Глава 5 Дедушка и внучка
Тепло крови на ладони уже остыло, когда Ченсянь, устало выдохнув, поднялась на ноги. Тело теневой рыси лежало безжизненно, её глаза — янтарные, как затухающие звёзды — уже не отражали лес. Девочка провела пальцами по виску, стирая засохшие кровавые полоски, и только тогда позволила себе слабую, довольную улыбку.
— Ещё один шаг, — тихо прошептала она, глядя на свои руки. — Ещё капля силы.
Она развернулась, и, не теряя времени, рванула домой. Лес, листья, скалы — всё летело мимо. Мир был замедленным, как будто сама реальность уступала её шагу.
Деревня погружалась в мягкий вечерний свет, когда Ченсянь, едва удерживая равновесие на ногах, вернулась. Её тело было покрыто мелкими царапинами и синяками, дыхание тяжелое, сердце колотилось так, что казалось, оно сейчас вырвется наружу. Каждый шаг отдавался болью, но она не хотела останавливаться. Лес был позади, а впереди — деревня, её дом и дедушка, единственный человек, кто всегда ждал её возвращения.
Внезапно она почувствовала присутствие — и тут же встретила обеспокоенный взгляд Бай Хэ. Он бросился к ней, переполненный тревогой, словно собирался одним взглядом удержать её жизнь:
— Сяньсянь! — его голос дрожал, а глаза искали любые признаки травм. — Где ты была?! Целый день пропала! Ты... ты тренировалась?
Ченсянь скользнула взглядом по деревне, по её пустым улицам, ощущая, как кровь медленно стекает с мелких ран на руках. Она сделала глубокий вдох и, слабо улыбнувшись, произнесла:
— Не переживай, дедушка... Я получила новое кольцо духа. Я прорвалась на 22 ранге духовной силі.
Дед Бай Хэ шагнул ближе, схватив её за плечи. В его взгляде смешались тревога, страх и гордость:
— Что ты сделала?! — его голос сорвался. — Ты разве не слышала? В лесу появилась Теневая Лесная Рысь, культивацией около 1200 лет! Мы запретили кому-либо идти туда в одиночку!
Ченсянь почувствовала, как в груди разгорается пламя решимости. Она знала, что дедушка не понимает, насколько критично это было, насколько глубоко она погрузилась в бой.
— Перед уходом я оставила записку, дедушка. — Голос её был тихим, но твердым, каждое слово словно режет воздух. — И... Дедушка... Я её убила и поглотила кольцо.
Слова были тихими, но в тишине деревни их мог услышать каждый.
Бай Хэ моргнул, будто не поверив.
— Покажи.
Они вошли в дом клана. Тяжёлые деревянные двери закрылись, и в зале осталась только тишина и тень.
Ченсянь выдохнула, медленно подняла руку, и первое кольцо вспыхнуло под её стопой. Иглохвостый Стриж — тонкий силуэт, тень, что дрожала как воздух над раскалённым камнем. Появилось первое кольцо духа желтого цвета, а затем — второе кольцо. Фиолетовое, как ночь.
Молчание оборвалось.
— Это... невозможно, — прошептал Бай Хэ, оседая на край стола. — Ты... ребёнок. Восемь лет. Ты могла умереть.
— Но не умерла, — спокойно сказала она. — Я тренировалась каждый день. Я чувствовала предел. И превзошла его.
Он смотрел на неё, и в его глазах — страх. Настоящий. Не за себя — за неё.
— Это не гордость, Сяньсянь. Это безумие. Это путь, где ошибаются только раз.
Она кивнула.
— Я знаю. Но я не собираюсь быть обычной.
Она сделала шаг ближе, глядя ему прямо в глаза.
— Я не боюсь умереть, дедушка. Я боюсь прожить жизнь... слабой.
Он отвёл взгляд, сжав кулаки. В его дыхании было тысячи невысказанных слов — горечь, любовь, бессилие.
— Кто научил тебя этому? — спросил он. — Кто вложил это в твою голову?
Она улыбнулась — мягко, почти светло.
— Человек, который написал книги, которые почти никто не читал. Потому что не смог стать мастером. Но понял духов лучше всех. Его зовут Гроссмейстер.
Бай Хэ фыркнул — не зло, но с болью.
— Ты доверила свою жизнь словам мужчины, который даже не прорвался к тридцатому уровню? Он ребёнок перед реальностью!
— Да, — она кивнула. — Но его разум выше, чем их сила. А я — не остальные.
Она вздохнула, сжав руки в кулаки.
— И да, я хочу встретить его. Пойти в его академию Шрек. Это будет через четыре года.
Имя прозвучало как вызов. И как судьба. Бай Хэ нахмурился.
— Ты хочешь покинуть клан ради неизвестной школы? Не идти в национальную академию, а в какую-то академию... монстров? Ты хоть слышишь себя?
— Да. Академия монстров для монстров. — её глаза сверкнули. — И я стану одним из них.
Он закрыл глаза. В груди — тяжёлый камень. Внучка, которой всего восемь, говорила как взрослая. Как вождь. Как буря.
— Что ты хочешь доказать, Сяньсянь?
— Что я не просто Бай. — её голос стал стальным. — Я — та, кто поднимет род выше, чем когда-либо. И приведу того, кто объединит четыре атрибутивных клана. К тому времени я буду сильнее любого, кого ты видел.
Он молчал долго. Лес за окном шумел — как всегда перед бурей. И наконец сказал тихо:
— Тогда докажи. Но покуда я жив — не делай шагов в одиночку, пока сам не проверю твой путь.
Она улыбнулась — впервые мягко, по-детски. Обняла его и прошептала:
— Дедушка... просто верь мне.
Он остался стоять неподвижно, пока она уходила. Его ладонь на груди дрожала.
«Если она и правда взойдёт... она не станет ветром мира. Она станет бурей, которая перепишет небо.»
Снаружи, в тихом дворе, Ченсянь подняла взгляд к небу. Небо было чистым, как сталь. И она знала — это только начало.
«Чтобы получить признание — стань силой, которую нельзя отрицать.»
И шагнула в ночь, где ветер шептал её имя.