Его девушка больна
Охае всем, товарищи. И да, те, кто пришел сюда со сборника — Haikyuu! And You, приветствую! теперь я буду писать еще реакции по бнха Помяните меня, потому что я завалюсь👌 Извиняюсь за стекло с Тамаки... Но мне нужно было это сделать. Не знаю, можно ли назвать все это, в целом, болезнями — но пусть будет.
Изуку Мидория — насморк.
Если бы не уроки в Академии, он бы давно прилетел к тебе сломя голову с целым пакетом лекарств. Хотя, он и так это сделал, когда узнал, что твое состояние не самое лучшее.Дверь в твою комнату уже ходила ходуном от стуков, когда ученики пришли с занятий. Пару раз к тебе пришла Мина, как бы проведать тебя. Затем под дверью появились фрукты, оставленные Момо, за что ты ей несказанно была благодарна. А ближе к вечеру, наконец, прилетел твой возлюбленный, почти снося дверь с петель.
— Я купил только самые лучшие лекарства! — взволнованно тараторит он, протягивая тебе пакет. Мимолетно заглядываешь внутрь и у тебя появляется ощущение, что он скупил всю аптеку — Эти лекарства должны помочь...
— Спасибо конечно, Изуку, но... — ты шмыгаешь носом, еще раз заглядывая в пакет, но уже более детально — Но не все лекарства мне пригодятся. Вот скажи — зачем мне во время простуды таблетки от похмелья, а?
— Ну, знаешь... — Деку неловко чешет шею (нихуя, у нас тут превращение в Шигараки щас будет) — Всякое в жизни бывает. А! Ты, кстати, температуру мерила?
— Угу, — киваешь головой ты, но уже знаешь, что будет, если скажешь цифры на градуснике.
— И сколько? — Мидория взволновано смотрит на тебя. Твой взгляд кажется ему немного затуманенным, что еще больше дает ему повода для волнений.
— Я знаю, ты скажешь много... — ты бубнишь, отворачиваясь. Сейчас совсем не хочется спорить с ним, а уж тем более, если он поднимет шумиху, мол, тебя нужно везти в больницу.
— Не скажу. Сколько?
— 37,1...
— СКОРУЮ, СКОРУЮ, ГДЕ ТЕЛЕФОН, ЭТО МНОГО!
Каминари Денки — ангина.
Сначала спросите у него, — умеет ли он вообще лечить и знает ли он, что такое лекарство, а затем зовите к себе с просьбой «подлечить». Ты уже успела несколько раз пожалеть о своей просьбе, когда только по одному виду Каминари поняла, что он не шарит в медикаментах от слова совсем.
— Ага, — Денки с серьезном видом крутит у себя в руке баночку с лекарствами, потирая при этом подбородок. Его ум хватало только на знание растирания водкой и прикладывание подорожником, так сказать, в типичных бабушкиных методах, но в твоем случае, такие способы не помогли. — А эти таблетки от чего?
— Инструкцию почитай, — ты хрипишь. Разговаривать, впрочем, как и сейчас вообще существовать — от роду не хотелось. Тебя ужасно клонило в сон, трясло, так еще и ужасно болело горло. К простудам ты была всегда восприимчива, а тут ангина. Денки мельком пробегается по тексту инструкции, вновь принимая максимально серьезный вид.
— Тут сказано, что детям его пить нельзя... — Каминари косится на тебя. Ты цокаешь, хочется прямо сейчас ударить его за тупость и шуточки, но сил нет.
— Просто позвони моей маме, она то хоть умеет лечить...
Кацуки Бакуго — ветрянка.
Из-за того, что в семье ты являлась единственным ребенком — тебя пронесло и в детстве ты не подхватила ветрянку. Однако, когда же ты поступила на геройский курс в UA — кто-то умудрился прийти с ветрянкой и ты сразу же подхватила это. Бакуго, естественно, как твой возлюбленный вызвался помочь. Ну, через маты и крики конечно, однако, вызвался.
— Глупая женщина, даже нормально сходить на уроки не может... — Кацуки цокает, обрабатывая тебя зеленкой почти с ног до головы. Ты в это время ужасно чешешься, елозишь по постели и раздираешь кожу едва ли не до крови. — Э, блять, не раздирай кожу! Я тебя потом еще перекисью поверх обрабатывать не буду!
— Ну оно же зудит ужасно, — ты хнычешь, как малое дитя. Бакуго вновь цокает, закатывая глаза. В душе ему конечно тебя жалко, однако, он уже заебался лечить тебя. Две недели назад ты запахала его кашлем, особенно когда он ночью приходит домой уставший и ложится спать, а тут ты начинаешь во все горло кашлять.
— Не ной, на Деку становишься похожей... — Каччан оглядывает твою, теперь уже, зеленую кожу и понимает, что теперь ты похожа на Мидорию. Ну, или на лягушку.
— Вот и уйду от тебя к нему, в таком случае, — ты отворачиваешься, дуя губы и строя из себя обиженную мадам. — Он то хоть заботится умеет!
— Да ты что? — Бакуго щурится. Ты чувствуешь, что на тебя сейчас посыплется огромное количество матов и ругани, и Каччан совсем не будет жалеть тебя.
— Да я пошутила, Кацу~ — ласково тянешь ты, но кажется, уже совсем поздно об этом говорить.
Киришима Эйджиро — грипп
Поскольку ты человек, который достаточно легко цепляет простудные инфекции, то подцепить грипп для тебя — было проще простого. А ты ведь просто сходила в торговый центр...Эйджиро, будучи на геройских курсах, не знал о твоих страданиях. И, между прочим, у него на сегодняшний вечер с тобой были большие планы, все же, вы давно не виделись.
— Милая, как же ты так? — когда же наконец Киришима узнает о твоей болезни, он будет разговаривать с тобой в маске. Во-первых, потому что он боится заболеть сам. Во-вторых, защита никогда не повредит. Ты кашляешь в ответ, словно в бочку, хрипя от боли в легких. Тебе ужасно больно смотреть на свет, поэтому ты щуришься, не шевелясь от слова совсем.
— Может, я вызову скорую? — в голосе красноволосого слышится волнение. У тебя плывет перед глазами и ты слышишь затуманенный голос Эйджиро, но все же, сипло решаешься ответить.
— Да. Я не выдержу таких мучений... Вызывай скорую.
И в этот же вечер, тебя увозят на скорой. Естественно, Киришима поехал с тобой и еще около часа бегал кругами вокруг твоей палаты, не находя себе места. Врачи даже предлагали перевести его через дорогу — там как раз находился дурдом. Но он упирался и кричал о том, что за тобой нужно ухаживать, а он тут «я главный спаситель и джентльмен».
Тодороки Шото — температура.
Единственный плюс заключался в том, то что сейчас ты буквально не отлипаешь от Тодороки. Лишь только ближе прижимаешься к той стороне, которая тебе нужна. Знобит? Да пожалуйста — огненная сторона Шото в вашем вашем распоряжении! Слишком жарко? Холодная сторона твоего парня в помощь!
— Я могу принести одеяло, если тебе холодно... — Тодороки разглядывает твое милое лицо, пока ты лежишь на одной из его сторон. Тебя ужасно трясло и знобило и единственное, что спасало от холода — так это Шото.
— Нет, не нужно. Мне уже становится лучше... — ты прикрываешь глаза, еще больше прижимаясь к юноше.Половинчатому до жути жалко тебя, поэтому он стремится помочь тебе всем, чем только сможет. Однако, ты напрочь отказываешься от помощи, аргументируя это тем, что скоро температура уже должна пойти на спад от таблетки, которую ты выпила с час так назад.
Хитоши Шинсо — бессонница.
Когда ты называла бессонницу своей болезнью, Хитоши просто не понимал прикола. Он много раз ругал тебя за то, что ты не спишь ночами, хотя был сам любителем засиживаться почти до самого утра. Однако, ты из раза в раз повторяла, что ты страдаешь бессонницей уже довольно давно.
— Вот скажи, — Шинсо вздыхает, глядя на тебя. В твои мешки под глазами, кажется, скоро можно будет складывать картошку на зиму — Бессонница лечится?
— Я не знаю, — пожимаешь плечами ты, не чувствуя в своей «болезни» повода для волнений. Обычно, Хитоши никогда не волновало твое состояние, он лишь изредка мог спросить, как ты себя чувствуешь. А тут внезапно, видите ли ему приспичило поволноваться.
— Либо мы с тобой будем лечить твою бессонницу, — он устало трет переносицу. Сам же хочет спать, уже который раз зевая, а ты не даешь ему покоя. Точнее, даешь, но не дает твое состояние
— Либо я тебя когда нибудь с балкона скину.
— Серьезно? Шинсо, не шути~ — хихикаешь, прикрываясь подушкой
— Я ведь знаю, ты не сможешь. Сжалишься надо мной, так ведь?
— Иди ты. Я все сказал.
Тамаки Амаджики — рак.
Он шесть месяцев смотрел на то, как ты мучаешься. Шесть месяцев он наблюдал, как ты сгораешь. С каждым месяцем он все больше понимал, что твоя жизнь держится на волоске. Он пытался помочь, но понимал, что все, что он может сделать — это только быть с тобой. Когда тебя забрали в больницу, он сидел возле твоей койки и держал твою руку. Он плакал, понимая, что твои дни уже сочтены.
— Мне осталось совсем не долго, Тамаки — ты грустно смотришь на него, заставляя его сердце разом упасть в пятки — И единственное, что я хочу... Чтобы ты был счастлив. Пожалуйста, не плачь, если я умру. Ты сильный, я знаю это.
И это были твои последние слова. После твоих слов, его вывели из палаты, потому что время посещения давно закончилось. А на следующий день, ему сообщили твои родители, что ты умерла. Столько слез, вероятно, не проливал никто, как Амаджики в день твоей смерти. Он корил себя за то, что не смог ничего сделать. Он проклинал твою судьбу за то, что ты умерла так рано.Но он запомнил твои слова. Он поклялся самому себе, что выполнил твою просьбу. Он поклялся, что он будет сильным. Он поклялся, что еще будет счастлив в этой жизни, но никогда не сможет забыть тебя.
— Я сильный. Я буду счастлив. Ради тебя, Т/и, — каждый день он просыпался и ложился с этими словами. Это стало его девизом. Это была его клятва. Да, он много раз накладывал на себя руки. Да, он рыдал ночами и вспоминал тебя. Да, черт возьми, он все еще любит тебя, хоть после твоей смерти прошло много времени. Но в один день, он сломается.
Его закроют в психиатрическую больницу. Там то он и решил закончить свою жизнь и наконец, быть рядом с тобой, в ином мире.
Даби — сахарный диабет.
сука, как же автор заебался со своим сахарным диабетом...
Пару раз попытался шутить про сладкое, но видя твой гневный взгляд, замолкал. Все дело в генетике. От своего дедушки, тебе по наследству передалась эта болезнь на всю жизнь. Однако, он с большим энтузиазмом изучал интернет страницы об этой болезни, читал книги и прочее. Даже сам сказал, что будет есть все то, что ешь ты! Мало углеводную пищу и не сладкую. Он так же не мог смотреть на то, как перед каждым приемом пищи ты вводила в себя новую дозу инсулина. А когда же ты начинала страдать от высокого или низкого сахара в крови — для вас двоих это было буквальным испытанием. Ты буквально умирала, а он умирал от осознавания того, насколько тебе сейчас хуево.
— Детка, как ты? — после очередного низкого скачка сахара, спрашивает он. Ты смотришь на свои руки, чувствуя слабость.
— Меня все еще немного трясет. Но уже не так сильно — он кивает, присаживаясь рядом. Пугаешь ты его знатно, хоть он и не показывает этого.
— Все, больше никаких тебе булочек. Укололась на «авось, повезет». А сама вон теперь, гипуешь... — он вздыхает, фыркая. Ты слегка улыбаешься, когда видишь его взволнованное лицо и проявляемую заботу, пусть даже на словах.
Шигараки Томура — рото-вирусная инфекция
Он был в большом бешенстве, узнавая о том, что ты отправилась на задание больной. Еще с утра тебя тошнило и штормило, как корабль в открытом море, но когда у тебя спрашивали, что с тобой, ты отнекивалась и говорила, что просто ты не выспалась. Он сам пошел тебя искать, ибо посылать своих подчиненных — была не самая лучшая идея. Да и не было гарантии, что они вообще тебя найдут.Ты, к слову, так и не дошла до задания. На пол пути тебе стало слишком плохо и ты больше не могла идти, кроме как сесть на голую землю. Голова раскалывалась, тошнота подкалывала с каждым разом все сильнее.
— Никаких тебе больше заданий — над головой послышался грубый голос Томуры и ты подняв глаза, повстречалась с его яростным и гневным взглядом. Он приказным тоном сказал тебе подняться, на что ты лишь отрицательно покачала головой.
— Я не могу идти. Меня тошнит очень сильно... — и вновь ты почувствовала накатывающий приступ тошноты.Цокнув, мужчина подхватил тебя на руки.
Естественно, не обошлось и без остановок, ибо очистить желудок, в котором почти ничего не осталось, было нужно. По приходу домой, тебя ждала целая лекция ругательств и матов о том, что если ты еще раз так сделаешь — он тебя спасать не будет. И вот приходи домой как хочешь!Хотя, на самом деле, он ужасно волнуется за тебя. Да, пусть он и не показывает свои чувства, но факт того, что он заботится о тебе — уже заставляет твое сердце трепетать, а бабочкам в животе восторженно запорхать от счастья.