[ Day １ ] ❖ [Imagine ３] // Strange fillings (Shinso Hitoshi)
🌌Представьте, что Шинсо - парень из параллельного класса и по совместительству Ваш возлюбленный - неожиданно начинает проявлять к Вам интерес.
A/n: *глубокий вдох* Как и обещала, я подготовила на день Всех влюбленных ивент, суть которого заключается в том, что каждый день в течении недели я буду публиковать по одному имейджину (может для вас это покажется недостаточным, но для меня это огромная работа). Это было сложно, но я выжила! "Неделя ежедневных публикаций" *всхлипывает* объявляется открытой! С праздником всех (хоть и неофициальным)! Сегодня публикую главы за два дня, потому что завтра не получится.
Шинсо какой-то слишком гиперактивный здесь, а имейджин вообще больше похож на крэкфик.
Yorushika & n-buna - Itte
××××××××××
Ты устало помахала тетрадью перед своим лицом, пытаясь хоть как-то охладить его, но это было бесполезно. Последние три недели было невыносимо жарко, несмотря на то, что это было только начало мая, а здесь — в библиотеке, расположенной на первом этаже, — и вовсе невозможно думать. На верхних этажах, где потоки воздуха сильнее, чем снизу, хотя бы помогали открытые окна.
— Дописываю доклад и ухожу, — сказала ты самой себе, вновь используя тетрадь как вентилятор.
Почему эту энциклопедию нельзя взять с собой? Неужели библиотека дорожит такими старыми книгами и отказывается выдавать их на дом? Все эти вопросы вытесняли остальные мысли, и ты пару раз ловила себя на том, что бездумно смотришь на лист бумаги, лежащий перед тобой.
— Хорошо... — проборматала ты себе под нос, вертя в пальцах карандаш и кладя книгу на колени, чтобы было удобнее. — Император Муцухито... Революция Мэйдзи... Реформы... Публикация конституции... 1889...
Честно, ты не понимала, зачем в геройской академии нужна история. А ещё литература, английский язык, физика, биология и прочее. Как никак все, кто поступил на геройский курс желают стать героями, а не учеными, разве нет? И чёрт возьми, почему ты опять смотришь на текст и думаешь совсем ни о том, о чем нужно?
Ты встряхнула головой, отгоняя мысли прочь и пытаясь сосредоточиться на задании. Все-таки, сейчас важнее реформы во времена императора Муцухито. Глаза быстро бежали по странице, а карандаш выделял нужную информацию. Главное не забыть стереть, иначе местная библиотекарша больше никогда не впустит тебя сюда.
Здесь было так тихо и пусто. Слышно, как на улице жужжат цикады, как библиотекарь листает каталоги и записывает что-то в карточки.
— И это тоже нужно... — все ещё бормотала ты, делая пометки в книге.
— Отметь ещё итоги и значение, он может спросить. — прошептал чей-то голос совсем рядом с твоим ухом.
Тебе пришлось прикрыть рот рукой, чтобы не вскрикнуть, однако сдержать дрожь ты все-таки не смогла. Рядом с тобой послышался чей-то приглушёный смех. Ты держалась за сердце, закрыв глаза и думая о том, что смеяться этому человеку осталось немного. Стул рядом с тобой скрипнул, когда тот, кто решил так над тобой подшутить, сел на него. Ты наконец распахнула глаза, резко повернув голову в сторону и нахмурившись.
— Ты надо мной издеваешься? — гневно, но все же тихо, чтобы не вызвать недовольство у библиотекаря, произнесла ты, тяжело дыша и смотря прямо в глаза Шинсо, который развалился на стуле и как бы от нечего делать листал твои тетради. — У меня сердце в пятки ушло!
— Неужели на геройский курс берут таких трусливых людей, как ты, (Т/и)-чан? — все ещё лениво полистывая твою тетрадь по истории, сказал парень. — Боюсь представить, что случится с миром, если через пару десятков лет на смену Всемогущему придёт ваш класс.
Ты не нашла чем возразить, и, сразу после того, как кинула на него еще один злобный взгляд, вырвала собственную тетрадь из его рук. Хитоши словно не обратил на это никакого внимания и лишь взял в руки твой учебник.
Ты хотела забрать и его, но парень вдруг боком придвинулся к тебе (так, что ножки стула издали противный звук, с трудом проскользив по полу), открывая учебник там, где у тебя лежала закладка.
— Смотри, напиши все, что выделила в книге, а потом добавь высказывания из учебника, — палец Шинсо бегло проходит по строкам, указывая нужные цитаты. — Это, это и это. И что-нибудь от себя. Знаешь, "лично я считаю, что данные реформы способноствовали тому и тому, заложили основу этого и того, и так далее".
— Спасибо... — нерешительно поблагодарила ты, беря учебник из рук парня, чтобы подчеркнуть все то, о чем говорил Шинсо. — Но с чего это ты вдруг говоришь мне о том, как лучше написать доклад?
— Ну знаешь, хоть вы и отстаете от нас на пару параграфов, история у вас перед нами, и после вашего класса учитель отыгрывается на нас, — он снова откинулся на спинку, все еще сидя рядом с тобой. И хоть расстояние не было достаточно близким, чтобы вы могли соприкоснуться, его левая нога закинута на другую так, что его колено слабо упирается в твое бедро. До какого-то момента ты не замечала этого, но как только осознание того, что его нога касается твоей, пришло в твою голову, щеки невольно загорели. Ты пыталась не подавать виду, смотря в учебник, но была уверена в том, что Шинсо точно слышит, как сильно сейчас бьется твое сердце. — Завтра у вас история. И у нас тоже. А в нашем классе один очень хороший человек написал доклад о революции Мэйдзи именно по такой схеме, и учителю очень понравилось. Может, если ты сделаешь также, он отменит тест, о котором говорил на том уроке. У тебя хорошая оценка, а у нас хорошое настроение на весь день. Взаимопомощь.
Последнее слово Хитоши произнес тоном церковного священника, говорящего о помощи другим, так еще и приложив правую ладонь к сердцу, отчего ты негромко хихикнула. Отметив для себя, что Шинсо ведет себя как-то открыто и даже немного весело, ты решила не прерывать разговор, тем более что сама была не против этого.
— Дай-ка угадаю: этот хороший человек, о котором ты говоришь, — это ты.
— С каждым днем все больше и больше поражаюсь твоим дедуктивным способностям, — с ложным восхищением в голосе ответил он, переведя свой взгляд на тебя. — Может еще и угадаешь причину, по которой я сюда пришел?
— Эм... Тоже делать домашку?.. — все с той же неуверенностью в голосе произнесла ты. Колено, тепло которого ты чувствовала на своей ноге, не давало тебе покоя.
— Эх, а я уж решил, что ты более сообразительная, но ошибся.
Ты оторвалась от тетради, поднимая непонимающий взгляд на парня. Выражение его лица было таким же, как обычно, разве что более бодрым и чуть коммуникабельнее. Он смотрел на тебя пару секунд, подперев голову рукой, прежде чем разочарованно покачать головой, чуть прикрыв усталые глаза. Ты искренне не видела других причин, по которым он мог прийти сюда. Был конечно вариант, что его сюда привела огромная и несдерживаемая любовь к тебе, но тогда это было бы похоже на дешевый роман для женщин почтенного возраста, и поэтому ты сразу же (хоть и с сожалением) его отбросила.
Шинсо же снова резко двинулся вперед, отчего твои глаза невольно расширились. "Слишком близко!" — пронеслось у тебя в голове, когда в щеки вновь прилила кровь. Еще чуть-чуть, и нос Хитоши бы ткнул твой собственный.
— Я пришел, — голос парня понизился до шепота и стал еще медленнее, чем обычно. При всем этом он звучал томно и горячо, а учитывая то, что рядом никого нет, а он находится так близко к тебе, для тебя это усилилось в десятки раз, — Потому что Айзава уже около получаса ждет, когда ты придешь пересдавать зачет, и он попросил меня позвать тебя, иначе не станет исправлять твою оценку.
От неожиданности ты глотнула большое количество воздуха, из-за чего начала кашлять и поспешно скидывать свои вещи в сумку. На лице Хитоши растянулась самодовольная улыбка, как у кота, наевшегося сметаны. Он снова отпрянул назад, вновь подперев голову рукой и смотря на то, как ты спотыкаешься на одном месте, бросая книги в рюкзак.
— Твою ж мать, Шинсо! — наконец откашлявшись, воскликнула ты. — Ты здесь уже десять минут сидишь, не мог раньше сказать?
Ты вся раскраснелась, — не то от смущения, не то от злости, — а в мыслях было лишь то, что не видать тебе хорошей оценки. И как можно было забыть о пересдаче!
— Ну сама подумай — если бы я сказал тебе об этом с самого начала, увидел бы я это невероятное выражение на твоем лице? Оно ведь бесценно, — спокойно объяснил парень, но ты уже не слушала — закинула рюкзак на плечи и выбежала в коридор, двигаясь по направлению к нужному кабинету.
Шинсо догнал тебя уже возле дверей класса 1-А, в который ты пыталась войти, но ничего не выходило — двери были заперты, а Шота, должно быть, не дождался и ушел. От негодования ты ударила дверь лбом, после чего печально заскулила. Парень все это время стоял сзади, вновь придав лицу свое обычное выражение, пока ты наконец не повернулась к нему лицом, поджав губы от разочарования и едва не плача. Ты прислонилась спиной к двери, после чего подняла глаза на него.
— ...
— Ушел. Как грустно.
Твои брови чуть приподнялись, а глаза устремились на парня. Чувство досады сменилось недопониманием. Голос Хитоши звучал не холодно, как это было обычно, и не сопереживающе, что было бы уместно в этой ситуации. Он звучал нарочито-сочувственно, словно он издевался.
— Ты смеешься надо мной?
— Да, — сразу же ответил он. — Потому что Айзава, перед тем как уйти, сказал мне, чтобы ты не приходила сегодня. Он перенес пересдачу.
Уже второй раз за эти пять минут ты подавилась воздухом. Шинсо выглядел так, будто не сказал ничего такого, а ты была готова убить его прямо здесь и сейчас. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, смотря на тебя из-под полуопущенных век, а тебя била крупная дрожь. Ты уже хотела сказать ему о том, что он урод, но парень опередил тебя:
— Ты не говори ничего, лучше подожди пару секунд. До твоего мозга дойдет нервный импульс, а вместе с ним и осознание того, что ты можешь исправить плохую оценку, и начнет выделяться гормон счастья, — торопливо проговорил он, делая несколько шагов назад. — Поверь, если начнешь сейчас кричать, не ощутишь полного эффекта от чувства радости.
Как только с его губ слетело последнее слово, Шинсо рванул с места, убегая от тебя в сторону выхода из школы. Ты бросилась вслед за ним, невзирая на то, что на плечах болтался тяжелый рюкзак, а дыхание еще не восстановилось после того, как ты бежала до класса Айзавы.
— Нет уж, полный эффект от чувства радости я ощущу именно после того, как наору на тебя так, что голос пропадет! — крикнула ты ему вдогонку.
Догнать Хитоши получилось лишь на выходе из школы. Ты вся запыхалась, стоя рядом с ним и уперевшись руками в собственные колени, парень же лишь стал тяжелее дышать.
— Что ты там говорила про радость, я не расслышал? — взъерошив и без того торчащие во все стороны волосы, спросил он, словно пытаясь снова задеть тебя.
— Иди к черту... Хитоши... — вымучено ответила ты, все еще стоя в полусогнутом положении, не в силах распрямиться.
— Как я и говорил, если такие, как вы, станете героями, миру придет конец.
— Знаешь, ты намного привлекательнее, когда молчишь, — ты наконец выпрямилась, но все еще не могла унять боль в легких и горле. Несмотря на это, ты слабо улыбалась.
На какое-то время воцарилось молчание. Вы стояли друг напротив друга, пытаясь привести дыхание в порядок.
— Привлекательнее, да? — вдруг сказал Шинсо, словно все это время думал о твоих словах. — То есть так ты думаешь?
— З-забудь, — отводя взгляд в сторону, пробурчала ты.
Краем глаза ты заметила, как Шинсо всего за один шаг преодолел расстояние между вами, становясь вплотную к тебе. Тогда ты нерешительно подняла на него глаза, от смущения прикусив губу и неловко вертя запястьями.
— Знаешь, помимо твоей проницательности, мне очень нравится в тебе твое неумение думать, прежде чем говорить, — вновь понизив голос до того тона, который буквально десять минут назад посылал по твоей спине дрожь, произнес парень, — А еще твоя...
Он не договорил. Словно оттягивал последнее слово до самого напряженного момента, чтобы произвести большее впечатление. И если это было так, то у него получилось. Его глаза были прикрыты еще больше, чем обычно, а губы чуть открыты. Ты чувствовала его уже спокойное дыхание на своих губах. Твои веки невольно опустились, а тело будто напряглось до предела и расслабилось одновременно. Ты ждала, когда то, чего ты хотела уже очень долгое время произойдет, но ожидание казалось вечным. Вдруг до тебя дошло, что ты и вправду слишком долго ждешь. Именно в этот момент что-то щелкнуло тебя по носу, отчего ты зажмурилась и чуть не пискнула.
— ...забывчивость. Как ты могла оставить свой доклад по истории после всего того, о чем я тебе рассказал? — как ни в чем ни бывало произнес Шинсо, помахивая перед твоим лицом бумагой, на которой ты уже написала вступление и несколько абзацев.
Ты выхватила его из рук парня, после чего спряталась за ним так, что были видны только глаза. Но и это не помогло скрыть твое смущение — наоборот, белая бумага резко контрастировала с твоим покрасневшие лицом, скорее обращая на это внимание, чем скрывая. Ты стояла на месте, переминаясь с ноги на ногу и горя от стыда, а тем временем Хитоши развернулся, направляясь к главным воротам.
— Что ж, если нужно будет напомнить о пересдаче или вернуть доклад — звони, — не оборачиваясь, парень сложил ладонь в виде телефонной трубки и повертел ею возле своей головы. — До скорого.
Ты не двигалась с места до тех пор, пока он не скрылся за поворотом, все еще прикрывшись своим докладом. Осозновая, что тебя жестко обманули, ты смотрела себе под ноги, готовая расплакаться. В твоей голове эхом отразились его последние слова: "Звони..." Так издеваться мог только он! У тебя ведь даже номера его не было!
Ты печально опустила руки, а вместе с ним и свой доклад. Бездумно вглядываясь в него, ты глазами пробежались по строчкам, написанным твоей собственной рукой. Вдруг твой взгляд остановился на краю листа. Твое внимание привлекла надпись, выведенная в уголке карандашом. Это был не твой почерк, да и ты точно запомнила бы то, как писала это. Пока взгляд бегал по странице, сердце радостно отбивало удар за ударом.
— Позвони, если захочешь пообщаться... Шинсо... — тихо проговорила ты, после чего взглянула на номер телефона, написанный чуть ниже, тем же самым почерком.