Новые соседи
Мой отец-военный лётчик. Мне было восемь, когда мы с отцом переехали в деревню. Его перевели из города сюда, совершенно в другой регион, далеко от нашего прежнего дома. Но мне здесь понравилось. Небольшие улицы, аккуратные деревянные домики, деревья росли повсюду, около некоторых домов были скамейки, где вечером собирались старики. Обычно они обсуждали новости, хвастались урожаем, давали домашние советы, играли в шахматы. Когда мы с ребятами шумно прибегали мимо них, то старики ворчали, что мы мешаем их важным разговорам.
Около нашего дома тоже жила одинокая ворчливая старушка. Все её назвали просто-баба Катя. И к ней часто вечером приходили другие бабушки с нашей улицы. Но нельзя сказать, что баба Катя была слишком злая, нет. Она иногда меня хвалила и угощала ватрушками, когда я помогу ей по хозяйству.
Но напротив нас никто не жил. Дом давно стоял пустым. И я всё ждал когда появятся новые соседи. Мне было очень интересно узнать кто же это будет.
Мы свернули на нашу улицу с тропинки ведущей на речку. Я сразу заметил около нашего дома два грузовика и один "Москвич". Что же это такое?
— Пап, что это там? — спросил я отца.
— Мне и самому интересно. Пойдём-ка быстрее. — сказал отец и мы поспешили к нашему дому.
Когда мы подошли поближе, то увидели что машины подъехали вовсе не к нашему двору, а к дому напротив. Несколько человек в рабочей одежде разгружали грузовики. Они вносили в дом мебель, посуду, несколько картин, ковры и небольшой телевизор. Ещё какие-то рабочие ходили туда-сюда, выносили из дома старую, пыльную, в кое-каких местах покрытую пушистой плесенью, мебель. Всё кипело, во дворе около дома была суета.
— Здроров, товарищ! — мой отец окликнул одного из рабочих. — Что же это? Неужели кто-то заселился?
— И вам не хворать. Вот, как видите, только приехали. — ответил отцу молодой тёмный паренёк.
— А новые жильцы сами-то где?
— Где-то там были. — сказал паренёк, махнув рукой в сторону дома. — Вот и хозяин.
Действительно, из дома вышел человек средного роста. Наверняка он был с моим отцом приблизительно одного возраста. Он был совсем не стар и не молод. У него были светлые волосы и, как я успел заметить, голубые глаза. Мужчина вышел нам на встречу в майке в синюю полоску. Я увидел, что он был мускулист. Наверняка такой же сильный как мой отец. Он был серьёзен, но когда подошёл к нам легко улыбнулся.
— Здравствуйте, — поздоровался с ним отец. — Могу поздравить с новосельем. Думаю мы поладим, ведь теперь мы соседи. — отец протянул руку для рукопожатия.
— Очень приятно. — сказал человек и с широкой улыбкой пожал руку моему отцу.
— Михаил Андреевич.
— Иван Максимович.
Отец положил руку мне на плечо и сказал:
— А это мой сын — Юрка.
— Ну что, Юрка, будем друзьями! — сказал Иван Максимович и потрепал меня по голове.
Да, он действительно чем-то был похож на моего отца. Неужели тоже военный? Лётчик? Испытатель? Конструктор?
Иван Максимович разговаривал с отцом ещё минут пять. Тем временем я оглядывался по сторонам и наблюдал за рабочими. Оклик, свист, звон, шум, пыль, грязь, доски, гвозди, столы, стулья, возня, суета, туда, сюда, влево, вправо, назад, прямо, ровно, криво, быстро... Только так я смог описать всю работу, происходящую в доме и около него.
Засмотревшись на рабочих, я и не заметил как отец попрощался с нашим новым соседом и уже пошёл по направлению к нашему дому. Я ещё немного понаблюдал за рабочими и уже собирался побежать к отцу как меня окликнул незнакомый голос:
— Постой! На возьми, это мы из Ленинграда привезли.
Я обернулся и покраснел. Девчонка, наверняка моя ровесница, протягивала мне кулёк с шоколадными конфетами в блестящих обёртках. Стоит признаться — она была красивой. Волосы цвета золота легко тормошил ветер. Глаза, как и у Ивана Максимовича, голубые, но у него они тусклые, а её глаза... Я в них провалился, утонул...
— Эй! Чего застыл? Бери! — сказала она ткнув кулёк мне в грудь.
Я мотнул головой и очнулся.
— Спасибо, не стоит. — отнекивался я, покраснев ещё больше.
— Бери, кому сказала! — сдвинув брови, настойчиво повторила она.
Нечего было делать. Пришлось взять.
— Спасибо. — поблагодарил я, и не слушая, что она скажет в ответ, побежал домой.
Отец сидел на деревянном крыльце, пил холодный квас и читал какую-то книгу.
— Что стряслось? — спросил он, увидев прибежавшего меня.
— Нет. Ничего. Всё хорошо, пап. — соврал я и быстро зашёл в дом.
Высыпав конфеты в вазочку, в которой остались лишь крошки от давно съеденного печенья, я зашёл к себе в комнату, закрыл дверь и кинулся на кровать лицом вниз. "Дурак!" — сказал я сам себе, со всей силы ударив кулаком подушку.