Глава 95 Инспекция
День в Академии Шрек начался необычно тихо — слишком тихо, чтобы считаться нормальным. Даже птицы, казалось, сторонились дороги, когда у ворот возникла группа из более чем десяти человек, в серебряных и алых одеяниях.
Флендер, ещё с порога почувствовав неладное, поспешил навстречу вместе с Великим Мастером и Лю Эрлонг. Но когда он увидел, кто стоит впереди, его лицо дёрнулось, как от удара.
Нин Фэнчжи — Глава Клана Изразцовой Пагоды Семи Сокровищ. И рядом с ним — Платиновый Епископ Духовного Храма, Салас.
Такой состав ради семи пострадавших учеников Академии Лазурного Сияния? Слишком много. Слишком серьёзно. Значит — слишком опасно.
Флендер сразу понял: это не расследование. Это охота.
Всех провели в гостевой зал, где и начали обсуждение.
— Декан Флендер, мы пришли с официальной инспекцией, — мягко сказал Нин Фэнчжи.
— Ваши студенты нанесли тяжёлый вред соперникам, — холодно добавил Салас. — Академия Лазурного Сияния требует наказания.
Флендер сделал глубокий вдох, заставив себя сохранить ровный тон.
— Господин Епископ, сэр Нин... наши ученики сами едва не погибли. Шесть — в тяжёлом состоянии. Мы только недавно спасли их жизни.
Но Салас уже шагнул вперёд, брови приподнялись хищно.
— Пусть ваши ученики сами расскажут. Мы допросим каждого. Немедленно.
Лёгкое, почти ленивое движение пальцев — и десять храмовых рыцарей активировали духи. Черный натиск давления прошёлся по стенам, заставив старую древесину жалобно скрипнуть.
Флендер резко ударил по столу:
— Нет! Они в таком состоянии, что им сейчас даже дышать тяжело! Если допросить их — мы сломаем им жизнь!
— Тогда вы отказываетесь сотрудничать? — Салас прищурился. — Это приравнивается к признанию вины. Академия Шрек может быть исключена из турнира.
— Подождите, — вмешался Нин Фэнчжи. — Не нужно спешить с выводами...
Но Салас уже поднял руку, готовый произнести формальное решение.
И в этот момент Великий Мастер сделал шаг вперёд.
Его рукав плавно качнулся — и маленькая чёрная плитка упала прямо в ладонь Саласа.
Рыцарь Храма автоматически отразил бросок, но Салас только поднял руку, блокируя своих людей.
И посмотрел на плитку.
Мир замер.
Черное основание. Серебряный орнамент. Шесть символов власти. Ордер Верховного Понтифика.
Лицо Саласа побледнело мгновенно, как разлитое молоко. Он медленно, очень медленно поклонился Великому Мастеру:
— Приветствую... почётного старейшину.
Флендер едва удержал выражение лица. Лю Эрлонг просто моргнула, но так, будто увидела трещину в небесах.
Нин Фэнчжи мягко улыбнулся.
— Не ожидал, Великий Мастер, что вы... располагаете такой плиткой.
Великий Мастер молча вернул плитку, положив её на стол перед собой.
— Мы просим только справедливости, — спокойно сказал он. — Дети пострадали. Допросить их сейчас — значит навредить их судьбам. Если уж допрос, то тогла, когда они смогут стоять.
Салас сжал зубы так, что на подбородке проступили жёсткие линии. Он проиграл. И знал это.
— ...Расследование временно прекращено, — выдавил он. — Но я хочу услышать одного из них. Хоть одного. Для протокола.
Тан Сана позвали и он через пару минут зашёл с видом раненого ученика, а рядом с ним была Бай Ченсянь в том де облике, что и на арене.
Флендер посмотрел на Тан Сана и поймал его взгляд. Тот едва заметно кивнул. Он помнил: «Ничего. Не видел. Не знаешь.»
Салас повернулся:
— Тан Сан. Подойди.
Тан Сан сделал шаг вперёд, спокоен, как озеро перед рассветом.
— Скажи нам правду, — произнёс Салас. — Что произошло в тумане? Каким образом семь учеников Лазурного Сияния стали идиотами?
Короткая пауза. Тан Сан поклонился, медленно поднял голову.
— Я ничего не знаю.
Салас моргнул.
— ...что?
— Навык противника создал плотный туман. Я не видел ничего, — ровно продолжил Тан Сан. — Я слышал шум, а потом — тишину. Когда смог двигаться — все уже лежали. Я не знаю, что произошло. Не видел. Не чувствовал. Не могу сказать больше. Простите.
Это звучало так просто, так естественно — что опровергнуть было невозможно.
Флендер чуть не улыбнулся.
Салас тихо фыркнул:
— Бесполезно. Ладно. Уходим.
Но уже повернувшись, он вдруг замер и повернулся... к Ченсянь. Девушка стояла спокойно, руки за спиной, взгляд — прямой, спокойный.
Салас приблизился.
— Девочка. Ты... талантлива. Очень. Храм готов принять тебя. Место, власть, поддержка — всё будет за тобой. Тебе стоит согласиться.
Ченсянь смотрела на него так, будто он предлагал ей камень вместо золота.
— Нет.
Салас нахмурился:
— Ты даже не подумала.
— Зачем? — спокойно ответила она. — Я не хочу. Мне это не нужно.
Тишина натянулась, как струна. Салас наклонился ближе.
— Отказаться от предложения Духовного Храма... глупо. Очень глупо. Однажды ты пожалеешь.
— Это уже не ваша забота, — ответила Ченсянь так же ровно.
Флендер шагнул вперёд:
— Ваше Преосвященство, угрожать ученице — дурная идея.
Салас резко развернулся, плащ взлетел, как крыло чёрного ястреба. Он ушёл, не попрощавшись.
Нин Фэнчжи остался на мгновение, обменявшись взглядом с Ченсянь — тёплым, понимающим.
— Смелая девочка, — сказал он мягко. — У вас хорошие ученики, Флендер.
Он поклонился Великому Мастеру, и вместе с Гу Жун ушёл — спокойный, почти довольный.
А как только за ним закрылись двери, Флендер выдохнул:
— Ну что... сыграно идеально. Никто ничего не знает. Все молодцы.
Ченсянь усмехнулась уголком губ.
Тан Сан тихо сказал:
— Я сделал, как вы велели.
— И сделал правильно, — ответил Великий Мастер. — Это спасло Академию.