𝙱𝙻𝚄𝙴 𝙻𝙾𝙲𝙺 𝚁𝙴𝙰𝙲𝚃𝙸𝙾𝙽||𝙸𝙼𝙰𝙶𝙸𝙼𝙴𝚂

Он ударил тебя во время ссоры || часть 2.

вторую часть заказал этот прелестный человек: marinmarinmarin

Задействованные персонажи: Ноэль Ноа, Джулиан Локи, Марк Снаффи, Крис Принс, Лавинья, Наэль На

Ноэль Ноа
  Т/и стояла посреди гостиной, скрестив руки на груди. Ее глаза пылали, как угли в печи, а голос дрожал от гнева.
—Ты серьезно, Ноэль? Ты снова пропустил наше свидание из-за тренировки? Я тебе не мячик, чтобы меня пинать туда-сюда!  Ноэль, высокий и атлетичный, с волосами, выгоревшими на солнце, нервно почесал затылок.
—Т/и, ты же знаешь, как важен для меня футбол. Это моя жизнь! — Его голос звучал, как усталый комментатор на тысячном матче.
—Твоя жизнь? — Т/и фыркнула. —А я что, декорация для твоего великолепного шоу?
Она шагнула к нему, ее пальцы сжались в кулаки. —Ты даже не позвонил, Ноэль! Просто исчез, как будто я тебе никто!
Ноэль вздохнул, его взгляд блуждал по комнате, словно он искал выход, как мяч в штрафной. —Т/и, я просто… — Он не успел договорить. Она резко отшатнулась, когда он вдруг поднял руку, и его ладонь с силой хлопнула ее по щеке. Щелчок прозвучал, как удар по мячу, отправляющему его в ворота.
Т/и замерла, ее лицо побелело, как форма вратаря.
—Ты… ты ударил меня? — Ее голос дрожал, но в нем не было страха — только ярость. Ноэль задрожал, его глаза расширились.
—Т/и, я… я не хотел…
Он протянул руку, но она отшатнулась, как будто он был заразным.
—Не подходи ко мне! — прошипела она, ее голос был холоден, как лед на стадионе зимой. — Ты перешел черту, Ноэль. Я не позволю тебе пинать меня, как мячик!
Она схватила свою сумку и бросилась к двери, оставив Ноэля одного, смотрящего на свою дрожащую руку.

Джулиан Локи
Гостиная была наполнена густым молчанием, которое резало воздух, как нож. Т/и стояла у окна, её руки дрожали, а глаза блестели от слёз, которые она отчаянно пыталась сдержать. Джулиан, его лицо искажено гневом, тяжело дышал, сжимая кулаки.
—Ты вообще слышишь себя? — его голос был низким, но в нем звенела сталь. — Ты думаешь, я просто так все это делаю?
—

Я не просила тебя жертвовать всем ради меня! — выкрикнула Т/и, её голос сорвался. — Я хочу, чтобы ты был рядом, а не чтобы ты пропадал на тренировках и матчах, забывая обо мне!
—Это моя работа, Т/и! Моя жизнь! — он шагнул к ней, его глаза горели. — Ты знала, с кем связываешься!
Нюо она не отступила. Её сердце билось так сильно, что она едва слышала собственные слова. — Я знала, что люблю тебя, Джулиан. Но я не знала, что ты будешь ставить меня на последнее место.
Его рука взметнулась, и пощёчина оглушила её. Она отшатнулась, её щека горела, а сердце разрывалось на части. Джулиан застыл, его глаза расширились от ужаса.
—Т/и… — его голос дрогнул. — Я… я не хотел…
Но она уже повернулась, её слёзы текли по лицу. — Не подходи ко мне, — прошептала она, её голос был полон боли. — Я не знаю, кто ты сейчас.

Марк Снаффи
Т/и стояла посреди комнаты, её сердце билось так громко, что, казалось, его слышно на другом конце города. Марк, её Марк, с которым она делила всё — мечты, страхи, смех, — теперь смотрел на неё глазами, полными гнева. Его кулаки сжимались и разжимались, как будто он боролся с самим собой, но проигрывал.
—Ты думаешь, я слепой? — его голос был низким, хриплым, как гром перед бурей. — Я видел, как он на тебя смотрел. Как ты ему улыбалась.
—Марк, это просто коллега, — её голос дрожал, но она пыталась держаться. — Ты всё выдумываешь.
—Выдумываю? — он шагнул вперёд, и она почувствовала, как воздух вокруг них стал густым, как смола. — Ты думаешь, я не вижу, как ты с ним флиртуешь?
—Я не флиртую! — её голос сорвался, и слёзы наконец прорвались наружу. — Ты просто ревнуешь без причины!
И тогда это случилось. Его рука взметнулась в воздухе, и она даже не успела отреагировать. Удар был резким, болезненным, и она отшатнулась, прижав ладонь к щеке. В глазах потемнело, а в груди будто разорвалась бомба.
—Марк… — её голос был едва слышен, но в нём была вся боль, всё разочарование.
Он замер, его глаза расширились, как будто он только что осознал, что сделал. — Т/и, я… — он протянул руку, но она отшатнулась.
—Пошел к черту, Марк, — её голос был твёрдым, но внутри всё горело. — Ты перешёл грань.
Он стоял, словно парализованный, а она повернулась и вышла, оставив его одного с его гневом и раскаянием.

Крис Принс
Вечер был душным, воздух в квартире словно застыл, напряженный, как струна, готовый лопнуть в любой момент. Крис Принс, известный футболист и тренер, стоял посреди гостиной, его лицо искажено гневом и непониманием. Т/и, его девушка, сжимала руки в кулаки, ее голос дрожал, но глаза горели решимостью. Они спорили уже больше часа, и каждый удар слов, как молот, раскалывал их отношения на части. 
—Ты даже не пытаешься меня понять! — кричала Т/и, ее голос звенел, как стекло, готовое треснуть. — Ты думаешь только о себе и своей карьере! 
—Я делаю все, чтобы нам было хорошо! — ответил Крис, его голос гудел, как гром. — Но ты видишь только то, что хочешь видеть! 
И тут он не выдержал. Его рука, привычная к точным ударам по мячу, взметнулась в воздухе и со всей силой опустилась на щеку Т/и. Звук удара, как выстрел, оглушил обоих. Она шатнулась назад, ее глаза расширились от шока и боли. 
—Больно.. — прошептала она, ее голос едва слышен. 
Он замер, его дыхание стало тяжелым, а сердце колотилось, как барабан. Он никогда не думал, что способен на такое. Но теперь слово было сказано, и его рука, словно предатель, свидетельствовала против него. 
Т/и подняла руку к щеке, ощущая жгучий след его ладони, и ее глаза наполнились слезами, которые она не могла сдержать. Крис хотел что-то сказать, но слова застряли в горле, как камни.

Лавинья.
  Лавинья и Т/и сидели на кухне, и воздух между ними был натянут, как струна гитары перед концертом. Поводом для ссоры стала… пицца. Да, именно она. Т/и настаивала на ананасах, а Лавинья, как истинный бразилец в душе, считал это преступлением против человечества. 
—Ты вообще понимаешь, что ананас на пицце — это как носки в сандалиях?! — кричал он, размахивая руками.
—А ты понимаешь, что твоя узколобость душит меня уже третий час?! — парировала Т/и, скрестив руки на груди. 
Слово за слово, и вот уже Лавинья, не сдержавшись, шлепнул её по плечу, как будто это могло что-то доказать. Т/и замерла, глаза её расширились от изумления. 
—Ты… ты меня ударил?! — её голос дрожал, но не от страха, а от ярости.
—Да не ударил я, это был… эмоциональный жест! — оправдывался Лавинья, но его уверенность уже трещала по швам. 
Между ними повисла пауза, но напряжение только росло, как тесто в теплом месте. Вдруг Т/и шагнула к нему, её глаза горели, как угли в костре. 
—Знаешь, что тебе нужно? — прошипела она, приближаясь так близко, что он почувствовал её дыхание.
Лавинья замер, ожидая удара в свою сторону, но вместо этого Т/и схватила его за воротник и притянула к себе. 
—Мне нужно, чтобы ты извинился, — прошептала она, но в её голосе уже звенела не только обида, но и что-то… другое. Лавинья почувствовал, как по его спине пробежала дрожь. 
—Т/и, я… — начал он, но она положила палец на его губы, прервав речь. 
Ссора ещё не закончилась, но воздух между ними уже наполнился чем-то другим — чем-то обжигающим и непреодолимым, как пламя, которое нельзя потушить.

Наэль На
Тусклый свет лампы отбрасывал длинные тени по стенам комнаты. Воздух был тяжелым, пропитанным гневом и обидой. Т/и стояла напротив Наэля, её руки дрожали, а глаза горели смесью боли и непонимания.
—Ты совсем охренел? — её голос был холодным, как лезвие ножа. — Ты действительно считаешь, что я тебе чем-то обязана?
Наэль сжал кулаки, его челюсть напряглась. Он шагнул вперёд, лицо искажено яростью.
—А ты думаешь, что можешь просто ходить и флиртовать с кем попало? Ты моя, слышишь? Моя!
Т/и засмеялась, но в её смехе не было радости, только горечь.
—Я ничья, Наэль. Ты это понял? Ничья. Ты просто не можешь справиться с тем, что я живу своей жизнью.
Его рука резко двинулась вперёд. Удар был быстрым, неожиданным. Т/и отшатнулась, щека горела, как от прикосновения раскалённого металла. Она прижала ладонь к лицу, глаза широко открылись от шока.
— Ты.. Я не ожидала такого от тебя, — прошептала она, голос дрожал.
Наэль замер, его лицо исказилось от осознания содеянного. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. В комнате повисла тяжёлая тишина, разбитая только прерывистым дыханием Т/и. Она медленно отступила к двери, её взгляд был полон решимости.
—Ты сам сотворил такое, Наэль. И обратной дороги нет.
Он протянул руку, но она уже была за дверью, оставив его одного с его гневом и сожалением.

Уголок автора: ну, крч, спасибо за прочтение, надеюсь, я правильно поняла заказ. всем сладких снов👾