Атака Титанов [ Реакции ]

Реакция на то, что ты отдала своё место в десятке лучших

Ты остановилась перед дверью инструктора Шадиса и пару раз вдохнула и выдохнула. Не хотелось лишний раз связываться с этим демоном, но ничего не поделаешь. Постучавшись не так решительно, как тебе хотелось, ты ждала отклика с той стороны.

– Да!

Ты вошла и прикрыла дверь, тут же натыкаясь на злобный взгляд инструктора, который сидел за столом и перебирал личные карточки солдат.

– Для глухих: отбой прозвучал десять минут назад. Чего припёрлась?

Настрой обговорить с ним просьбу тут же сошёл на нет, но ты крепко сжала кулаки и взяла себя в руки.

– У меня есть к вам просьба.

Шадис сверлил тебя взглядом исподлобья.

– Да неужели?! Чего желаете? Шёлковую рубаху, королевский ужин или нахрен отсюда, пока цела?!

– Нет, – ты нахмурилась. – Я прошу вас вычеркнуть меня из десятки лучших и отдать моё место кому-то другому.

На его лице промелькнуло замешательство.

– Что-то я никак не пойму... а с чего ты взяла, что попадешь в десятку лучших, а?

От этого грозного голоса затряслись поджилки и сбилось сердце. Ты сглотнула и вскинула подбородок.

– Я случайно увидела списки. И там было моё имя. До выпуска ещё далековато, не находите?

Шадис замолчал на несколько долгих секунд.

– Значит, хочешь отдать своё место другому? Как благородно! – съязвил он, игнорируя твой последний вопрос. – Только тот, кому ты лижешь, этого не оценит.

– Мне не нужна ничья оценка. И я не играю в благородство. Я с самого начала знала, куда пойду и мне не нужны привилегии вроде этих, – сердито сказала ты. – Я не прошу невыполнимого. Вам это ничего не будет стоить.

Пока ты говорила, Шадис смотрел сквозь тебя. На твою тираду он ничего не ответил и, кажется, не собирался. Приняв это за своеобразный ответ, ты, рассерженная, засобиралась уходить:

– А если вы не хотите, я просто буду заваливать экзамены и притворяться слабой на тренировках! Но мне бы этого не хотелось, потому что я хочу тренироваться в полную силу. Поэтому я и пришла к вам. Как оказалось, зря.

Злость придала тебе смелости и ты развернулась, взявшись за ручку двери; ну и пусть потом последует наказание, сейчас тебя это не волновало.

– Смыслом жизни твоего отца было уберечь тебя от этого ада, а теперь ты несёшься в него с разбегу.

Ты замерла. Всё в тебе затрепетало.

– Что? – ты обернулась.

Шадис цокнул и откинулся на спинку стула. Впервые его непривлекательное, сморщенное лицо походило на человеческое, в полуприкрытых глазах, устремленных на огонёк в керосиновой лампе, отчётливо виднелась бесконечная усталость, словно он прожил несколько долгих жизней.

– Мы с твоим отцом учились вместе, потом вступили в Разведку. А ты, соплячка, росла на моих глазах.

– Я н-не понимаю о чём вы.

– Гм, всё ты понимаешь. На посвящении ты солгала, назвав другую фамилию и чужой город, Т/и Т/ф.

Когда родная фамилия слетела из уст инструктора ты вздрогнула. Несколько долгих минут вы молчали, объединившись мыслями об одном человеке. Ты до конца не могла поверить, что встретила того, кто знал отца.

– Вы тоже осуждаете его? – ты сжала руки в кулаки, хмуро уставившись в пол.

– Твой отец не был трусом. Это я знаю точно. Какова бы не была причина, я не сомневался, что она связана с тобой.

В глазах и носу защипало.

– Разве это может быть оправданием? – непослушными губами прошептала ты.

– Мир не сладкая сказочка, поэтому нет, не может. И тебе придётся с этим жить.

Слёзы очертили абрис твоего лица и полетели вниз, разбиваясь о деревянный пол.

– Если собралась сопли пускать, то чеши отсюда. Я не твой отец, не стану их подтирать.

Шадис выпрямился и схватился за бумажки, быстро поглядывая на тебя.

Ты шмыгнула и вытерлась рукавом.

– Видимо, ты сама его осуждаешь.

– Что? – ты испуганно вскинула голову. – Н-нет, я...

– Иначе не назвалась бы другой фамилией, – перебил Шадис.

Ты онемело смотрела на него: не нашлась что ответить на столь чёткий аргумент.

– Он может быть предателем для всего человечества, но не для тебя, – произнёс Шадис, поднимая взгляд. – Больше всего на свете он любил свою дочь и ради неё готов был стать и изгоем, и преступником, и исчадием ада.

Ты распахнула глаза.

– Разве можно осудить отца за любовь к своему ребёнку?

– Вы... Вы знаете, как он умер? – ты с надеждой во взгляде подалась вперёд.

Лицо Шадиса омрачилось тенью.

– Нет. Всё, проваливай. Не мозоль глаза.

Шадис небрежно махнул в сторону двери, внутри коря себя за болтливость и сентиментальность. Какого черта? Он что, расчувствовался из-за встречи с дочерью старого друга? А ты на автомате вышла из кабинета и, вытерев слёзы рукавом, направилась в комнату.

Эрен Йегер

Эрен шёл обратно в комнату, зевая и почёсывая живот. Услышав голос, доносящийся из кабинета Шадиса, он остановился.

«Т/и»?

– Я прошу вас вычеркнуть меня из десятки лучших и отдать моё место кому-то другому.

Эрен прислушался, округляя глаза.

– Мне не нужна ничья оценка. И я не играю в благородство. Я с самого начала знала, куда пойду и мне не нужны привилегии вроде этих...

«Значит, Т/и не лгала, когда сказала, что собирается в Разведку? Я думал, она смеётся надо мной».

Слушая, как ты пререкаешься с инструктором, Эрен удивлялся твоей дерзости: всё же большую часть времени ты была сдержанной. Неужели это настолько важно? Когда ваш с Шадисом разговор вдруг свернул в другое русло, сердце Эрена застучало быстрее. Стоит ли и дальше подслушивать?

– Смыслом жизни твоего отца было...

– Кадет Йегер, что ты тут делаешь?

Эрен вздрогнул и обернулся. Позади него стоял один из помощников инструктора.

– В-выходил в туалет, сэр.

– Ясно, тогда возвращайся в комнату.

– Есть.

Эрен лежал в кровати, подложив под голову руки и смотрел перед собой в темноту, размышляя под многоголосый хор хропящих товарищей. Чутье подсказывало ему, что у вас разные цели, но он всё равно уважал тебя за решение поступить в легион Разведки.

Однако, тот факт, что ты хочешь отдать своё место кому-то другому... Стоило ли доходить до такой крайности? Хочешь ли ты показаться добренькой перед инструктором или у тебя есть кто-то особенный, кому ты желаешь отдать место в десятке? Если первое, то зачем? А если второе, то... кто он?

Армин Арлерт

Армин на цыпочках крался по коридору, прижимая к груди понравившуюся книгу. Он настолько увлёкся, что не услышал сигнал к отбою и теперь ему предстояло пройти длинный коридор мимо кабинета инструктора.

Затаившись за углом, Армин прислушался и, уловив какие-то голоса, решил, что это его шанс. Он засеменил по коридору, но проходя мимо кабинета Шадиса вдруг замер: оттуда доносился твой голос.

«Т/и? Что она там делает? Уже ведь прозвучал отбой. Неужели... её там ругают»?

– У меня есть к вам просьба.

Армин понимал, что ему нужно идти и подслушивать нехорошо, но не мог заставить себя сдвинуться с места. Грубый ответ инструктора заставил его зажмуриться и с замиранием сердца ждать твоих следующих слов.

– Я прошу вас вычеркнуть меня из списка и отдать моё место в десятке кому-то другому.

Армин широко раскрыл глаза. Вы не делились друг с другом, кто куда собирается поступить, и ты ничего не рассказывала о своём прошлом, но он не думал, что ты так однозначно вычеркнешь возможность пойти в военную полицию.

- ... Я с самого начала знала, куда пойду. И мне не нужны привилегии вроде этих...

«Значит, Т/и так усердно тренировалась, чтобы пойти в Разведку»?

Когда речь зашла о твоём отце, Армин помотал головой.

«Нет, всё таки подслушивать нехорошо. Может быть, Т/и мне сама когда-нибудь расскажет».

Крепче прижав к груди книгу, он ушёл, не прекращая прокручивать в голове услышанное.

«Т/и такая смелая, решительная и сильная... Наверное, столь сильное желание вступить в легион разведки обусловлено тем, что она тоже потеряла кого-то очень близкого».

Армин кивнул сам себе, но вдруг остановился.

«Стоп. Но ведь Т/и не из Шиганшины, так... почему»?

Он ещё долго размышлял об этом, но так ни к чему и не пришёл.

А говоря о просьбе к Шадису, Армин думает, что это очень благородно с твоей стороны. В этом не было необходимости, но ты всё равно дала кому-то шанс.

Жан Кирштейн и Марко Ботт

Жан возвращался с дежурства на кухне, и остановился у двери, как вкопанный, услышав твои слова. Даже на секунду забыл о том, что по ту сторону находится демон-инструктор.

«Т/и что, с ума сошла или это я тронулся от недосыпа»?

До этого Жан был уверен в том, что ты тренируешься до потери сознания, потому что кровь из носу хочешь попасть в десятку лучших, а затем как и он укрыться за внутренней стеной. Но то, что он услышал в корне перевернуло его представление о тебе.

– Эй, ты что тут делаешь? – негромко проговорил Марко, остановившись за спиной Жана.

Жан подпрыгнул на месте и, обернувшись, шикнул на Марко, большим пальцем показывая на дверь. Они оба прислушались.

– ... Я не играю в благородство. Я с самого начала знала, куда пойду и мне не нужны привилегии вроде этих...

По одной единственной фразе Марко понял в чём дело.

– Негоже подслушивать чужие разговоры, – он похлопал Жана по спине, улыбнувшись. – Пойдём.

Жан нахмурился и, засунув руки в карманы, поплёлся вперёд.

– Я ни черта не понимаю, – сказал он вдруг. – Я думал, Т/и нормальная, а она, оказывается, такая же сумасшедшая, как и этот Эрен.

– Для тебя все, кто идут в разведку сумасшедшие, Жан, – Марко снова улыбнулся.

– А разве это не так? По-моему, желание поскорее сдохнуть противоестественно для человека.

– Ну в этом, пожалуй, ты прав. Но ведь есть в жизни то, что бывает важнее собственной безопасности.

– Что например?

– Долг, честь, жизни других.

Жан фыркнул.

– Ты это серьезно? – он взглянул в одухотворённо-наивное лицо Марко, пытаясь отыскать там фальш, но не увидел ничего, кроме веры в собственные слова. Жан тяжело вздохнул и на секунду прикрыл глаза. – Охренеть.

Несколько секунд они шли молча, каждый думая о своём, пока Жан снова не заговорил:

– Я не вижу смысла играть в героев. Какой прок от долга и чести, если ты будешь лежать в земле? Особенно бесит, когда эти самые "герои" пытаются казаться бесстрашными, – он нахмурился, вспоминая речи Эрена, – и другим пытаются внушить, что они могут стать героями. Как будто спасение человечества это поход в пекарню за углом.

– Жан, возможно, тебе хотелось бы, чтобы все люди думали, как ты, но тебе придётся принять тот факт, что все они разные. Если ребята идут в разведку, значит, у них есть на то причины и ты не вправе судить их или приписывать им свои мотивы.

– Тц, и кто мне может запретить? – цокнул Жан.

– Ты, видимо, сильно переживаешь за Т/и, – участливо сказал Марко, останавливаясь, и положил ладонь на плечо друга.

– За эту чокнутую? Ещё чего, – Жан сбросил его руку, прикусил губу и зашагал дальше, пряча в сгущающейся темноте коридора покрасневшие уши.

«Какого чёрта ты такой догадливый»?

– Если хочешь понравиться девушке, тебе следует уважать её решения, – сказал Марко вдогонку.

– Тебе-то откуда об этом знать?

– Просто знаю.

В отличие от Жана, Марко не считал, что ты и Эрен похожи, и уж тем более не думал, что таким образом ты играешь в благородство. Он, пожалуй, единственный, кто понял, что отказ от места в десятке лучших был не для того, чтобы показать своё бесстрашие или великодушие, а для того, чтобы не дать себе отступить. И он очень тебя за это уважал, хотя и был несколько расстроен тем, что теперь не сможет уступить тебе место. Ведь он тоже очень хотел понравиться. Тебе.

Конни Спрингер и Саша Браус

Конни просто увидел, как ты идёшь куда-то после того, как прозвучал отбой, и подумал, что будет весело напугать тебя до чёртиков. Но когда он увидел в чей кабинет ты зашла - до чёртиков напугался он.

«Что происходит? Т/и добровольно пошла на съедение к демону»?

Конни обнял себя за плечи, и на носочках подкрался к кабинету. Прислонившись к стене, он замер, как изваяние скульптуры, и не слышно было даже его дыхания. Он настолько слился со стеной, что если бы у вас среди прочих дисциплин была ещё и маскировка, то он превзошёл бы всех.

Услышав о том, что ты хочешь отдать место в десятке кому-то другому, Конни приоткрыл от удивления рот.

– Офигеть...

Из-за угла показалась крадущаяся со свёртком в зубах Саша. Конни приложил палец к губам, а затем помахал, чтобы она подошла. Саша покосилась на дверь и замотала головой. Конни выразительно на неё взглянул. Тогда она вздохнула, сдаваясь, и подкралась к нему, попутно зыркая по сторонам и выполняя какие-то замысловатые движения руками.

«Блин, Саша сейчас не время», – говорил взгляд Конни.

«Поняла».

Саша прислонилась к стене, копируя позу друга, и прислушалась.

«Т/и»?

«Ага, я тоже в шоке», – Конни выразительно кивнул.

Когда Саша услышала то же, что и Конни, то удивилась ещё больше.

«Вот это да-а-а».

У ребят даже и мыслей не возникло, что не стоит подслушивать и лучше разойтись по койкам.

Саша с проворностью воровки со стажем бесшумно развернула свёрток и отправила в рот кусочек мяса.

«Опять воруешь, балда»? – Конни неодобрительно помотал головой.

«Хочешь»? – Саша протянула ему маленький кусочек.

«Нет уж, тогда я стану сообщником».

Саша пожала плечами и закинула мясо в рот.

Так они и дослушали всё до конца, время от времени переглядываясь и общаясь на каком-то другом, сверхъестественном уровне.

– Ты что-нибудь понял? – прошептала вдруг Саша.

– Кроме того, что Т/и не нужно место в десятке и она собирается в Разведку - нет, – ответил Конни, почесав затылок.

– Я слышу шаги! Кто-то идёт! – Саша быстро шмыгнула за угол.

– Что? Но я ничего не...

Дверь распахнулась и Конни вжался в стену, чувствуя, как заколотилось сердце. Ты вышла из кабинета, вытерла слёзы и прошла мимо. Он судорожно выдохнул только тогда, когда ты исчезла из поля зрения.

«И всё-таки я чертовски хорош», – Конни ухмыльнулся и приставил к подбородку большой и указательный палец.

Но в следующее мгновение его голова оказалась в больших руках, а ноги оторвались от пола.

– Скажи-ка мне, дерьма кусок, а что ты здесь делаешь?

Конни прохрипел что-то нечленораздельное. И кто знает, что бы с ним было, если бы за углом кое-кто громко не чихнул.

– Это ещё что?

Инструктор выпустил Конни и тот рухнул на пол.

«Спасибо, Саша, вовек не забуду»!

И пока инструктор дошёл до заветного угла ни Саши, ни Конни в коридоре уже не было.

– Гм, вот черти, – заложив руки за спину, Шадис ушёл обратно в кабинет.

Уже лёжа в своих кроватях Конни и Саша пытались обдумать всё, что услышали и понять, почему же ты так отчаянно хочешь в Разведку, даже место своё в десятке готова отдать. Голову Конни светлая мысль так и не посетила, но вот твоё желание зажгло что-то в нём самом. А вот Саша кажется поняла, что это связано с твоим отцом. Но если за всё время общения с людьми Саша чему-то и научилась, то это не лезть в чужие дела. По крайней мере, пока сами не попросят.

А к утру они, шутя и прикалываясь, попытаются что-то у тебя разузнать.

Райнер (сядь) Браун и Бертольд Гувер

Райнер и Бертольд возвращались в свою комнату после разговора с Энни. Но возле кабинета Шадиса Райнер вдруг остановился.

– Райнер? – Бертольд с недоумением обернулся.

– Кажется, там Т/и, – сказал он, покосившись на дверь.

– И что она там делает в такой час?

– Сейчас узнаем, – Райнер опёрся о стену и скрестил руки на груди.

– Не думаешь, что это рискованно? Нас могут заметить.

– Не ссы, Берт. Что если у неё есть важная информация?

Бертольд вздохнул и прислонился к стене. Услышав о том, что ты просишь отдать место в десятке кому-то другому они удивлённо переглянулись.

В коридоре послышались шаги.

– Райнер, кто-то идёт.

– Пойдём.

Райнер оттолкнулся от стены и они быстро скрылись за углом.

– Вот уж не ожидал, что Т/и такая самоотверженная, – Райнер ухмыльнулся. – Эта девушка не перестаёт меня удивлять.

- Да...

– «С самого начала знала, куда пойду», значит, – многозначительно протянул Райнер. – Так упорно тренировалась, чтобы поступить в Разведку? Похвально. Т/и – настоящий солдат.

«И станет хорошей женой» – добавил он мысленно и, смутившись собственных фантазий, кашлянул в кулак.

А пока Райнер предавался грёзам, Бертольд молча размышлял. О том, что ты собираешься в Разведку он и так знал, от тебя. А насчёт твоего поступка... Бертольд почти всегда чувствовал себя одиноким и подавленным: Райнер то выпадал из реальности, то вновь возвращался, поэтому ему было не до чужих мотивов. Всё, о чём он мог думать - день, когда их миссия здесь закончится и они смогут вернуться домой.

~~~
Я жива! (Если вдруг кому-нибудь интересно). Очередная реакция/зарисовка :) Если вам не нравятся предыстории, можете просто их пропустить, потому что я скорее всего грешить ими буду часто, я ведь тоже хочу получать удовольствие от того, что делаю. А от пары предложений такого эффекта не добьешься. Да-да, я тот ещё графоман)
Скоро подберёмся к реакциям, где уже и Леви и Эрвин будут.

Спасибо за внимание!