Часть 40
— Мам, почему он продолжает приходить и будить нас? Прогони его, — девочка в постели сонно ворочается, бормоча первое, что в голову приходит, а Мика глаза раскрывает, а потом в постели поднимается, на Харучие взгляд переведя и как-то нервно посмеявшись.
— Разве так можно говорить? — тихо она дочери говорит, — так некрасиво.
— Врать тоже некрасиво, когда ты ему уже скажешь? — девочка сама в постели садится и на мать смотрит.
— Мы это уже обсуждали...
— А это уже интересно, — на лице Харучиё появляется привычная ухмылка. Парень к койке девочки подходит и на корточки садится, смотря на неё.
— Что она такого должна мне рассказать? — хитро взгляд переводит на любимую, голову запрокидывая назад, и глаза чуть сужает.
— Как что, что ты...- девочка на мать взгляд переводит, а та руками машет отрицательно, чтоб молчала только.
— Вдруг ты разозлишься на маму, если я скажу? Решено, не буду говорить, — она ручки складывает на груди и головушку отворачивает в манере Мику, — она сама скажет. Она обещала. А мама всегда обещания держит.
— Зайка, а можешь выйти? Там, кажется, детской комнате мультики включили уже. А я с мамой поговорю, это не долго, — Санзу уже к девочке обращается. Когда та кивнула и вышла, мужчина поднимается и к койке, где сидит Мику. Он на неё забирается и на спину девушку аккуратно заваливает, прижимая её кисти рук к постели.
— Я, конечно, идиот, но не на столько. Она почти точная копия меня, ещё и имя сестры моей дала. — Он склонился над её ушком шепча всё это, нарочно задевая то губами.
— Это ничего не меняет, — она голову на бок отворачивает, говорит тихо, будто боится спугнуть. Хотела она сказать, честно, потом засомневалась. А по прошествии времени просто забила на это. Если бы не необходимость в деньгах, то она никогда бы к нему не пришла.
— Я сказала ей, потому что она имеет право знать, но все будет идти так, как идет... Когда поправится — мы просто уедем. Потом делай, что хочешь. Встречайся с моделями, пичкай себя дурью и чем ты там еще занимаешься...
— Думаешь я тебе это позволю сделать?
Он приподнимается и между её ножек устраивается, пахом упираясь в лоно, через столь на данный момент ненавистную одежду, что как считал Харучиë была лишней. Руку ей на затылок кладёт и к себе её притягивает в губы целуя. Первые два раза кратко, а после углубляет поцелуй. Вторая же рука легла на талию под больничную футболку чуть сжимая ту.
Она ему поддаётся, на поцелуй отвечает, а потом отталкивает от себя.
— Придётся заставить меня силой. Потому что я добровольно не поведу её в то место. Она никогда не будет связана с токийской свастикой, даже если мне придётся отказаться от тебя...
— Может мне тогда просто исчезнуть? — тихо, почти шёпотом произносит он, давая понять в каком контексте говорит.
Забираясь под одеяло, он с той снимает одежду и убирает куда-то в сторону.
И вот его пальчики касаются лона медленно входя в него.
— Замучаю, пока не согласишься, у тебя нет выбора... — слышится его голос из-под одеяла, а его язычок также медленно, особой нежностью, ласкает горошину, еле губами касаясь, оставляя невесомые поцелуи на той.
— Сенджу может вернуться... Что ты делаешь? — она пытается его остановить, но слишком поздно. Вот первый стон срывается с её уст, — Давай просто поговорим нормально, это не честно...
Девушка под одеяло с головой забирается, притягивает его на уровень своего лица, заставляя смотреть на неё, — Я не хочу, чтобы ты уходил... Но с тобой мы всегда будем в опасности... Я не хочу... Не хочу однажды проснуться в холодной постели узнав, что тебя где-то убили.
Он её к койке своим телом прижимает, а рукой, вернее пальчиками по лону водит, а после и входит двумя, лаская то.
— Ты могла тогда не уходить... всё это время... нужно было просто попросить... — томно выдыхая, произносит он. Под одеялом какое-то вошканье, а после в девушку входит и член парня. С максимальной нежностью он сделал это, лишь бы ей не причинить дискомфорта. Начал двигаться, а его губы коснулись шейки, оставляя невесомый поцелуй.
— С тобой невозможно разговаривать... — Она дышит тяжело, постанывает под ним, сама приподнимается, позволяя члену двигаться туда- сюда... Как же давно у неё не было никого. Если подумать, кроме него и не было. То некогда, то не хотелось, и все как-то не к спеху.
— Перенял привычку от любимого человека... Уходить от ответа... — шепчет он в ответ, целуя её и двигается уже быстрее, хоть и хотел насладиться ей сполна. Однако не здесь и не сейчас.
— Акаши... Я люблю тебя... — прошептала девушка, прикрыв глаза.
В один из толчков он выходит из нее и, возвращая одежду на свои места, с кровати встаёт, хитро смотря.
— А остальное получишь, как подумаешь над своим поведением
Она только во вкус входит как все тут же заканчивается. Девушка смотрит на него с недопониманием.
— Ты просто козёл, — Мика в него подушку кидает, а потом сама с постели поднимается.
— Я тоже тебя люблю! — посмеявшись, произносит он.