💙🖤💙39💙🖤💙
Выстрела все нет. Тэхён смотрит на Чимина с прежней свирепостью, но не двигается.
"Почему он не стреляет в меня?"
Его сердце стучится в ладонь омеги, и в сердце того закрадывается надежда.
"Он дивергент. Он может побороть эту симуляцию. Любую симуляцию."
— Тэхён, это я.
Пак шагает вперед и обнимает его. Его тело неподвижно. Его сердце бьется быстрее. Чими чувствует это щекой. Стук рядом с щекой. Стук пистолета, падающего на пол. Альфа хватает омегу за плечи... слишком сильно, его пальцы впиваются в кожу в том месте, откуда извлекли пулю. Чимин кричит, когда Ким отстраняет его от себя. Возможно, он собирается убить парнишку каким-то более жестоким образом.
— Чими, — произносит он, вновь став собой. Их губы встречаются.
Старший обнимает и приподнимает Пака, прижимает к себе, вцепившись ему в спину. Лицо альфы и затылок скользкие от пота, тело дрожит. Плечо младшего горит от боли, но ему наплевать, наплевать, наплевать.
Ви опускает Чимина на пол и смотрит на него, гладит пальцами по лбу, бровям, щекам, губам.Он издает что-то вроде всхлипа, вздоха и стона и снова целует парнишку. Его глаза блестят от слез. Никогда Чимин не думал, что увидит Тэхёна плачущим. Это ранит его.
Пак прижимается к его груди и рыдает в рубашку. Возвращается пульсирующая боль в голове, боль в плече, и собственное тело словно становится в два раза тяжелее. Омега прислоняется к Тэхёну, и он поддерживает его.
— Как тебе это удалось? — спрашивает младший.
— Не знаю, — отвечает старший. — Просто услышал твой голос.
Через несколько секунд Чимин вспоминает, зачем пришёл. Чимин отстраняется, вытирает щеки внутренними сторонами ладоней и снова поворачивается к экранам. На одном из них — питьевой фонтанчик. Тэхён так нервничал, когда Чимин громил Бесстрашие рядом с ним. Все время смотрел на стену над фонтанчиком. Теперь Пак знает почему.
Они с Тэхёном некоторое время стоят неподвижно, и Чим думает, что знает, о чем он думает, потому что омега думает о том же самом: как такая мелочь может управлять таким огромным количеством людей?
— И это я управлял симуляцией? — спрашивает он.
— Скорее, следил за ней, — отвечает младший. — Она уже завершена. Не представляю как, но Жанн заставил ее работать автономно.
Он качает головой.
— Это... невероятно. Ужасно, дурно... но невероятно.
Чимин замечает движение на одном из экранов и видит своего брата, Марка и Пита на первом этаже здания. Их окружают солдаты-лихачи, все в черном, вооруженные.
— Тэхён, — коротко бросает парнишка. — Пора!
Он бежит к экрану компьютера и несколько раз касается его пальцем. Чимин не может подглядеть, что он делает. Все, что он видит, — его брат. Он держит пистолет, который омега ему дал, в вытянутой руке, как будто готовится стрелять. Чими закусывает губу. «Не стреляй». Тэхён еще несколько раз касается экрана, печатая буквы, которые ничего для Пака не значат. «Не стреляй».
Пак видит вспышку света — искру выстрела — и ахает. Его брат, Марк и Пит припадают к земле, закрыв головы руками. Через мгновение они начинают шевелиться, и Чими понимает, что они еще живы, но солдаты-лихачи приближаются. Его брата заслоняют черные спины.
— Тэхён! — молит омежка.
Ким снова касается экрана, и все на первом этаже замирают.
Они опускают руки по швам.
А затем Бесстрашные начинают двигаться. Они поворачивают головы из стороны в сторону, роняют пистолеты, беззвучно раскрывают рты, толкают друг друга, некоторые падают на колени, держась за головы и раскачиваясь взад-вперед, взад-вперед.
Напряжение покидает грудь, и Чимин со вздохом садится на пол.
Тэхён приседает на корточки рядом с компьютером и снимает боковую часть корпуса.
— Мне нужны данные, — поясняет он, — не то они просто запустят симуляцию заново.
Чимин наблюдает за хаосом на экране. Должно быть, такой же хаос творится на улицах. Он изучает экраны, один за другим, в поисках того, который показывает сектор Альтруизма. Находит всего один — в дальнем конце комнаты, в нижнем ряду. Бесстрашные на этом экране стреляют друг в друга, толкаются, вопят... хаос. Мужчины и женщины в черном падают на землю. Люди бегут во все стороны.
— Есть! — Тэхён поднимает жесткий диск компьютера. Это кусок металла размером с Пакову ладонь. Он протягивает его Чимину, и тот засовывает его в задний карман.
— Нам пора. — омега поднимается на ноги и указывает на экран справа.
— Да, пора. — Тэ обнимает Чими за плечи. — Идем.
Они вместе идут по коридору и поворачивают за угол. Лифт напоминает Чимину об отце. "Я просто обязан отыскать его тело."
Он лежит на полу рядом с лифтом, в окружении тел охранников. Чимин сдавленно кричит и отворачивается. Желчь подступает к горлу, и парнишку выворачивает на стену.
Мгновение парнишке кажется, что все внутри рушится, и тот припадает к земле у тела, дыша через рот, чтобы не чувствовать запах крови. Чим зажимает рот ладонью, чтобы сдержать всхлип.
" Еще пять секунд. Пять секунд слабости, и я встану. Раз, два. Три, четыре."
"Пять."
Чимин толком не осознаёт, что происходит вокруг. Лифт, стеклянная комната, порыв ледяного ветра. Вопящая толпа солдат-лихачей в черном. Пак ищет лицо Тэмина, но его нигде нет, нигде, пока они не выходят из стеклянного здания на свет.
Тэмин бежит к Чимину, когда тот проходит через двери, и младший падает на него. Он крепко держит братишку, прижимая к себе.
— отец? — спрашивает он.
Чим молча качает головой.
— Хорошо, — альфа едва не давится этим словом, — он не хотел бы иной смерти.
Через плечо Тэмина Чими видит, как Тэхён спотыкается на ходу. Он не сводит глаз с Марка и застывает на месте. В стремлении разрушить симуляцию Омега забыл его предупредить.
Марк подходит к Тэ и обнимает сына. Тэхён продолжает стоять неподвижно, опустив руки, с ошеломленным лицом. Чимин наблюдает, как подпрыгивает его кадык, как он поднимает глаза к небу.
— Сынок, — вздыхает Марк.
Тэхён вздрагивает.
— Эй!
Чимин отстраняется от Тэмина. Он вспоминает, как ремень ужалил собственное запястье в пейзаже страха Тэхёна, и встаёт между ними, отталкивая Марка.
— Эй, оставь его в покое.
Пак чувствует, как Ким дышит ему в шею, судорожно, неровно дышит.
— Держись от него подальше, — шипит омега.
— Чимин, что ты делаешь? — спрашивает Тэмин.
— Чими, — произносит Тэ.
Марк бросает на омегу возмущенный взгляд, который кажется фальшивым, — его глаза слишком широко распахнуты, рот чересчур приоткрыт. Чимин бы с удовольствием стер это выражение с его лица кулаком, если бы мог.
— Не все те статьи эрудитов были полны лжи, — говорит парнишка, щурясь на Марка.
— О чем ты говоришь? — тихо спрашивает Марк. — Не знаю, что тебе наговорили, Чимин, но...
— Я до сих пор не пристрелил тебя только потому, что это право принадлежит ему! — рявкнут Пак. — Держись от него подальше, не то я перестану сдерживаться.
Тэхён кладет руки Чими на плечи и стискивает пальцы. Марк несколько секунд не сводит с мальчишки глаз, и они невольно кажутся Паку черными провалами, как в пейзаже страха Тэ. Затем он отводит взгляд.
— Нам пора. — Голос Тэ дрожит. — Поезд придет с минуты на минуту.
Они идут по вытоптанной земле к рельсам. Тэхён сжимает зубы и смотрит прямо перед собой. Чимин чувствует укол сожаления.
" Возможно, стоило дать ему самому разобраться с отцом?"
— Прости, — бормочет омежка.
— Тебе не за что извиняться. — альфа берет руку Чимина.
"Его пальцы еще дрожат."
— Если мы сядем на поезд в противоположную сторону, из города, а не в город, то сможем попасть в штаб-квартиру Товарищества, — предлагает Чимин. — Остальные направились туда.
— А правдолюбы? — спрашивает брат. — Как по-твоему, что они предпримут?
Чимин не знает, как правдолюбы откликнутся на нападение. Они не примкнут к эрудитам — им глубоко противна всякая нечестность. Но они могут отказаться и от борьбы с эрудитами.
Они несколько минут стоят рядом с рельсами, прежде чем приходит поезд. В конце концов Тэхён берет Чими на руки, потому что тот валится с ног, и омега кладёт голову ему на плечо, глубоко вдыхая запах его кожи. Поскольку он спас Пака от нападения, он ассоциирует его запах с безопасностью и чувствует себя в безопасности, пока вдыхает его. А может и раньше чувствовал так, но не придавал этому какого-либо значения.
Истина в том, что Чими не будет в полной безопасности, пока Пит и Марк с ними. Пак старается не смотреть на них, но чувствует их присутствие, как почувствовал бы одеяло на лице. Судьба жестока: он вынужден путешествовать с людьми, которых ненавидит, в то время как его любимые погибли.
Погибли или очнулись убийцами.
" Где сейчас Крис и Тори? Бродят по улицам, терзаемые чувством вины за то, что натворили? Или обратили оружие против людей, которые заставили их это сделать? Или тоже мертвы? Хотел бы я знать."
И в то же время Чимин надеется, что никогда не узнает. Если Крис еще жив, он найдет тело Уилла. И при нашей следующей встрече увидит своим натренированным взглядом правдолюба, что это Пак его убил, он точно знает. Чимин знает это, и вина душит и корежит его, так что он должен забыть о случившемся. Должен заставить себя забыть.
Приходит поезд, и Тэхён опускает Чими на землю, чтобы тот мог запрыгнуть в него. Омега пробегает несколько шагов рядом с вагоном и бросается в сторону, падая на левое плечо. Извиваясь, он забирается в вагон и садится у стены. Тэмин сидит напротив него, а ТЭхён — рядом, создавая барьер между омегой и Марком с Питом. Его врагами. Своими врагами.
Поезд поворачивает, и Чимин видит город за нами. Он становится все меньше и меньше, пока не открывается конец путей, леса и поля, которыми Пак в последний раз любовался, когда был слишком маленьким, чтобы оценить их. Доброта товарищей утешит их на время, хотя остаться у них навсегда они не смогут. Скоро эрудиты и испорченные лидеры Бесстрашия отправятся на поиски, им придется продолжить путь.
Тэхён притягивает Чими к себе. Они сгибают колени и наклоняют головы так, что оказываются в своем собственном пространстве, не видя тех, кто их беспокоит. Их дыхание смешивается на вдохе и выдохе.
— Мои родители, — говорит омега. — Они умерли сегодня.
Хоть Чимин произнес это и знает, что это правда, это кажется нереальным.
— Они умерли ради меня, — добавляет парнишка.По его мнению это важно.
— Они любили тебя, — отвечает Ким. — И не могли лучше показать свою любовь.
Чимин кивает и ласкает взглядом линию его подбородка.
— Ты чуть не умер сегодня, — говорит он. — Я едва не застрелил тебя. Почему ты не застрелил меня, Чими?
— Я не мог. Это было все равно что застрелить себя.
На лице альфы отражается боль, и он наклоняется ближе к младшему, так что касается его губ своими, когда говорит.
— Я должен кое-что тебе сказать.
Чимин проводит пальцами по его ладони и поднимает на него взгляд.
— Кажется, я люблю тебя. — Тэ слегка улыбается. — Немного выжду и скажу точно.
— Весьма благоразумно. — Чим тоже улыбается. — Найдем листок бумаги, и ты составишь список или таблицу.
Пак чувствует боком, что он смеется; его нос скользит по подбородку, губы прижимаются за ухом.
— А если я уже уверен и просто не хотел тебя пугать?
Младший тихонько смеётся.
— Я думал, ты знаешь меня лучше.
— Ладно. Тогда я люблю тебя.
Чимин целую его, пока поезд скользит в неосвещенные, неведомые края. Целует его столько, сколько хочет, дольше, чем следовало бы, учитывая, что собственный брат сидит всего в трех футах.
Пак лезет в карман и достаёт жесткий диск с данными симуляции. Крутит его в руках, ловя и отражая меркнущий свет. Марк жадно следит за движением.
«Не в безопасности, — думает Чим. — Еще нет».
Он прижимает жесткий диск к груди, кладёт голову на плечо Тэхёна и пытается уснуть.
"Альтруизм и Бесстрашие погибли, их члены рассеялись. Теперь мы все равно что бесфракционники. Не знаю, на что похожа жизнь отдельно от фракции, — я чувствую себя одиноким, как лист, отпавший от дерева, которое питало его своими соками. Мы дети утраты, мы все оставили позади. У меня нет дома, нет пути и нет уверенности. Я перестал быть самоотверженным или храбрым."
"Наверное, теперь мне предстоит стать чем-то большим?"
💙🖤💙Конец💙🖤💙