𝖙𝖍𝖊 𝖘𝖙𝖆𝖗𝖘 𝖆𝖑𝖑 𝖇𝖊𝖑𝖔𝖓𝖌 𝖙𝖔 𝖙𝖍𝖊 𝖌𝖔𝖉𝖘 [𝐫𝐞𝐚𝐜𝐭𝐢𝐨𝐧𝐬]

ZaremaAhmedova, Ваш заказ готов. Прошу прощения за задержку. Надеюсь понравится. 🫶🏻

Брунгильда рыскала по миру смертных как отчаянный тактик на краю пропасти. Рагнарёк был объявлен. Список чемпионов человечества был наполовину пуст, а вторая половина казалась хрупкой надеждой против титанов Олимпа и прочих пантеонов. Она искала не просто сильных — она искала невозможное. Чудо.
И чудо, как ей показалось, мелькнуло в архивах одного заброшенного монастыря в горах северной Европы. На пожелтевшей фреске XV века, изображавшей «Гнев Божий», среди содрогающихся от страха лиц был лик девушки с безумно знакомыми, дерзкими чертами и светлыми волосами. Сходство с молодым Зевсом, каким он был на древних греческих вазах, было пугающим. Легенда гласила, что фреску написал слепой монах, «видевший истинный лик гнева». Брунгильда проследила нить. Монах упоминал «дитя с глазами разного цвета, пришедшее с грозой».
Нить привела её в современный, ничем не примечательный город. И там, на оживлённой улице, Брунгильда увидела ее.
Девушка несла тяжёлые сумки с продуктами для маленького семейного магазина, смеясь над чем-то с пожилой женщиной. И в этом простом моменте жизни смертных Брунгильда узнала его. Те же скулы, тот же разрез золотого глаза. Но второй глаз был зелёным — глубоким, как тихая лесная чаща. Видимо, дар матери. Валькирия замерла, чувствуя, как в её груди разгорается не просто интерес, а безумная, всепоглощающая азартная надежда. Дочь… Дочь самого Зевса. Воспитанная среди людей. Не знающая своей крови.
Её план родился мгновенно. Не просто найти бойца. Найти живое оружие, рождённое от самого врага. Разрушителя, несущего в себе семя разрушаемого.
Брунгильда представилась благотворителем, спонсором, чем угодно. Она наблюдала. И её ожидания подтвердились. Спокойная сила, неестественная для человека скорость реакции, странные всплески энергии, когда девушка, сама того не зная, разнимала уличную драку одним взглядом того самого золотого глаза. Это была она. Скрытая жемчужина. Бомба замедленного действия.
И вот, когда чаша весов на Рагнарёке качнулась в опасную сторону, Брунхильда привела её в Вальхаллу. И открыла ей — и всем — правду. Грянул гром, которого не ждал никто.

Зевс

Старый бог, до этого момента наблюдавший с ленивым, полузакрытым взглядом, медленно выпрямился. Его сгорбленная поза исчезла, сменившись внезапной, гипнотической напряжённостью. В глазах, обычно подёрнутых дымкой безумия, вспыхнули молнии холодного, пронзительного осознания.

– Хо-хо... Хо-хо-хо... – его смех начался как глухое клокотание, а затем перерос в полновесный гром. Взгляд бога скользнул по твоей фигуре, оценивая, анализируя, ища сходство. В уголках рта заплясала искорка неподдельного, хищного интереса.

— Жила среди людей? Какая жалость... Какая восхитительная странность! — он облизал губы. — Подойди ближе. Дай отцу взглянуть на то, что выросло из его семени.

Посейдон

Владыка морей не проронил ни звука. Его ледяные, бездонные глаза, полные немого презрения ко всему живому, сузились. Сама идея, что у его брата могло быть дитя, рождённое в забвении и взращённое в грязи смертного мира, была оскорблением порядку и чистоте. Его молчание было красноречивее крика – оно говорило о глубоком, ледяном отвращении. Он даже не смотрел на тебя, взгляд был устремлён в пустоту, полный холодного осуждения в адрес Зевса и этого "неопрятного" недоразумения.

Аполлон

Солнечный бог вскинул бровь, на его идеальных чертах расцвела улыбка, полная сценического любопытства.

— О-хо! Неожиданный сюжетный поворот! — воскликнул он, будто наблюдая за захватывающим представлением. – Дитя Верховного Бога, не ведающее о своём сиянии... Какая трогательная, какая трагичная завязка! – он приложил руку к сердцу. – Не бойся, маленькая звёздочка! Даже самая заблудшая душа обретает свою истинную форму под лучами солнца! Позволь мне стать твоим проводником к божественному великолепию!

Аид

Повелитель царства мёртвых скрестил руки на груди. Его суровое, благородное лицо выражало глубокую задумчивость. Взгляд его был не осуждающим, но тяжёлым, словно он взвешивал на невидимых весах твою судьбу.

– Кровь брата в смертном сосуде, – прозвучал его низкий, бархатный голос. – Это не дар, дитя. Это ноша. Проклятие и клятва, данная тебе до твоего первого вздоха, – в его глазах мелькнула тень чего-то, похожего на понимание. – Ты шла по миру, не зная о цепи на своей шее. Теперь, когда ты её ощутила... сможешь ли ты выпрямиться?

Арес

Бог войны выпучил глаза, из которых почти выскочили зрачки.

– Ч-Ч-ЧТО?! ДОЧЬ ВЕРХОВНОГО?! И ОНА БЫЛА СРЕДИ НИХ?! – он заорал, размахивая руками, сбивая с соседнего стола кубок с нектаром. – ЭТО ЖЕ УЖАСНО! – он схватился за голову. – КАКИЕ У НЕЁ СПОСОБНОСТИ? УВИДЕЛА ЛИ ОНА БИТВЫ? ХОЧЕТ ЛИ ОНА СРАЖАТЬСЯ? МНЕ НУЖНЫ ПОДРОБНОСТИ!

P.S. Проверьте у него пульс, пожалуйста.

Тор

Великан с молотом лишь слегка наклонил голову, его единственный глаз безмятежно смотрел на происходящее. Ни тени удивления на каменном лице.

– Сильная кровь, – произнёс он глухо, голос напоминал скрежет валунов. – Сила отца... проявится. Или сломает. Всё вскоре решится.

Собственно говоря, его реакция была столь же незыблемой, как и он сам.

Локи

Бог-обманщик буквально завизжал от восторга, схватившись за живот.

– А-ха-ха-ха-ха! О, это СЛИШКОМ хорошо! – в уголках его хитрых глаз заблестели слёзы. – Папочка Зевс, такой старый развратник, что и сам забыл, где набросал своё семя! А оно взяло и выросло! В человечишке! — бог подошёл ближе, изгибаясь змейкой, его взгляд жадно впивался в твоё смятение. – Какое лицо! Какое восхитительное, потерянное личико! О, я просто ОБОЖАЮ такие сюрпризы! Это лучше любого моего проказa!

Один

Всевидящий глаз под повязкой Повелителя Севера, казалось, смотрел не на тебя, а сквозь, в сплетение нитей судьбы.

– Гм... – прорычал он, поглаживая бороду. Вороны на плечах замерли в необычной тишине. – Дитя, рождённое вне пророчества. Зерно, упавшее между мирами. Интересно... – в его голосе звучал холодный, отстранённый интерес учёного, нашедшего новый, неописанный вид насекомого. – Куда заведёт тебя эта нить, не вплетённая в гобелены Норн?

P.S. С таким отцом только в могилу.

Шива

Бог-разрушитель перестал отбивать чечётку и почесал подбородок, широко улыбаясь.

– Ну и драмка, – он рассмеялся, сияя всеми четырьмя руками. – Жил-был себе человек, а бац – ты бог! Ну, наполовину. Круто же? — его взгляд стал игривым, но в глубине зрачков мерцал боевой азарт. – Значит, в тебе есть огонь! Надеюсь, он жаркий! Потому что с такой роднёй тебе придётся либо гореть, либо сжечь кого-то, — покосился на недовольно, по старчески, фыркнувшего Зевса.

Будда

Сидевший в позе лотоса, с беззаботной ухмылкой, Будда лишь покачал головой и вздохнул, но в его глазах светилось сочувствие.

– Ой-ой-ой... Заблудшая овечка, да не простая, а золотая, – он щёлкнул языком. – Вот тебе и "познай себя". Представляю, какой бардак сейчас у тебя в голове. Эго устраивает фейерверк, да? – он лениво потянулся. – Не парься. Ты – это ты. Папаша, титулы... вся эта мишура. Смотри в сердце – там тихо и спокойно. Всё остальное – просто шум.

Вельзевул

Принц тьмы прикрыл рот длинными пальцами. Его большие глаза расширились, в них плескалась не радость, а какая-то болезненная, почти завистливая тоска.

– Неведомая дочь... Заброшенное дитя..., – прошептал он, в его голосе зазвучала знакомая нота одержимости и саморазрушения. – Какая... прекрасная боль. Родиться от самого великого, но быть отринутой... Или забытой? О, эти вибрации... Они полны такого сладкого страдания...

Он смотрел на тебя, как на новую, многообещающую форму чумы. Совет: держись подальше.

Адам

Первый человек присвистнул, почесав затылок.

– Ну надо же! – воскликнул он с искренним, почти отеческим интересом. – Так ты, выходит, моя... племянница, что ли, в каком-то далёком поколении? — мужчина улыбнулся своей открытой, солнечной улыбкой, совершенно лишённой высокомерия. – Независимо от того, кто твой отец, помни одно: твоя жизнь – ТВОЯ. Ты её прожила, ты её выстрадала. Никакая родословная этого не отнимет. Держи голову высоко, дитя. Ты уже доказала, что сильна – сама по себе.

Сасаки Кодзиро

Непобедимый ронин, до этого момента погружённый в медитацию, медленно открыл один глаз. В его взгляде не было ни шока, ни трепета — лишь острый, аналитический интерес фехтовальщика.

– Хм... – промычал он. – Интересная позиция. С одной стороны — колоссальное наследие. С другой — земной опыт, ничем не отягощённый ожиданиями, – он снова закрыл глаз. – Ты — как клинок, забытый в ножнах. Неизвестно, заржавел ли он... или, наоборот, обрёл уникальную гибкость. Покажи, на что ты способна. Не как дитя Зевса. Как сама себя воспитала.

Цинь Шихуанди

Император вскинул голову. На его прекрасном лице расцвела улыбка самодовольного открывателя.

– Фу-ха-ха! Великий я предвидел необычность этой души! – провозгласил он, грациозно подпирая щёку рукой. – Божественная кровь, взращённая в горниле человеческого бытия! Какая редкость! Какое сокровище! – его взгляд стал владетельным. – Твоё смятение прекрасно! Это родовые муки нового "я". Прими их! И стань чем-то, невиданным ни на Небесах, ни на Земле — истинно Уникальным Существом!

Люй Бу

Величайший воин лишь фыркнул, скрестив могучие руки.

– Какая разница?! – прогремел его грубый голос. – Родился ли ты в хлеву или во дворце — сила проверяется в бою! – его глаза сверкнули дикой радостью. – Если в тебе течёт кровь самого сильного — ДОКАЖИ ЭТО! Выше голову! Забудь про смятение! Возьми копьё и покажи, на что ты годна! Иначе твоё происхождение — всего лишь пустой звук!

Джек Потрошитель

Убийца в цилиндре изящно приподнял шляпу, его глаза искрились холодным, аналитическим любопытством.

– О-хо? Какая же это восхитительная... неразбериха в душе, – прошептал он. На его губах заиграла та самая, жуткая улыбка. – Вас вырастили как человека... но внутри скрывается монстр? Или вас вырастили как монстра, и вы лишь притворялись человеком? – он тихо рассмеялся. – Ваша внутренняя борьба... должна быть просто прелестна. Какое произведение искусства из противоречий!

Никола Тесла

Гений прогресса аж подпрыгнул на месте, глаза загорелись под разрядами электричества.

– О, ВЕЛИКОЛЕПНО! ФЕНОМЕНАЛЬНО! – воскликнул он, жестикулируя. – Натуральный божественный геном, подвергнутый воздействию среды смертного мира без предварительных условий! Какие переменные! Какие данные! — учёный устремился вперёд, словно желая рассмотреть тебя под микроскопом. – Мадемуазель! Ваше существование бросает вызов самой парадигме "божественного" и "человеческого"! Это революция!

Райден Тамэмон

Величайший силач Эдо вытер пот со лба полотенцем, его добродушное лицо выражало лёгкое смущение и огромное, простое сочувствие.

– Дело-то какое серьёзное, – сказал он своим низким, спокойным голосом. – Должно быть, тебе сейчас нелегко. Всё вверх дном перевернулось, – мужчина посмотрел на тебя прямым, честным взглядом. – Но знаешь что? Я ведь тоже из простых смертных. И мне довелось биться с богами. Так что неважно, кто твой отец. Важно, что у тебя внутри, — он тряхнул своими могучими плечами. – Если в груди бьётся сильное, честное сердце — всё остальное приложится.