52. Предложение руки и сердца🫣
5. Я решила фанфик написать в последнюю очередь. Это часть получилась довольно короткой из-за отсутствия Лили и Лукаса по понятным причинам, но вроде интересной. Я чуть-чуть всё спутала, поэтому следующая реакция будет: «т/и общается на языке цветов».
Приятного чтения🫶🏻
Линч
Тебе казалось, что ты знаешь на этой крыше каждый выступ, каждую трещинку на бетоне, каждый угол, откуда лучше всего снимать город. Но сегодня всё выглядело иначе - будто кто-то прибавил яркость, и даже серые плиты стали какими-то праздничными. Линч рядом молчал дольше обычного, и от этого молчания у тебя внутри всё сжималось, будто ты уже чувствовала: сейчас случится что-то важное.
Он вдруг запнулся на полуслове, будто слова сами встали поперёк горла. Потом медленно, очень медленно достал из кармана коробочку - простую, чёрную, без лишних украшений. Ты смотрела на неё, и время будто растянулось: один удар сердца, второй, третий...
«Я не умею делать пафосные речи, - тихо сказал он, не глядя на тебя, потому что, кажется, боялся увидеть в твоих глазах хоть тень сомнения. -Я просто хочу, чтобы мы всегда были там, где страшно, но не так страшно, потому что мы вместе. Хочу просыпаться и знать, что ты рядом, даже если опять сгорит тостер, потому что ты снова пыталась сделать идеальный завтрак. Хочу снимать с тобой все самые странные, самые тихие, самые важные моменты. И хочу, чтобы это было не „на время", а „навсегда". Ты выйдешь за меня?»
Ты замерла. Секунду. Две. Весь город внизу будто выключил звук - остался только ветер, треплющий волосы, и стук твоего сердца, который, казалось, слышал даже он. А потом ты вдруг рассмеялась - не потому, что было смешно, а потому, что счастье просто не помещалось внутри и искало выход. Ты схватила его за руки, сжала так крепко, будто боялась, что он сейчас исчезнет в этом ночном воздухе.
«Да, - прошептала ты, а потом крикнула, чтобы этот город точно услышал: - Да! Конечно, да!»
Линч наконец поднял глаза, и в них было столько облегчения и счастья, что ты снова рассмеялась, а потом потянула его к себе и поцеловала. В этом поцелуе было всё: и «я тебя люблю», и «спасибо, что не побоялся», и «я тоже этого хочу».
Когда вы оторвались друг от друга, ты тихо сказала: «Только пообещай, что мы не будем делать свадьбу в заброшке. Даже если ты скажешь, что там „атмосферно"».
Он фыркнул, обнял тебя крепче и прижал к себе, и ты почувствовала, как твоя дрожь постепенно сменяется ровным, тёплым спокойствием. «Обещаю. Хоть на пляже, хоть в кафе, хоть просто вдвоём. Главное- с тобой».
---
Джон
Тебе всегда нравилась эта пиццерия: тут пахло сыром, приключениями и чем-то по-домашнему уютным. Джон, как обычно, болтал без умолку, рассказывал про новый уровень в игре, который никак не мог пройти, и пытался накормить тебя своим куском пепперони: «Ты же её любишь, ну возьми!»
И вдруг он резко замолчал. Замер с куском пиццы на полпути к твоему рту, посмотрел на тебя так, будто впервые увидел, и шёпотом выпалил:
«А давай... ну, вообще навсегда? Типа, поженимся. Не сейчас, ну, когда-нибудь. Но чтобы ты точно знала, что я не собираюсь никуда исчезать, даже если у меня опять закончится интернет или придётся выбирать между пиццей и сном - я выберу тебя. Ну... если ты хочешь. Ты выйдешь за меня?»
Ты смотрела на него и не знала, плакать тебе, смеяться или схватить эту пиццу и съесть от нервов. А потом расхохоталась - громко, искренне, так, что несколько человек за соседними столиками обернулись.
«Джон, - ты сквозь смех пыталась говорить серьёзно, - ты делаешь предложение с куском пиццы в руке?»
Он моргнул, посмотрел на пиццу, будто только сейчас понял, что держит, и спокойно откусил кусок: «Ну а что? Это же моя жизнь. И ты её часть. Так что... да. С пиццей. И с играми. И со всем остальным. Ты согласна?»
Ты потянулась через стол, взяла его свободную руку и крепко сжала. «Согласна. Потому что с тобой даже предложение с пиццей - это самое романтичное, что я могла себе представить».
Джон расплылся в улыбке, доел пиццу и сказал: «Отлично. Значит, теперь официально: я занят. И ты занята. И мы заняты друг другом. А теперь давай закажем ещё одну - на радостях».
---
Генри Лэмбтон
Тебе нравилось, когда шёл дождь: он делал мир тише, уютнее, будто накрывал город прозрачным колпаком, за которым можно было просто быть собой. Ты сидела на диване, завернувшись в плед, читала что-то, время от времени вздыхая над особенно грустной строчкой. Генри вошёл, поставил на столик чашку чая - для тебя, - сел рядом, но не слишком близко. Он всё ещё учился позволять себе быть чуть ближе, чем нужно для вежливости, но чуть дальше, чем хотелось бы.
Он долго молчал, подбирая слова, будто каждое из них нужно было проверить на прочность, прежде чем выпустить наружу.
«Я не обещаю, что буду лёгким, - наконец тихо сказал он, глядя не на тебя, а на свои руки. - Я бываю холодным, когда пытаюсь всё держать под контролем. Я слишком много думаю, прежде чем что-то сказать. Но я обещаю, что всегда буду на твоей стороне. Что если мир станет слишком громким, я стану твоей тишиной. Что если тебе будет страшно, я не скажу „не бойся", а просто возьму тебя за руку и останусь рядом, пока страх не уйдёт. Я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Ты станешь моей женой?»
Ты закрыла книгу. Медленно. Будто боялась спугнуть этот момент. Потом поставила её на столик, подвинулась чуть ближе и положила ладонь поверх его руки.
В твоих глазах стояли слёзы, но ты не плакала- ты светилась.
«Генри, - тихо сказала ты, и голос чуть дрожал от нежности, - ты думаешь, что ты сложный. А я думаю, что ты - самый надёжный человек, которого я знаю. И мне не нужна твоя тишина, чтобы спрятаться от мира. Мне нужно просто знать, что она у меня есть. Да, Генри. Я выйду за тебя».
Он не бросился тебя обнимать, не закружил по комнате. Вместо этого он просто накрыл твою ладонь своей, сжал чуть крепче и впервые за вечер посмотрел тебе прямо в глаза. В его взгляде было столько благодарности и тихого счастья, что ты поняла: для Генри это и есть самый громкий крик радости.
«Спасибо, - прошептал он. - За то, что слышишь меня даже тогда, когда я молчу».
И вы сидели так, плечом к плечу, слушая, как дождь стучит по крыше, и зная, что впереди у вас целая жизнь - не идеальная, не простая, но ваша собственная.