21
Когда Ная защищает Кейна перед своей подругой:
— «Ты изменилась, Ная. И не в лучшую сторону,» — голос Лики был сухой, почти обвиняющий. — «Раньше ты мечтала о карьере, о свободе, ты ценила себя. А теперь... живёшь в тени какого-то молчаливого, вечно угрюмого парня, который исчезает неделями. Тебе это нужно?»
Ная смотрела на чашку с чаем. Молча.
Потом подняла глаза. Спокойно.
— «Он не угрюмый. Он просто не кричит о себе, как остальные. Но когда он рядом — тишина становится домом. Понимаешь?»
— «Ты же сама говорила, он срывается, ревнует, держит всё в себе. Это нездорово.»
— «Да, он срывается. Потому что не научен по-другому. Его не учили, что можно просить помощи, не унижаясь. Его учили драться за каждый кусок воздуха. А теперь он учится — быть рядом. Со мной.»
Лика фыркнула.
— «А ты его психотерапевт?»
— «Нет. Я не лечу его. Я просто... люблю. Это звучит наивно, да. Но если бы ты видела, как он смотрит, когда думает, что я не вижу. Как будто боится потерять меня больше, чем себя. Я не могу от этого уйти.»
— «Ты думаешь, он изменится ради тебя?»
— «Нет. Я думаю, он уже меняется. А ты бы это увидела, если бы не смотрела на него, как на диагноз.»
Молчание. Тяжёлое, как вечерняя туча.
— «Я просто боюсь за тебя,» — тихо сказала Лика.
— «А я — за него. Но я не ухожу. Потому что я верю в то, что он может быть счастлив. Пусть даже впервые в жизни. Со мной.»
Он вышел из магазина чуть раньше времени. Ная сказала, что зайдёт к подруге "на пару минут", и он просто хотел встретить её — без слов, без повода, просто постоять рядом. Пока искал взглядом её силуэт, случайно услышал голоса за полуоткрытым окном.
Узнал её голос сразу.
И замер, как отрезанный от мира.
«Я не лечу его. Я просто... люблю.»
«А ты бы это увидела, если бы не смотрела на него, как на диагноз.»
Слова задели его, как ножом. Не больно — глубоко. В самую суть того, чего он не мог назвать.
Он не стал ждать. Не смог.
Развернулся и ушёл — не домой, а в их любимое место, в старый гараж за городом, где стояли раскрашенные ящики, мягкий свет и её плед, пахнущий ею.
Через час она пришла туда сама. С тревогой, но без упрёков.
Он сидел на полу, прислонившись к стене. Взгляд — в себя.
— «Ты была права,» — сказал он, не поднимая глаз. — «Я не умею быть любимым. Когда ты рядом — я чувствую, будто должен заслуживать. А когда ты уходишь, думаю, что всё испортил.»
Она медленно подошла, села рядом, взяла его ладонь.
— «Ты не обязан быть идеальным. Просто будь.»
Он покачал головой. Глухо:
— «Я боюсь, что ты устанешь. Ты слишком тёплая, чтобы греть мёртвое.»
— «Ты не мёртвый, Кейн. Ты просто много раз замерзал. А я умею ждать, пока растает лёд.»
Он посмотрел на неё — впервые открыто, не защищаясь.
— «Я слышал, как ты говорила обо мне. Лике. Ты даже не знала, что я рядом... И всё равно стояла за меня. Почему?»
— «Потому что ты стоишь того. Даже если сам пока не веришь.»
Он обнял её резко, с почти детской силой, прижав к себе.
— «Не отпускай. Пока я не научусь держать тебя сам.»
Она кивнула, уткнувшись в его шею.
Там, в темноте гаража, среди тишины и пыльных банок, они были ближе, чем в любом доме. Потому что наконец — были настоящими.