𝘼𝙩𝙤𝙢𝙞𝙘 𝙃𝙚𝙖𝙧𝙩 𝙍𝙚𝙖𝙘𝙩𝙞𝙤𝙣𝙨

Персонажи: Сергей Нечаев, ХРАЗ (в виде робота), Виктор Петров.

Сергей Нечаев

Ты ещё при первой встрече посчитала майора Нечаева весьма симпатичным, хорошо сложенным молодым человеком хотя в целом работа с ним изначально воспринималась тобою скептические учитывая его непростой характер, о котором ты была наслышана на предприятии, в основном от Штокхаузена.

Но всё же вы быстро нашли общий язык и стали отличной командой, что не могло не радовать Сеченова. Он буквально смотрел на вас как гордый отец. Всё шло, казалось бы, хорошо. Ты была более мягкой в отличие от Сергея и переодически усмеряла его пыл, например в моменты его гнева на ХРАЗа или Штокхаузена. Также в ваших отношениях неожиданно для вас обоих появились прикосновения — например похлопать по плечу, пожать руку, ты пару раз даже засыпала на его плече когда вы останавливались где-нибудь для отдыха.

Всё это поначалу не имело для тебя большого значения и было лишь приятным дополнением к совместной работе, поддерживающим ваши дружеские отношения и боевой дух. Но соразмерно того, как росла твоя симпатия к Нечаеву, все эти мимолётные действия стали приобретать для тебя другую окраску и более важное значение. Но от осознания что П-3, и сам к этому привыкший, наверняка не воспринимает это так как ты. Тогда ты начала потихоньку закрываться, всё меньше невзначай касаться его, стала более сдержанной. Нечаев сперва списывал всё на твою усталость или плохое настроение но всё же это несколько его раздражало... Или огорчало? Вряд ли бы он позволил себе считать что его расстраивают такие изменение в твоём поведении, так что он постарается убедить самого себя в том, что ему совершенно нет до этого дела. Но это будет лишь видимость, некий внутренний конфликт. Он возможно даже обсудит это с ХРАЗом как с личным психологом — в несколько агрессивной форме, подобно тому, что он просто жалуется но всё же в этом проявлении эмоций подмечались его чувства к тебе.

В конце концов, твоё намеренно холодное поведение достанет его. Конечно, ты имеешь на это право но.. Что он мог для этого сделать не так? Разве вы не были хорошими товарищами? Возможно то, как он выскажет тебе свои чувства, может показаться насколько грубым или даже резким но во всяком случае зная майора, ты поймёшь что он говорит это не со зла.

— Да что черт возьми не так, Т/и?! Ты не можешь просто подойти и спокойно сказать в чём проблема?! Нет, ты сидишь тут и молчишь, тупо пяля в стену! Я.. Ладно, извини. Погорячился.. Пожалуйста, расскажи что происходит. Ты в последнее время мрачнее тучи ходишь, избегаешь меня будто я провинился где-то..

Выпалил Сережа, потом всё же успокоился и сел рядом с тобой перекрывая тебе вид на стену, покрытую мелкими трещинками.

— Да ни в чем ты не провинился... Люблю я тебя, дурак..

Ты произнесла это без каких либо эмоций ведь уже смирилась для себя с тем, что ты для Нечаева лишь друг, товарищ, напарник... Но как-то уже привыкла подавлять свои чувства чтобы скрыть это от Сергея, так что казалось будто ты не шибко расстроена этим фактом.

— Что- Я то думал что ты меня уже тайно ненавидишь за что-то.. Чтож, в таком случае я и вправду дурак.. Раз не сказал тебе раньше того же. И, ну... Заставил тебя скрывать это? Наверное это непросто было. В общем, Т/и, я тоже люблю тебя.

Ох, как сложно ему было всё это сказать... Он, на самом деле не готов открыто говорить о своих чувствах, привыкший показывать привязанность к кому-то действиями. Все эти "слащавые признания" казались ему чем-то глупы, растянутый и излишне театральным. Но ради тебя он мог и потерпеть. Ты поняла взгляд на него, а он, растерявшись — он никогда не был в подобной ситуации и что, черт возьми, должен делать чтобы всё не испортить?! В конце его "короткого замыкания", П-3 просто расставил руки для объятий. Они были очень тёплыми и большими из-за роста Нечаева, благодаря которому его руки могли обхватить тебя чуть ли не целиком. Когда Сергей отстранился, он расслабленно вздохнув произнёс:

— Фух, а он был прав, от этого действительно стало легче!

Ты недоумённо взглянула на него пока не раздался третий голос.

— Я рад, что вы пришли к умозаключению о том, что к моим советам впредь желательно прислушиваться, майор.

— Ебучие пироги, да заткнись ты! Ни к какому умозаключению там я не приходил..

Хотя мне кажется он где-то в глубине души благодарен ХРАЗу за то, что подтолкнул его к тому, чтобы признаться тебе.

ХРАЗ/Харитон Захаров

На самом деле это немного странно... Ладно, ОЧЕНЬ странно для тебя. Ты считала  ХРАЗа отличным товарищем и помощником, даже частенько заступались за него перед Нечаевым, который срывал свою злость на нём. Когда он был в предмете, то есть перчатке, тебе было очень сложно представить его как нечто полноценно одушевлённое... Но когда Сеченов предложил перенести его в тело робота, подразумевая что вам с П-3 пригодился бы полноценный аналитик, ведь порою Нечаев в упор не желает его слушать, ты сразу же поддержала эту идею начальника, сама не понимая своего энтузиазма поначалу. Да, тебе нравилось беседовать с ХРАЗом, порой подолгу, что бесконечно раздражало Сергея, который часто рявкал что вам «пора бы заткнуться уже, вы не одни здесь между прочим». И правда, в том, что ХРАЗ был непрерывно соединён с Нечаевым, так сказать прилагался к нему в комплекте, было небольшой помехой вашему общению. Но ты и не догадывалась что можешь что-то чувствовать к нему пока он находился в перчатке ведь это что-то неестественное, не в полной мере одушевлённое. Но когда он предстал в виде робота... Чёрт, ты и вправду влюбилась в машину? Поначалу ты гнала эти мысли прочь и ни в какую не хотела признавать, наверное это и послужило спусковым крючком к твоему решению скрывать свои чувства.

Это было очень неприятным и неожиданным поворотом для ХРАЗа. Он, получив полноценное тело, представлял столько возможностей провести время с тобой.. Да что уж там, он впервые мог по-настоящему прикоснуться к тебе! Ты была первым человеком за последние несколько лет, к которому он смог прикоснуться. И это было просто невероятно, кажется каждая его микросхема слегка нагрелась где-то внутри. Но то, как ты была холодна с ним сейчас... Возможно ты не рада изменениям в нём? Может быть в виде перчатки он был более удобен, компактен и ты просто ценила его как коллегу или даже... Прибор? Эта мысль на самом деле глубоко печалила его. И он решил выяснить что изменилось в вашем общении, подошёл к этому спокойно несмотря на некое беспокойство. ХРАЗ не хотел чтобы вы были просто коллегами. Хотя бы... Друзьями?

— Това- Кхм-кхм, извини, я помню что ты говорила что эти официальные обращения тебе не по душе. Профессиональная привычка. Итак.. Т/и, я заметил что ты стала такой отстранённой. Возможно что-то случилось и я мог бы морально помочь?

Даже в такой волнительной для него ситуации он мог так грамотно формулировать мысли, это достойно восхищения.

— А? Ничего. Всё правда в порядке, ХРАЗ.

— Но- Ты точно не хочешь обсудить что-то со мной? Мне казалось, ты избегаешь меня. Возможно тебе некомфортна моя новая форма? Если хочешь, я... Не буду больше беспокоить тебя?

Он не хотел этого говорить но понимал что готов на это ради твоего комфорта, всё же ты так дорога ему.

— Нет же, ХРАЗ, твоя новая форма... Господи, да она прекрасна. Как и ты. Имею в виду, сам ты и раньше мне нравился но-

— Нравился?

— Да, я черт возьми люблю тебя и неважно что ты машина. Я бы сказала, что ты человечнее многих, уж поверь...

— Я даже не знаю что сказать. Мне нужно обработать информацию. Но я- Ты мне тоже нравишься хоть это и должно быть странно, да?

— Да плевать уже странно, не странно. Главное теперь всё будет как раньше. Почти. Но думаю нас не поймут, да?

— Это точно. Но ведь ты так и сказала «да и плевать», так что какая разница? Я люблю тебя, Т/и.

P.S: Гляньте, какую хуманизацию нашла. Шикарный мужчина.

Виктор Петров

Я почти уверена что вы делали бы это взаимно. Хотя для Виктора это было бы почти непосильной задачей, всё же он весьма эмоционален и красноречив, так что вполне можно невзначай сказать что-то, полное нежности к тебе, за что потом будет корить себя, уверенный в том, что сделал это зря и это не произведёт и малейшего впечатления на тебя, а может даже оттолкнёт. Ты двигаешься дальше, сейчас ты опытный научный сотрудник с важным заданием на плечах, а он где-то в глубине души так и остался мальчиком из театрального кружка, который в своё время был очарован тобой. И это заставляет это слегка стыдится своих красноречивых, можно сказать театральных бзиков, которые частенько случаются у него о отношению к тебе. Но что на счёт тебя и твоего решения скрывать свои чувства к нему? Тут ты старалась не совсем скрыть, а даже подавить их. Человек, засевший в твоём сердце опасный преступник, предатель родины, из-за которого всем грозит опасность но ты всё равно не можешь перестать любить его и ты злилась на себя за это. Но ведь сердцу не прикажешь, правда?

Чтобы окончательно разделаться с чувствами к Петрову, ты присоединилась к делу по его поимке. Тогда ты считала что начав «охотится» на него, твои чувства рассеяться, заменятся истинным принятием ситуации какой она есть без фона смутной, возрастающей симпатии к нему. Но как же ты ошиблась! Это наоборот заставляло тебя думать о нём куда больше и беспокоится за него. Ты подсознательно была рада когда он вновь уходил от вас с П-3, ведь ты искренне не хотела его смерти или заключения под стражу ведь за это он будет гнить в тюрьме наверное всю оставшуюся жизнь. Когда вы впервые встретились после того, как он устроил сбой, ты огрызнулась на него хотя в твоих глазах можно была разглядеть потаённую нежность. Это был театр, в котором он раньше работал. Он говорил тебе что-то сбивчивое, трепетное и нежное через громкоговоритель, видя по камерам, а когда ты оказалась в главном зале театра, тебя на секунду ослепил свет прожектора.

— Они сошлись. Волна и камень, Стихи и проза, лед и пламень. Не столь различны меж собой. Сперва взаимной разнотой, они друг другу были скучны — потом понравились. Потом съезжались каждый день верхом и скоро стали неразлучны. Так люди — первый, каюсь я — от делать нечего друзья.

Каждый раз во время начала стиха, процитированного им, прожектор переходил то на него, то на тебя, что было несколько некомфортно но весьма зрелищно.

— Боже, Т/и, как же я рад тебя видеть!

Слетело с его губ мимолётно, он хотел потянутся чтобы обнять тебя но ты отстранилась от него.

— Вот и ты, чертов предатель...

Эти слова, кажется разбились о его надежду на то, что ты всё ещё благосклонна к нему. Он когда-то пытался объяснить тебе свои идеи и планы но ты уже тогда была против, а сейчас, после стольких человеческих жертв... Петров застыл на мгновение, в его глазах почти что читалось отчаянье. Он чётко осознавал что ты против его идей но чтобы против него.. Это было сильным ударом.

— Но Т/и, ты ведь понимаешь что я не желал всего этого хаоса. Я-

— Да плевать что ты там желал! Не столь важно что ты разрушил систему, важно то, что ты разрушил то, что было между нами! Наплевал на мои чувства! Я не хочу чтобы ты теперь был в заключении всё то время, что мы могли бы жить нормально.

— Но мы не смогли бы жить нормально! Если запустится Коллектив 2.0, всё рухнет, понимаешь? Я желаю лишь блага для нас ведь я люблю тебя! Но это, вероятно уже не важно...

— Ещё как важно, для меня по крайней мере ведь я тоже люблю тебя..

Ему показалось что он что-то не так услышал — нет, ну не может этого быть. Ты ведь ненавидишь его за то, что он сделал, верно? И вот сейчас он примет желаемое за действительное ещё больше разочаровав тебя. Но всё же он решил поверить своим словам, которые действительно были произнесены не только в его голове.

— Что? Правда? Я... Так счастлив. Даже если я умру сегодня, я умру счастливым, понимаешь? Спасибо, Т/и...

— Я конечно рада что ты счастлив но если ты помрёшь, я тебя сама придушу в загробном мире ещё раз если меня тут прихлопнут роботы..

— Ха-ха-ха... Т/и, я слишком давно этого ждал чтобы умирать.

В следующей части заказа: Штокхаузен, Сеченов, Филатова