Реакция 1
Реакция Танджиро/Обаная на то, что я говорю им: я держу пари, что вы поженитесь на Канао/Мицури.
Ты подходишь к Танджиро с хитрой ухмылкой, держа руки за спиной, как будто готовишься выдать величайшую тайну.
Т/и (нагло, с ухмылкой):
— Слышь, Танджиро… держу пари, что ты с Канао поженитесь.
Танджиро резко поворачивается к тебе. Уши моментально краснеют, глаза расширяются от удивления.
Танджиро (заикаясь):
— Ч-что?! Н-не неси ерунды! Мы просто… друзья! Ну, я… Я не думал… Это не… Она…
Он полностью сбит с толку, заливается краской, будто только что на него вылили ведро томатного сока.
Т/и (скрещивая руки и кивая, как мудрец):
— Ага, ага. Конечно. Прям видно — просто друзья. И сердце у тебя просто от жары колотится, да?
Танджиро (прикрывая лицо руками):
— Т/и, прекрати… Это вообще не твоё дело…
Т/и (вперёд, драматично):
— Я уже начала шить вам костюмы! Хочешь — у меня даже план свадьбы есть! Шинобу — ведущая, Томиока — подносит кольца, Аой — проверяет меню. Всё продумано!
Танджиро в ужасе отходит назад, ища глазами путь к бегству.
Танджиро (тихо, с отчаянием):
— Господи… спаси…
Т/и (продолжает с хитрой ухмылкой, будто вынашивает план века):
— Танджиро, ну ты чего, краснеешь-то при одном упоминании свадьбы?
(делает паузу, прищуривается)
Тебе ведь ещё с Канао спать вместе… детишек делать…
У Танджиро буквально зависает мозг. Он стоит как статуя, глаза округлены, лицо пылает. Он поднимает руку, чтобы что-то сказать… но слова просто не идут.
Танджиро (выдаёт писк, будто задыхается воздухом):
— П-Ч-Ч-ЧТОО?! Т/И!!
Он чуть ли не начинает заикаться, руками закрывает лицо, потом резко поворачивается и отворачивается, будто это поможет спастись от твоих слов.
Т/и (скрещивает руки и довольно кивает):
— Ага. Вот теперь я точно уверена, что вы идеальная парочка.
---
Ты с невинной миной подходишь к Танджиро, который только что начал успокаиваться после твоих предыдущих приколов. Он что-то чинит у крыльца и даже не замечает, как ты нависаешь у него за спиной.
Т/и (лениво, будто между прочим):
— Танджиро, как дети появятся… можно я крестной стану?
Он замирает. Руки зависают в воздухе. Медленно, очень медленно он поворачивает голову.
Танджиро (в ужасе):
— К-чьи дети?!
Т/и (широко улыбается):
— Ну как чьи. Ваши, конечно. Ты, значит, женишься, а потом бац — дети. А я такая — тётя И/и. Прикольно же!
Танджиро вскакивает, глядя на тебя с выражением человека, которого только что ударили в спину лопатой.
Танджиро (заикаясь):
— Я… Я ещё не думал ни о какой женитьбе! И уж точно не о… не о… детях!
Т/и (фальшиво сокрушённо):
— А, ну понятно. Безответственный папаша. Даже о крестной не подумал. Дети ещё не родились, а уже страдают.
Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но вместо слов вырывается лишь сдавленный стон отчаяния. Ты, конечно, торжествуешь.
Т/и (театрально, будто восклицая на публику):
— Да я буду лучшей крестной! Научусь вязать! Куплю им меч! Научусь не говорить плохие слова при детях… ну, хотя бы постараюсь.
Танджиро уже уходит. Молча. Не убегает, не спорит. Просто уходит прочь, чтобы сохранить остатки разума.
--------
Ты подходишь к Обанаю так, будто собираешься спросить что-то серьёзное, но вместо этого, сложив руки за спиной и хитро прищурившись, бросаешь:
— Слышь, Обанай… держу пари, вы с Мицури поженитесь.
Он резко замирает.
Веки чуть опускаются, зрачки сужаются. Белая змея на его шее — Кабурамару — тоже настораживается, будто уловила напряжение. Несколько секунд Обанай просто молчит… а потом медленно поворачивает голову в твою сторону. Всё так же молча. Смотрит. Очень долго. Очень… тихо.
— Кто тебе это сказал? — наконец хрипловато бросает он, взгляд острый, как лезвие.
Ты пожимаешь плечами:
— Никто. Просто вижу, как ты на неё смотришь. Да и она на тебя смотрит, как будто уже фамилию твою примеряет.
На долю секунды в его взгляде — лёгкий сбой. Щека чуть дёрнулась. Кабурамару шевельнулся и прижал голову к его плечу, будто пытаясь успокоить.
Обанай тихо фыркает и отворачивается:
— Не твоё дело, девчонка. Займись тренировками.
Ты не унимаешься, идёшь за ним, заглядывая снизу вверх:
— Ага, так и скажи, что я попала в точку. Уже кольца выбираете?
Он останавливается. Очень медленно поворачивается. Опускает голову чуть ближе, глядя на тебя из-за бинтов, глаза сверкают:
— Хочешь потерять язык?
Ты с вызывающей ухмылкой, ничуть не испугавшись:
— Только если ты его лично откусишь на свадьбе. В качестве свадебной традиции!
И уходишь вприпрыжку, гордо вскинув голову, оставляя Обаная позади в легком ступоре.
Если бы у него была возможность, он бы, возможно, покраснел.
---
Ты подкрадываешься к Обанаю с хитрой ухмылкой, на ходу озираясь, нет ли рядом Мицури. Он, как всегда, стоит в тени, прислонившись к стене, и молча наблюдает за происходящим.
Ты притворно серьёзно подходишь вплотную, скрещиваешь руки и наклоняешь голову:
— Слушай, Обанай… а когда у вас с Мицури дети появятся… можно я крестной стану?
Он даже не сразу реагирует. Только после паузы медленно поворачивает голову. Змея на его плече сразу напрягается, будто почувствовав глупость в воздухе. Обанай смотрит на тебя холодно, зло, и резко отвечает:
— Чего пристала? Ни свадьбы, ни детей не будет. Никогда.
Ты приподнимаешь бровь, но не отступаешь:
— Ну как это… А Мицури? Она ведь—
— Это тебя не касается, — перебивает он. — Лезешь куда не надо. Уйди, пока я не передумал сдерживаться.
Ты театрально отступаешь на шаг, прижимая руки к груди:
— Ну ты и врушка. У тебя на лбу написано: "я буду идеальным мужем и отцом троих". А змею в школу поведёшь?
Обанай застывает, глаза чуть щурятся. Он медленно вдыхает через зубы, явно подавляя желание сказать тебе очень много всего неприятного. Но в итоге просто процедит:
— Исчезни, пока цела.
Ты фыркаешь, довольная:
— О, значит не "нет", а "подумаем". Запомню.
И с самым невинным выражением уходишь, мурлыча себе под нос:
— «Тётя т/и». Звучит ведь неплохо.