Я не собираюсь быть со своей судьбой
Глядя на мерцающий под рубашкой кулон, Метелин не может перестать разглядывать сидящих перед ним студентов. Один из этих ребят — его судьба, вот только пока сложно понять кто: не у всех кулоны на виду, некоторые, как и он, прячут свои под одеждой, так, чтобы не было видно, ни как он выглядит ни светится ли тот рядом с Женечкой.
На стол один за другим ложатся рефераты, а пока студенты подходят, мужчина пытается разглядеть, кто какой кулон прячет или хотя бы малейшее свечение, чтобы вычислить своего соулмейта. Он уже однажды совершил ошибку, поверив, что это Саня, причинил ему достаточно боли и сам точно застрял в омуте из своих чувств. Больше такого повториться не должно: он, конечно, ходит к психологу и прорабатывает свои травмы, однако мало ли чего может стоить ему ошибка, выбор не того человека снова.
Наконец взгляд замечает светлое пятно под изящной черной рубашкой, и Метелин победоносно выдыхает у себя в голове. Нашёлся. Телосложение у него, конечно, прекрасное, повезло ему. Да и вообще интересно будет узнать получше этого его соулмейта.
Подняв взгляд, биоинформатик сталкивается с недоумевающим взглядом Коваленко, старосты группы, у которой идёт сейчас занятие, и лучшего ученика курса, вдобавок являющегося местным активистом и недотрогой, предпочитающим не пересекать черту ни с кем в универе и связываясь только с совершенно незнакомыми людьми, пусть и невсерьёз. Последнее, правда, возможно, всего лишь слухи, но это неважно, Женечке всё равно ещё многое предстоит узнать об этом парне.
— Евгений Васильевич, у вас всё хорошо? — осторожно интересуется Женя, с непониманием глядя на преподавателя. — У меня рубашка чем-то испачкана? Или я всё же как-то нарушил дресс-код нашего вуза? Знаю, что у нас нет официальной униформы, но...
— Евгений Дмитриевич, можете остаться после занятия, мне нужно срочно с вами поговорить, — выдыхает, остановив словесный поток, Метелин, отчего студент быстро кивает, всё ещё не понимая, что произошло, и быстро возвращается на своё место.
Когда же он подходит к биоинформатику после занятий, тот, быстро облизнув пересохшие губы, с трудом подбирает от волнения слова:
— Женя, как вы относитесь к существованию соулмейтов у каждого в этом мире?
— Евгений Васильевич, к чему этот вопрос? — уточняет было тот, однако, невольно опустив взгляд на свой кулон, спрятанный под одеждой, быстро смотрит на Женечку и выдыхает мрачно:
— Когда вы узнали?
— В тот момент, когда ты сдавал реферат, — пожимает плечами Метелин. — Заметил, как твой кулон светится. А теперь, пожалуйста, ответь на мой вопрос.
Коваленко только тяжело вздыхает и, наконец, отвечает, прокачав головой:
— Я считаю, что это нечестно, когда человек не может сам решить, с кем ему быть. Я, например, имею свои принципы и с людьми из своего универа не встречаюсь. А ещё в вас даже не влюблён, Евгений Васильевич. Так что я считаю, что соулмейты — лишняя деталь этого мира.
— Вот как, — задумчиво произносит биоинформатик, прежде чем вдруг спросить:
— А если бы ты не знал меня и я не был бы твоим преподавателем, что ты мог бы обо мне сказать? Только честно.
На короткий миг в кабинете воцаряется молчание, пока Коваленко, наконец, не признаётся, разглядывая мужчину будто бы под новым углом:
— Вы красивый, просто до чёртиков. За вами явно бегает не один студент или студентка. Интересный человек. Полагаю, хорошо целуетесь: мне приходилось видеть вас с кем-то из студентов, когда я был на младших курсах. Вы сильно изменились с тех пор.
— Пожалуй, ты прав, — легко соглашается Женечка. — Хочешь сам проверить?
— Откажусь, — отзывается было Евгений, однако, заметив взгляд преподавателя, фыркает, скрестив руки на груди:
— Нет, я не испугался и не настолько принципиален, как вы сейчас подумали. Если так хотите показать, вперёд, я не стану вас останавливать!
Коваленко говорит это невсерьёз, он и подумать не может, что биоинформатик действительно воспользуется ситуацией и, положив одну руку ему на затылок, а вторую — на талию, притянет к себе, горячо целуя. Ладонь нежно поглаживает нижнюю часть спины, пальцы другой руки перебирают волосы, в то время как сам Метелин углубляет поцелуй, исследует его рот языком, глядя из-под слегка опущенных ресниц ехидно, насмешливо, точно интересуясь, насколько сильно жалеет Коваленко о сказанных словах. Юноша и в самом деле не пытается сопротивляться или оттолкнуть преподавателя, раз обещал, даже отвечает ему и, к своему удивлению, скоро настолько теряет контроль, что восторженно вздыхает в поцелуе.
Вскоре Метелин отстраняет и, проведя осторожно большим пальцем по нижней губе студента, замечает вслух:
— Хорошо целуешься. Впрочем, есть вещи поважнее. Что теперь думаешь об этом всём?
— Что мне не нужен соулмейт. Даже если он так хорошо целуется и... — выдыхает Евгений и резко замолкает, позволив высказаться вместо него Женечке:
— А мне кажется, ты просто обжёгся в прошлом из-за чувств, связавшись не с тем человеком, а теперь боишься дать шанс кому-то другому, если он серьёзен. Я твой соулмейт, так что мне ты можешь в этом доверять. Но если не хочешь пока попробовать серьёзные отношения со мной, как насчёт того, чтобы проводить время вместе, ходя куда-нибудь вместе и, если хочешь, даже деля постель.
— Я не уверен, что мне это нужно, — отвечает было Евгений, однако, когда чужая рука нежно ерошит его волосы, а после осторожно проходится по шее, поглаживая ту кончиками пальцев, по телу пробегаются мурашки, и парень выдыхает, сдаваясь:
— Хорошо, давайте попробуем. И, если вы считаете это нужным, попробуем сделать это. Довольны?
— Вполне, — улыбается биоинформатик, целуя его в висок. — Давай попробуем получить из этой симпатии нечто большее.
Коваленко не спорит с ним, только смотрит на отсвет кулона преподавателя под одеждой и честно признаётся:
— Мне действительно страшно пробовать вступать с кем-то в серьёзные отношения после одного случая. Он не был моим соулмейтом, но я любил его и... Возможно, если бы судьбы не существовало, у нас всё было бы в порядке.
— Не думаю, — качает головой Метелин, глядя на парня. — В любом случае, возможно, это и к лучшему. Я попытаюсь стать для тебя кем-то большим, чем был он, и надеюсь на то же от тебя. Хотя, чувствую, тебе не придётся слишком стараться для этого.
— Кто знает, — издаёт смешок Евгений. — В конце концов, я вряд ли подхожу под ваш типаж.
— Ты даже не знаешь мой типаж, — усмехается в ответ биоинформатик. — И ещё кое-что: не нужно мне "выкать" больше, по крайней мере вне учебного времени. И можешь называть меня просто Женечкой. Не попробуешь сейчас?
— Пожалуй, откажусь, — только и отвечает парень, прежде чем направиться к выходу из кабинета.