•||прогулка под дождём''2||•
Рин Итоши
Он почти сказал «нет».
Дождь, лужи, холод, промокшие кроссовки — зачем?
Но она смотрела на него так, будто это был не просто каприз.
Он не понимал, как она это делает. Как умеет вытаскивать его из замкнутого круга.
Поэтому — он пошёл. Молча, с капюшоном на голове, стараясь не смотреть, как она смеётся, не слышать, как плещется в лужах.
Но в итоге — всё равно засмотрелся.
Какая же она настоящая. Тёплая. Не как все.
Когда дождь усилился, она схватила его за руку. И он сжал её пальцы. Без слов. Потому что иначе бы не смог — горло бы сжало.
Они пришли домой насквозь мокрые. Он сразу хотел дать ей полотенце, что-то сухое, сказать:
“Сядь. Отогрейся.”
Но свет погас.
Щелчок.
И темнота.
Он затаил дыхание.
Не потому что боялся. А потому что не знал, как себя вести рядом с ней — особенно так близко.
Он шагнул в её сторону, прислушиваясь. Нашёл её плечи в темноте.
— «Ты в порядке?» — тихо. Почти шёпотом.
И в ответ — она коснулась его груди лбом, немного дрожала. Не от страха. От сырости. Но внутри него всё перекрутилось.
Он обнял её. Медленно. Неловко. Но крепко. И не отпускал.
Он хотел, чтобы она чувствовала — что рядом. Что он — щит.
И сам, впервые за долгое время, почувствовал тепло.
Ничего не нужно. Только она.
Они так и остались стоять в темноте. Мокрые, уставшие, сбивчиво дышащие.
†
Рюсэй Шидоу
Когда она предложила выйти на улицу под ливень, он расхохотался.
— Ты серьёзно?
Но в её глазах было что-то такое… не поддающееся отказу.
— Да ну нафиг, это же весело.
И вот уже через пять минут он бежал за ней по мокрому асфальту, заливаясь диким, искренним смехом.
Он не боялся воды — он вообще ничего не боялся.
А с ней — чувствовал, как будто снова живёт по-настоящему.
Т/и плескалась в лужах, а он — наблюдал, впитывал, и думал:
“Вот бы замедлить это…”
Они вернулись домой, насквозь промокшие. Он хотел было подойти к ней, схватить за талию и раскрутить, но — внезапно погас свет.
Всё. Тишина.
И темнота.
Он замер на секунду, а потом хищно, но с игривой ухмылкой пробормотал:
— Ну ты глянь… как в романтическом триллере, да?
Он пошёл на звук её дыхания и нашёл её.
— Попалась… — прошептал он ей в ухо, резко, но не грубо обняв. Она вздрогнула, и он понял — не до конца смеётся. Может, ей правда страшно.
И тогда что-то щёлкнуло. Он прижал её крепче, плечом к себе.
Он не привык к такой близости, но рядом с ней не хотелось шутить.
Просто чувствовать.
Он повёл её в сторону дивана, на ощупь нашёл плед, накинул на них. Они сели, и он, удивительно молча, держал её за руки. Пальцы сплелись сами собой.
Он чувствовал её дыхание — близко.
Он бы мог пошутить, съязвить, укуситт — но не сейчас.
Сейчас — просто быть рядом.
†
Эйта Отоя
— Ну, ты и сумасшедшая... — с усмешкой сказал он, натягивая на голову капюшон.
Он и не думал отказываться. Как будто сам дождь был поводом побыть с ней чуть ближе.
Она тащила его за руку, смеялась, когда он плескался в лужах рядом. И это было заразительно — он тоже смеялся. По-настоящему.
Он обожал видеть её живой. Настоящей. Такой, от которой сердце срывается в пике.
Когда они вернулись домой — оба насквозь мокрые, с залипшими волосами, — он хотел предложить ей полотенце, чай, сухую одежду, но гаснет свет.
И всё.
Тишина.
И только её дыхание рядом.
Он остановился. Его лицо — рядом с её. В темноте ощущение было почти опасно интимным.
Он понял, что сердце стучит слишком быстро. Она где-то в двух шагах, и он чувствует каждый её вздох.
Шутка вертелась на языке, но не вышла. Слишком близко.
Он сделал шаг — просто чтобы убедиться, что с ней всё нормально.
Она вздрогнула. И он автоматически притянул её к себе, одной рукой касаясь талии.
Никакой пошлости.
— Тебе страшно? — прошептал он.
Она не ответила — только прижалась ближе.
И Эйта замер.
Он обнял крепче. Запах дождя, её дыхание, её пальцы, цепляющиеся за его кофту.
Он никогда не думал, что будет молчать в такой момент. Но не хотел разрушать атмосферу. Не хотел отпускать.
А потом, слегка коснувшись губами её лба, он усмехнулся и прошептал — Если ты хотела простт прижаться — могла просто сказать. Я всегда за.
†
Саэ Итоши
Он фыркнул.
— Ты не в своём уме. — сказал спокойно, когда она предложила выйти в ливень.
Но глаза у неё горели.
Он не любил бессмысленные вещи. Но почему тогда пошёл?
Потому что она была исключением из всех его правил.
Он не спешил. Шёл рядом, руки в карманах, будто бы равнодушен. Но каждый её смех — удар по его броне.
Он смотрел, как капли скатываются по её щекам.
И чувствовал, как что-то внутри него становится… мягким. Непозволительно мягким.
Они вернулись домой — насквозь мокрые. Он собирался предложить ей переодеться, но — свет погас.
Он замер.
Саэ не боялся темноты, он привык быть один. Но не тогда, когда рядом была она.
Она стояла близко. Он почти чувствовал её тепло.
И в груди — что-то странное. Глухое. Живое.
Он подошёл, неуверенно, будто боялся потревожить.
— Ты в порядке? — голос ровный, но чуть тише обычного.
Она ответила лишь касанием — пальцы нашарили его запястье. И всё.
Он замер. А потом — обнял. Осторожно, но крепко. Прижал к себе, спрятав в объятиях.
Он не спрашивал, нужно ли ей это. Он просто хотел быть рядом.
И впервые — не отпускать.
†
Михаэль Кайзер
— Ты знаешь, что я выгляжу слишком шикарно, чтобы мокнуть под этим убожеством? — фыркнул он, когда она предложила выйти под дождь.
Но, чёрт возьми, как она смотрела. Как будто знала, что он всё равно согласится.
—Проклятье... если продолжишь так смотреть…
Он пошёл. Без зонта. С гордо задранной головой. Потому что с ней — всё становится игрой.
Но когда она засмеялась, вбегая в лужу, а потом обернулась к нему с распущенными, мокрыми волосами и счастливыми глазами,
Кайзер впервые поймал себя на мысли, что этот дождь — самое красивое, что он видел. После неё.
Когда они вернулись домой, он только начал расстёгивать куртку, как — бах — свет погас.
— Отлично. Теперь я — мокрый и слепой... — пробормотал с ухмылкой, но уже тише.
Потому что она была рядом. И молчала.
Он обернулся на звук её шагов, и… вдруг почувствовал, как её руки сомкнулись на его рубашке.
Она прижалась ближе. Без слов.
И впервые — он не захотел ничего говорить.
Он обнял её, обхватывая за плечи, а подбородком чуть касаясь макушки.
Никаких шоу. Никакого эго. Только дыхание. Только она.
Он чувствовал, как она дрожит — то ли от холода, то ли от переживаний.
Он никогда не позволял себе быть тихим… но рядом с ней — это стало самым естественным.
— Шшш… Я здесь. — выдохнул он тихо, почти невесомо, проводя рукой по её спине.
И, опуская губы к её виску, добавил уже совсем мягко:
— Если мир вдруг снова погаснет — я стану светом. Только для тебя.
†
Джимпачи Эго
Он сначала не хотел.
— Ты можешь заболеть. Это иррационально. И бессмысленно. — холодно произнёс он, когда она в куртке стояла у двери и звала его выйти под ливень.
Она только улыбнулась.
И он, сам не понимая почему, надел капюшон.
Они шли. Она говорила, смеялась, прыгала в лужах.
А он молчал. Но его глаза — не могли оторваться от неё.
Это было глупо. Это не приносило результата.
Но впервые за долгое время он чувствовал… покой.
Когда они вернулись домой, он собирался насухо вытереть очки, убрать мокрые волосы, переключиться на дела.
Но — погас свет.
Он выдохнул.
— Потрясающе. Ещё и электричество... — но он не успел договорить.
Потому что она стояла рядом. И молчала.
Он обернулся. Темно.
Он не видел её, но чувствовал.
И эта близость — не физическая, а эмоциональная — сбила его с привычного темпа.
Она тронула его руку.
Он остался стоять. Не отдёрнул.
Она чуть ближе прижалась — неуверенно, не навязчиво.
И он вдруг понял: в этой темноте ему впервые не страшно.
Потому что рядом — она.
Он обнял неловко.
Как будто учился.
Он не знал, как быть нежным, но знал, что хочет быть рядом.
— Глупо… — шепчет он почти в волосы ей.
А потом, чуть крепче сжимая:
— Но, видимо, с тобой я могу позволить себе быть неразумным.
