глаза. Позволила себе усмешку.
Черт! А ведь пока я всё ещё была жива.