Глава 26
Глава получилась очень большая, поэтому хотелось бы обратной связи от вас в виде комментариев и звёздочек🤍
***
POV Егор
У Нади пошёл четвертый месяц беременности. Уже хорошо виден маленький круглый животик.
За это время мы были у многих врачей. Почти все сказали оставлять ребёнка. Мы так и сделали. И вот сегодня мы поедем на УЗИ, чтобы удостовериться, что все хорошо. Ещё мы узнаем пол малыша. И сейчас я даже не знаю, кого хочу. Хочется лишь одного — чтобы ребёнок родился здоровым. Остальное не важно.
Сейчас только 7 утра. Надя ещё спит, но уже пора её будить и идти на завтрак. У нас приём в 9, поэтому есть мы будем немного раньше.
— Надя, вставай. Пора завтракать.
— Не хочу, — она отвернулась от меня и продолжила спать.
— Ты помнишь какой сегодня день?
— Мы узнаем пол малыша, — сонно ответила Надя.
— Да, а ещё поедем к твоей маме, чтобы сообщить ей эту прекрасную новость.
— Правда? — Надя резко села на кровати и смотрела на меня.
— Да, милая. Живот уже видно, поэтому скрывать больше не получится. Так что давай быстро умывайся, одевайся и спускайся на завтрак.
Надя встала, а я вышел из спальни и пошёл завтракать. На столе уже все было приготовлено. Манная каша и чай. Сейчас Надя скажет, что не хочет это есть. Обычное наше утро.
— Я не буду кашу, — сказала Надя, когда села за стол.
— Что ты хочешь?
— Бутерброды.
— Делай, — когда все это началось, я ей сразу сказал, что если не хочешь есть на завтрак то, что дают, то готовь себе сама. И вот практически каждый день она делает завтрак себе сама. И в основном это бутерброд, что мне не нравится. Одними бутербродами сыт не будешь. К тому же это очень сухая пища. — Только два бутерброда, а не один.
— Хорошо.
Надя приготовила себе горячие бутерброды с колбасой и сыром. Кашу за неё съел я, пока она готовила.
Мы позавтракали и сразу поехали в клинику.
— Переживаешь?
— Немного. А ты думал над именем малыша?
— Ну так, у меня есть имена, которые нравятся.
— Какие?
— А у тебя есть?
— Нет, я никогда не думала об этом. Поэтому хочу послушать твои варианты.
— Для девочки или для мальчика?
— Давай сначала для мальчика.
— Как тебе имя Тео?
— Полное Теодор?
— Ну да. Но не обязательно ведь называть его Теодор. Будем звать просто Тео.
— А что-то из наших простых имён?
— Ты хочешь русское имя?
— Ну да.
— Типо Вася или Ванька? — Надя кивнула, а я усмехнулся. Имя конечно неплохое, но я бы не хотел так назвать своего ребёнка.
— Ну может Тимофей? Или Добрыня?
— Тимофей неплохо звучит.
— А для девочки?
— Эмили?
— Будет Эмили Егоровна? — теперь уже смеялась Надя.
— Ну мы же не будем звать её так официально.
— А если она захочет стать учителем?
— Ну ничего.
— Эмилия лучше будет звучать.
— Ладно, а у тебя какие варианты есть?
— Алиса или Софа.
— Мы подумаем ещё.
Проще нам будет, если родится мальчик. А то с именем девочки у нас не очень складывается. Мы доехали до клиники пока разговаривали.
Врач нас сразу приняла. Надю сначала осмотрели без меня, а уже на УЗИ я был рядом с ней.
— Всё хорошо. Сердцебиение в норме. Вы уже знаете пол?
— Нет, — одновременно ответили мы.
— Тогда сейчас посмотрим, — по животу Нади водили прибором. Я смотрел на монитор, но абсолютно ничего не понимал. — Это у нас голова, тут ручки, а вот здесь мы бы могли узнать пол, если бы малыш не закрылся от нас.
— А как нам узнать пол?
— Можно сделать внеклеточный ДНК. Нужно будет сдать кровь.
— Можно прямо сейчас?
— Да, но результат будет только через 7 дней.
— Мы можем завтра приехать ещё раз на УЗИ? — мне очень хочется узнать пол малыша. Безусловно это не так важно, но хочется уже решить с именем и называть его, пока он в животике.
— Часто делать УЗИ не рекомендуется. Лучше сдайте кровь и подождите неделю. Это самый безопасный вариант. Не хочет малыш вам показывать себя, — улыбнулась врач.
— Хорошо, тогда мы идём сдавать кровь.
Врач выписала нам направление и мы с Надей пошли к другому кабинету.
— Может это не так и важно? — спросила Надя, сидя у кабинета.
— Ты опять боишься сдавать кровь? Милая, ты уже реально столько пережила, но все равно со сдачей крови у тебя проблемы. Как так можно?
— Ну как-то так. Не хочу я сдавать кровь. Если ты так хочешь, то можешь сдать сам.
— Если бы мог — сдал бы. А так эта возможность предоставляется только тебе, милая. Как ты рожать вообще будешь??
— Я об этом даже думать боюсь. Можно я просто усну, а потом проснусь уже без живота и с ребёнком на руках.
— Кесарево только если. Но ты все равно будешь в сознании и живот у тебя не уйдёт так просто.
— Я согласна.
— Ты думаешь, что это легче? Восстановление будет очень тяжёлым. Мы поговорим об этом позже. И только с врачом. Не думай сейчас об этом. Подумай лучше о чем-то более важном.
— Надежда Владимировна, пойдёмте сдавать кровь, — медсестра забрала Надю, а я остался ждать в коридоре.
Я правда задумался о том, как она будет рожать, если настолько боится боли. Мне кажется, что она там от первой схватки сознание потеряет. Поэтому лучше наверное будет кесарево, но это только врач нам скажет. Если не разрешат, будет сама рожать, куда она денется. Не она первая, не она последняя.
Надя просто любит накрутить себя, поистерить, а потом оказывается, что это не смертельно больно. По крайней мере не так, как она ожидала.
Через пару минут она вышла. Слез на её лице не было.
— Всё в порядке?
— Да.
Мы пошли к машине. Результат ждать целую неделю, почему так долго... Хочется скорее узнать пол малыша.
— Мы же сейчас к маме поедем? — спросила Надя, когда мы отъехали от больницы.
— Ну да.
— А что ей говорить?
— Надь, ну что ты можешь ей сказать?
— То, что я беременна. Но она спросит как так вышло.
— Ты думаешь, что твоя мама не знает, как появляются дети? Ей тебя аист принёс? Или может ты из капусты? Откуда ещё берутся дети?
— Ну Егор, это не смешно.
— Надя, как так вышло? Как ты беременна?
— Я не про это совсем. Мы с тобой знакомы не так давно. Мама вообще тебя практически не знает. Это выглядит так, как будто я залетела от первого встречного.
— Не обижайся, но по сути так и есть. Ты сама решила оставить ребёнка. Потом уже и я с тобой.
— Как мне объяснить маме, что у этого ребёнка не будет нормальной семьи?
— Почему не будет?
— Через какое-то время после его рождения я уйду от тебя. Ты будешь видеть ребёнка, когда захочешь.
— Но ты будешь одна. Я имею ввиду никаких мужчин при ребенке. У моего ребёнка не будет другого отца. Я не позволю этого. Иначе тебе придётся выбрать какие-то мужики или ребёнок. И по поводу твоего ухода я даже слышать не хочу. И просил тебя по хорошему выкинуть из головы эту идею.
— Надеюсь, что твоё правило распространяется и на тебя.
— Тогда тебе придётся предоставлять мне свои услуги.
— Я не проститутка, чтобы предоставлять услуги.
— Тогда не говори о том, что меня это тоже касается.
— То есть ты будешь спать со шлюхами, а мне нельзя?
— Ты хочешь спать со шлюхами? Твоё право.
— Этот разговор ни к чему.
— Согласен. Только ты так и не решила, что скажешь маме. Если не придумаешь, то говорить буду я. И ты меня не остановишь. Так что либо ты с ней говоришь, либо я. Но потом не обижайся.
— Что ты скажешь?
— Мы с тобой переспали много раз и получилось так, что ты забеременела. Так бывает, когда взрослые люди спят без защиты.
— Спасибо, что переспали, а не трахались.
— Пожалуйста. Мы почти приехали.
— Егор, а можно я с мамой одна поговорю? Без тебя.
— О чем?
— Тебе важно знать это?
— Да.
— О тебе.
— Зачем обо мне говорить?
— Чтобы она не волновалась.
— О чем?
— О том, что я тебя совсем не знаю. И совершаю глупость.
— А ты так не считаешь?
— Считаю, но...
— Если ты так считаешь, то как ты убедишь другого человека, что все хорошо? Тем более маму. Она все сразу поймёт.
— Я попробую.
— У тебя не получится и придётся объяснять ещё больше. Давай без самодеятельности.
— Да почему?
— Потому что я так сказал, тебе этого не достаточно?
— Останови машину, — если честно, то в глубине души я очень хотел остановить машину и отшлепать её за такое отношение.
— Надя, если я сейчас остановлю машину, то мы никуда не поедем.
— Ну и прекрасно. Остановись, я хочу выйти! — она переходила на крик, что мне очень сильно не нравилось. Чувствую, что ни к какой маме мы сегодня не поедем. Выведет меня и поедет домой получать ремня.
— Прекрати сейчас же. Если ты не успокоишься, то дома тебя будет ждать ремень.
— Прекрасно! — я остановил машину на обочине, но двери не разблокировал. — Открой дверь.
— Что с тобой? Ответь мне, — в один момент она переменилась.
— Ты, вот что! Да, ты спас мою маму, за что я тебе безмерно благодарна, но находиться с тобой невозможно! Я устала от тебя.
— По-моему ты действительно давно не получала.
— Будешь бить меня беременную?
— Не бить, а давать по твоей попе, это разные вещи.
— Я не смогу лечь тебе на колени.
— Милая, это не проблема. Поставлю тебя раком у стола, — Надя удивлённо посмотрела на меня. — Поставишь руки на стол, прогнешься и все. У меня будет доступ к твоей попе, — она покраснела и отвела взгляд. Надя хочет этого. — Ты согласишься на десять лёгких ударов?
— Рукой?
— Да.
— Ну да. Если это наказание, то я согласна.
— Значит к маме едем или нет? Хотя нет, сначала я приведу тебя в порядок, потом поедем.
— Как?
— Отшлепаю конечно.
Да, безусловно Надя боялась этого, но ровно также как и хотела. Ей не хватает немного моего доминирования и это видно. Она начинает нарываться, сама того не осознавая. Конечно я буду максимально аккуратен и не причиню ей сильной боли. Тем более она в положении.
— До дома ехать далеко, да и нет смысла, поэтому заедем в один клуб.
Я написал смс моему другу, у которого свой БДСМ клуб. Попросил его забронировать мне комнату на час. Хорошо, что ехать осталось пять минут. Надеюсь, что после этого Наде станет лучше и она сможет поехать к маме.
Надя вышла из машины как только мы подъехали. Зайдя, нас встретила охрана. Я показал пропуск и мы вошли внутрь.
— Здесь такой свет романтический.
— Нет, милая, он совсем не романтический, — свет тут был приглушенный красный. Обстановка мягко говоря не самая романтичная. Хорошо, что сегодня никто не проводит сессию. Людей почти нет. Мы прошли через зал, поднялись на один этаж и вошли в номер. — Разденься и встань на колени.
— Так сразу?
— А чего ты хочешь, милая?
— Прелюдии.
— В машине было мало?
— Да, — она опустила глаза. Я видел все её стеснение. Малышка боится.
— Как скажешь, — я подошёл к ней и поцеловал в губы. Этот поцелуй не был нежным. Наоборот, я пытался показать что её ждёт.
— Ты же не будешь больно меня бить?
— А что мне сделать? Просто погладить тебя по попе?
— Ну нет, но..
— Всё, никаких но. Настройся. Я отойду, а ты разденься и прими нужную позу.
Я развернулся и вышел из комнаты. Мне нужно было отойти в комнату по соседству за охлаждающим гелем. Когда шлепаешь рукой больно не только ей, но и мне. У меня будет гореть рука, даже если сегодня я не буду её больно шлепать.
Зайдя в комнату, я увидел её на кровати. Она сидела на коленях, положив руки на них. Я видел её страх, потому что она перебирала пальцы. Округлый живот Нади пугал меня. На минуту мне показалось, что я не смогу сделать ей больно. У меня просто не получится бить её. А она все также сидела и смотрела на свои трясущиеся ладони.
— Милая? — реакции никакой. — Посмотри на меня, — она подняла взгляд. Надя смотрела на меня своими большими зелёными глазами. Я видел в них переживание. Её взгляд метался то к моему лицу, то к ногам. — Встань и подойди ко мне, — я старался говорить мягче. Она медленно и аккуратно встала на ноги. Я не видел её голой с животом. Это выглядит так мило, так необычно и странно. Надя подошла ко мне. Я опустил свою руку на её округлый животик. Потом обошёл и встал сзади, положив руки под её живот, тем самым приподнял его. — Как ты себя чувствуешь?
— Немного странно.
— Иди к подножью кровати, нагнись и поставь руки на перекладину.
Надя сделала все, как я сказал. В такой позе она явно долго не простоит. Мне стоит поторопиться, чтобы не навредить ей. Но в таком деле спешка может привести к неприятным исходам. Я подошёл к ней, встал справа от неё и погладил по ягодицам. Она напряглась сильнее, в ожидании удара, когда я убрал руку. Я увидел, как она зажмурила глаза, потому что голова была повернута в мою сторону. Надя была готова вскрикнуть от удара, но я так и не нанёс его. Она открыла глаза и посмотрела на меня снизу.
Я взял её за руку и помог выпрямиться. Надя была удивлена. Я не знаю, что на меня нашло, но я не могу ударить её даже по попе.
— Почему ты не стал шлепать меня?
— Я не могу.
— Но мне это нужно. Я прошу тебя.
— Милая, я увидел, что тебе это не нужно.
— Я буду плохо себя вести. Выводить тебя. Что тогда?
— Я что-то придумаю.
— Не надо думать, мы же знаем, что подействует на меня. Мы с тобой знаем, что нужно делать, чтобы я вела себя нормально. Ты знаешь это лучше меня. Ты сам говорил, что мне это нужно. А теперь считаешь иначе. Я настроилась на боль, я ждала её, я приняла, правда. Но ты отказался от этого. Я прошу последний раз, отшлепай меня. Я нуждаюсь в этом. Прямо сейчас, — я не могу спокойно реагировать, когда она так говорит. Надя сама просит меня отшлепать её. Когда такое ещё повторится?
— Пять лёгких шлепков.
— Но если я не заплачу, то ты продолжишь. Сильнее.
— Пока не доведу тебя до слез или что? Чего ты добиваешься? Хочешь поплакать? Я могу сделать так, что ты будешь реветь. Но не от моих шлепков. Я могу наказать тебя морально.
— Да, я хочу, чтобы ты довёл меня до слез. Мне нужен выброс адреналина. Просто сделай это уже. Почему я тебя уговариваю, если изначально ты этого хотел? Я хочу поплакать от боли и наслаждения после. Сделай это для меня. Ты же можешь. Я знаю.
— Почему?
— Что почему?
— Почему ты этого хочешь? Я вижу, что ты боишься. Твои глаза все говорят за тебя. Но я не понимаю, зачем ты так настаиваешь на этом?
— Не знаю. Может быть ты меня такой сделал? Может все из-за тебя. Я не могу ответить на этот вопрос. Просто так вышло. Я хочу этого, хоть и немного страшно. Но я же знаю, что ты не сделаешь мне слишком больно. Поэтому я хочу, чтобы прямо сейчас ты отшлепал меня.
— Если ты согласна на десять ударов плетью, то прими нужное положение прямо сейчас. Без разговоров.
POV Надя
На пару секунд я задумалась. Потом просто нагнулась перед кроватью. Егор куда-то отошёл. Боже, зачем я согласилась? Кому и что я хочу этим доказать? Да, мне нужно, чтобы он был плохим. Пусть бьёт меня, доводит. Я не хочу влюбляться в него. Не хочу.
— Считай каждый удар. И не двигайся. Если остановишь счёт, то будешь считать сначала, — подойдя сказал Егор. Он был строг. А мне это и нужно. Нет, я не собираюсь доводить его. Просто мне нравится, когда он полностью контролирует этот процесс.
Я стояла ровно и почти не дышала. Сначала он аккуратно провел плетью по моей спине и ягодицам. Затем нанёс первый лёгкий удар. Я резко выдохнула.
— Один, — я попыталась спокойно ответить. Второй удар неожиданно пришёлся на правую ягодицу.
— Два, — я сильнее сжала пальцы. Ещё удар.
— Три, — мой голос уже надрывается, ещё пару ударов и я чувствую, как заплачу.
— Четыре, пять, — он ударил подряд два раза. На глазах появились слезы. Это не так больно. Я выдержу.
— Шесть, — удар пришёлся на левую часть. Боль начинала свою пытку.
— Семь, — сильный удар по двум ягодицам. Потом ещё. Один? Или это было сразу два? Я заплакала. Боль растекалась медленно, она согревала, но потом начинала обжигать.
— Считай, — мягко сказал он. А я не знала сколько. Я запуталась. Я пропустила. Я не знаю. Лишние мысли в голове, которые должны были уйти. Они остались. Они мешают мне.
— Девять, — на самом деле я не знала сколько. Просто сказала эту цифру.
— Мимо, милая, — последовал удар. Сильный. Затем ещё один. Я закричала от боли и неожиданности. Слезы катятся по щекам. Я не могу больше считать. Ягодицы горят. Ещё десять? Я же сбилась. Он ударит ещё десять раз? Нет, пожалуйста, нет. Зачем я согласилась? Я плакала, но стояла на месте. — Это было девять и десять, — сказал он.
Егор помог мне выпрямиться. Потом взял на руки и лёг со мной в кровать, обнимая меня. Мне стало тепло в его объятиях. Они были нужны. После всего, что произошло я нуждалась именно в его объятиях. Это успокаивает, возвращает обратно.
— Тебе стало легче? — поглаживая меня по голове спросил Егор.
— Думаю, да.
— Больше никаких истерик?
— Я не знаю, — он нежно взял меня за подбородок и приподнял голову. Мои глаза смотрели в его. Потом он поцеловал меня в лоб.
— Я знаю, что ты не веришь мне, но я люблю тебя, — мужчинам сложно говорить это, да? Тогда почему он мне это говорит уже второй раз? Я не понимаю. Если у меня есть чувства к нему, то почему я пытаюсь их убить? У меня нет ответа ни на один вопрос, который появляется в моей голове. Я просто закрыла глаза. Появилась сильная усталость и я уснула.
Во сне я чувствовала, как Егор одел меня, как он посадил меня в машину. Потом провалилась в сон.
— Надя, мы приехали, просыпайся, — я проснулась от его голоса. Мои руки лежали на животе. — Твоя мама уже ждёт. Я купил ей букет, — Егор достал с заднего сиденья красивый белый букет с пионами. — И тортик, — у него на коленях был медовик.
— Мило.
— Ты готова?
— Да, — мне стало плевать, что я не знаю, как буду объяснять всю ситуацию. Что-нибудь придумаем. Да и мама должна меня понять.
Мы вышли из машины. Знакомый район, знакомые дома, наконец-то. Я чувствую себя дома. Здесь прошло моё детство, здесь я выросла и училась, здесь жили мои друзья. На меня накатила ностальгия.
Зашли в подъезд, потом в лифт, поднялись на 12 этаж. Я позвонила в звонок. Мы ждали с минуту и наконец мама открыла нам дверь.
— Мамочка, — я сразу обняла её. Я так скучала по ней. Мой самый близкий и родной человек. Мы зашли в прихожую, Егор закрыл дверь.
— Добрый день, я Егор, мы уже виделись с вами, — он протянул ей букет и тортик.
— Раздевайтесь и проходите скорее, я пойду поставлю чай, — мама ушла. Я смотрела на Егора с неким волнением.
— Почему мама ничего не сказала про живот? — шёпотом спросила я.
— Она ждёт, когда ты сама расскажешь об этом. Со всеми подробностями.
Мы помыли руки в ванной комнате и прошли на кухню. Здесь ничего не изменилось. Ну конечно, мама была в больнице, я была у Егора, кто и что тут поменяет.
— Рассказывайте, как у вас дела? — сказала мама. Она доставала чашки.
— Всё хорошо, — ответила я и смотрела как закипает вода в чайнике. Время как будто остановилось.
— Продолжай.
— Надя просто очень волнуется сегодня, — сказал Егор и посмотрел на меня с такой теплотой в глазах.
— Маленькая моя, я очень рада, — мама улыбнулась. — Видно, что Егор хороший молодой человек. У вас будет прекрасная семья. Когда свадьба? — я открыла рот от удивления, а мама смотрела на Егора.
— Мы ещё не решили, — он спокойно ответил.
— Мама, ты правда рада? — она налила чай и разрезала торт.
— Конечно. Я очень хочу внуков. Хоть и рано. Тебе всего девятнадцать лет, образования у тебя нет, но зато есть Егор. Если вы решились на такой важный шаг, как дети, значит готовы ко всему. Я поддерживаю ваше решение, если вы готовы отвечать за него. Ребёнок это не игрушка, Надя. Ты не будешь спать ночами, тебе надо будет его кормить, одевать, воспитывать. И это не на один день или месяц, это на всю жизнь. Если ты уверена в том, что оно тебе надо, то я буду помогать тебе, — в чем-то мама конечно права. Мне ещё рано. У меня 11 классов образования, я ещё мир не видела, а тут уже ребёнок. — Никаких теперь гулянок до поздна. Теперь только пелёнки, памперсы и плачь ребёнка.
— Не пугайте её, — Егор ведёт себя очень сдержанно рядом с моей мамой.
— Ну деваться уже некуда, срок большой, поэтому теперь только рожать. Уже знаете кто будет?
— Нет, он закрылся и не показал нам, — такие посиделки за столом мне нравятся. Я чувствую себя спокойно.
— Стесняется. Девочка, наверное.
— Мама, как у тебя со здоровьем?
— Всё хорошо, моя девочка. Пью таблетки, которые выписали. Чувствую себя отлично. Думаю даже на работу пойти какую-то лёгкую.
— Мама, нет. Я против. Тебе не нужно работать. Отдыхай, гуляй.
— А деньги я где буду брать?
— Я тебе буду помогать.
— Ты не работаешь, тем более ты беременна, когда ты сможешь выйти на работу? Мы не будем сидеть на шее у Егора.
— Всё в подрядке, об этом можете не переживать, — в разговор вмешался Егор. — Надя работает у меня.
— Кем?
— Секретаршей, — мама удивилась, да и я тоже. Но эту тему быстро закрыли.
Мы разговаривали ещё о многом. И ближе к шести часам вечера мы уехали от мамы. Я очень устала. Хочется спать, тело болит, голова тоже.
— Покажись доку, как приедем домой.
— Хорошо.
Приехали домой мы около восьми часов. Я сразу пошла к доку, потому что Егор отправил.
— Что случилось, Надежда?
— Устала просто. Но Егор сказал идти к вам.
— Ложись. Измерим температуру.
Док померил мне температуру. 37,3 нормально. Я просто переутомилась. Ничего страшного в этом нет. Егор забрал меня, помог переодеться, умыться и лечь спать.
— Спокойной ночи, милая.
— Спокойной ночи.