Чонгук
Искупление: Один на один с Чонгуком
Весь вечер на благотворительном приёме ты играла с огнём. Твоё платье с открытой спиной притягивало взгляды всех мужчин в радиусе десяти метров, и Чонгук видел каждый из них. Он не подходил к тебе, не заговаривал, лишь изредка бросал на тебя тяжёлый, свинцовый взгляд поверх бокала с виски. Но ты знала: за этим спокойствием скрывается буря.
Как только дверь вашей квартиры захлопнулась, тишина стала оглушительной. Ты даже не успела включить свет, как сильные руки Чонгука обхватили твою талию, рывком разворачивая тебя к себе. Он вжал тебя в холодную поверхность входной двери так сильно, что ты невольно выдохнула его имя.
— «Ты ведь знала, что я не оставлю это просто так, правда?» — его голос звучал пугающе низко, вибрируя прямо у твоего уха.
Чонгук не ждал ответа. Он перехватил твои запястья и зафиксировал их над твоей головой одной рукой, лишая тебя малейшей возможности отстраниться. Его зрачки были настолько расширены, что радужка почти исчезла, оставляя лишь бездну чистого, неконтролируемого желания.
— «Смотри на меня, Т/И», — приказал он, и его пальцы грубовато сжали твой подбородок, заставляя поднять голову. — «Тебе нравилось, как они на тебя смотрели? Нравилось чувствовать их взгляды на своей коже?»
Он медленно провёл носом по твоей шее, вдыхая аромат твоих духов, смешанный с запахом возбуждения. Его губы едва касались твоей кожи, вызывая волну дрожи, от которой подкашивались ноги.
— «Сегодня ты будешь смотреть только на меня. И чувствовать только меня. Я заставлю тебя забыть, что в этом мире существует кто-то ещё».
Чонгук резко потянул за тонкую бретельку твоего платья, и она соскользнула вниз, обнажая плечо. Его поцелуи сменились укусами — он оставлял яркие, собственнические метки на твоих ключицах, клеймя тебя как свою территорию. Ты закусила губу, стараясь сдержать стон, но он лишь усмехнулся в твою кожу.
— «Не сдерживайся. Я хочу слышать, как ты выкрикиваешь моё имя. Громко. Чтобы стены дрожали».
Он подхватил тебя под бёдра, заставляя обхватить его ногами, и понёс в спальню, не прерывая глубокого, властного поцелуя. Бросив тебя на широкую кровать, он навис сверху, не давая ни секунды на передышку. Его руки действовали быстро и решительно, избавляясь от лишней одежды, пока его взгляд буквально прожигал в тебе дыры.
— «Ты сама это начала, Т/И... Своей походкой, этим платьем, своими взглядами через весь зал. Теперь пришло время платить по счетам».
Когда он наконец вошёл в тебя — мощно, заполняя собой всё пространство, — мир вокруг просто перестал существовать. Ритм был бешеным, диким. Чонгук двигался с какой-то первобытной силой, вколачивая каждое своё движение в твою память. Его пот капал на твою грудь, а пальцы впивались в твои бёдра так сильно, что ты знала: завтра там останутся синяки в форме его рук.
— «Чья ты? Скажи это!» — требовал он, ускоряясь до предела.
— «Твоя... Чонгук, я только твоя!» — сорвалась ты на крик, выгибаясь под ним и чувствуя, как наслаждение накрывает тебя ослепляющей волной.
Он не остановился, даже когда ты достигла пика. Он продолжал двигаться, доводя тебя до изнеможения, пока сам не содрогнулся всем телом, выплескивая в тебя всё своё напряжение, всю свою ревность и всю свою бесконечную одержимость тобой.
Позже, когда ваше дыхание немного выровнялось, Чонгук притянул тебя к своей груди, укрывая простынёй. Его губы коснулись твоего виска, уже гораздо нежнее, но в его объятиях всё ещё чувствовалась та стальная хватка, которая говорила яснее любых слов: он никогда тебя не отпустит.
— «В следующий раз надень что-нибудь более закрытое», — прошептал он в темноту. — «Иначе я просто запру тебя в этой комнате... навсегда».