Конкурс. Минифанфик
Весна. Весна — очень красивое время года. Вот и сейчас пришло ее время; лепестки цветущей вишни то тут, то там застилали землю, путались в волосах молоденьких девчонок, падали на одежду, заставляя людей стряхивать их. Теплое солнышко, прячась за редкими облаками, кидало лучики, запрыгивавшие в окна домов, чтобы разбудить спящих. День был обычный для многих, включая Чанёля. Идя в старшую школу слегка позади младшей сестренки, в которой души не чаял, Чан провел рукой по волосам голубоватого оттенка и поймал длинными пальцами попавший туда лепесточек. Лепесток был схож с девушкой, шагающей впереди: такой же нежный, маленький, беззащитный. Чанёль до сих пор помнит, как в детстве девчонка прибегала к нему и, обняв его за шею, всхлипывала на ухо. Тогда парень спрашивал ее:
— Что случилось, Т/И? Кто тебя обидел?
Она тихим голоском сообщала:
— Никто меня не обижал. Мне просто стало грустно от того, что братик Ёль не приходит ко мне играть в куклы.
— Братик придет, только подожди чуток, хорошо, солнышко?
— Хорошо.
Девочка убегала в свою комнату, шлёпая босыми ногами по полу, а Чанёль, оставшись наедине с собой, задумывался о том, что слышал от вечноругающихся родителей. Вот и сейчас парень о чем-то размышлял, держа в руке лепесточек вишни. В реальность его вернул чей-то громкий голос: — Чанёль! Т/И!
Это был Сокджин — парень девушки и лучший друг Чана.
– Джин–ни! — выкрикинула Т/И, обнимая того за шею.
— Приветик, малышка.
— Здравствуй, донсэн! — протягивает руку Чан.
— О, хён!
Парни, переговариваясь, пошли рядом с повеселевшей Т/И. Вскоре троица прибыла в школу.
— Мне туда, а вам по пути, — заметил Чанёль. — Пока, Т/И. Ты, донсэн, следи, чтобы она не сбежала! — Пак в шутку пригрозил пальцем, зная, что его сестра отличница и никогда не прогуливает уроки. Парень и девушка, попрощавшись с Чаном, пошли в одну сторону, а тот в другую. Зайдя в класс, Чан направился к своей парте, находившейся в самом углу.
Когда Чан разложил всё нужное, всунул в ухо наушник и попытался подумать, к нему подлетел Бён Бэкхён, староста:
— Башенка, привет!
Чану захотелось врезать прямо сейчас этому надоедливому парнише, который никак не мог запомнить, что его зовут не «Башенка», а ПАК ЧАНЁЛЬ.
— Что тебе от меня надо? — грубо спросил он.
— Ничего. Просто сказал «Привет».
— Сказал? Ну и вали.
Бэк надул губки, бурча:
— Какой ты грубый.
Бён ушел, а Пак наконец остался в одиночестве. Глядя в окно, за которым лепестки, гонимые несильным ветерком, кружили в легком, как они сами, танце, Чанёль отдался воспоминаниям. В классе все считали парня странным, поэтому с ним никто не общался, не считая Бэка, который старался говорить со всеми, чем неимоверно раздражал. Наконец, прозвенел звонок, и Чан снял наушники.
*** Прошло три урока, когда у Пака зазвонил телефон. Удивительно, но это был Сокджин. «Мы же в одной школе, нет?» — подумал Чанёль. Быстро ответив на звонок, парень произнес в трубку.
— Что случилось?
На другой стороне послышался дрожащий голос Сокджина:
— Иди в медкомнату.
Чанёлю было этого достаточно, чтобы начать паниковать, поэтому, запихнув телефон в карман, парень разворачивается и несется в школьный медпункт. Там была Т/И, голова которой лежала на плече Кима, всё лицо бледное, а глаза девушки закрыты.
— Т/И... — задыхается Пак, видя эту картину. Сокджин, подняв голову, смотрит на друга и говорит:
— Ей стало плохо, учительница позвала меня, а я вот отвел сюда. Чан осторожно берет тонкую руку девушки и смотрит на медсестру, которая тут же сообщила:
— Ее нужно отвезти домой, а еще лучше в больницу. Я вот напишу вам справку, передадите классной руководительнице. Оба парня кивают, Ким уходит за вещами Т/И, а Пак, оставшись с сестрой, берет её на руки и выносит из школы. Когда подъезжает такси, Чан садит девушку на заднее сиденье, осторожно пристегнув, ждет Сокджина, который тут же выходит.
— Поехали, — говорят парни, сев по местам. — В больницу. Машина трогается с места.
*** Чанёль молчит, гипнотезируя дверь, за которой лежит его любимая сестра. К нему подсаживается Сокджин, но тоже ничего не говорит, ведь ему не менее тяжело. Всё же его тихий голос разносится по пустому коридору, стараясь быть как можно спокойней:
— Как думаешь... — Ким мнется, а Чан продолжает сверлить взглядом дверь.
— Всё будет хорошо? Пак молчит и только собирается ответить, как палата открывается, а на пороге стоитврач. Он останавливается, попав под прицел двух пар глаз.
— Что с ней? — всё так же тихо говорит Сокджин. Врач опускает маску и говорит:
— Мне очень жаль, но у девушки обнаружен тяжелый вид рака. Жить осталось только две недели. Оба парня замирают, переваривая информацию.
— Н-не может б-быть... — запинается Сокджин. Мужчина пытается их преободрить:
— Вы можете зайти и поговорить с больной. Чанёль встает первым и, дойдя до двери, открывает её.
— Т/И...
*** Спустя две недели. Всё это время, Сокджин и Чанёль пытались всячески радовать Т/И, но вот настал тот день, когда человек, связывающий этих парней, рушится на глазах. Руки Чана дрожат, он, словно во сне, твердит:
— Не может быть... Всё в его комнате ломается, под его же собственный вопль. Стул летит в стену, ваза — туда же, духи тоже не избежали такой участи. Чанёль хватает первое попавшееся под руку, но тут же замирает. Это оказалась рамочка с фотографией, на которой парень приобнимает Т/И. К горлу поступают слезы, а лицо искажается в немом крике. Руки дрожат пуще прежнего, Чан лезет в карман, доставая сигарету, пытается поджечь ее, но зажигалка падает на пол. Пламя тут же охватывает середину комнаты. Чанёль выбегает прочь, продолжая сжимать в руке фоторамку, где Т/И и он широко улыбались...
***
И снова весна. Сокджин аккуратно стряхивал лепесточки вишни с земли, под которой вечным сном забылась Т/И. Чанёль, в это время, стоял слегка поодаль, молча наблюдая за действиями друга. Вдруг что-то попало ему в волосы. Чан поймал лепесточек и посмотрел на него. А по щекам побежали слезы...
Конец.
Автор: vikavika3535