ГЛАВА 40
Пока Минхо и Джисон наслаждаются отдыхом на даче, их друзья сидят на школьной скамейке и снова пытаются убедить Чонхо, что не все люди злые.
— Мёнхо у меня на поводке, не волнуйся. Он точно не будет тебя трогать, – сказала Гаыль, но её слова явно не убедили Чонхо.
— Она имеет в виду, что Мёнхо хороший человек и никого не обидит, – объяснила Хикару.
— Ага, он так и понял, — сказал Мёнхо с сарказмом, явно намекая на то, что Чонхо мог неправильно понять слова Гаыль. Гаыль уже замахнулась на друга, чтобы стукнуть, но заметив испуганный взгляд Чонхо, решила этого не делать. — Она любя.
— Не хочешь с ними сидеть? – спросила Хикару у Чонхо, взяв его руку в свою. — Тебя никто насильно держать не будет. Пойдём?
— Да, спасибо.
Мёнхо и Гаыль ничуть не обиделись на то, что Хикару с Чонхо собираются уходить.
— Как нужно обращаться с ребенком, чтобы он настолько боялся людей? Мне страшно представить, что творится в его жизни, — Гаыль погрузилась в свои мысли.
— Я вообще в шоке, как он общение с Хикару завёл. Ау? – Мёнхо помахал рукой перед глазами подруги, но реакции не увидел, — Гаыль?
— А?
— Не загружай голову чем-то, кроме меня и формул. Пойдём на алгебру.
— Фу-у-у, формулы.
***
Уроки закончились. Большинство школьников уже разошлись по домам, а кто-то остался дежурить. Но Тэёну и Джисону дежурить сегодня не надо, поэтому они уже сидят на диване в комнате младшего.
— Тэён, я взял выходной не просто так, – вздыхает Пак Джисон, – Я хочу, чтобы ты наконец-то перестал ходить таким зажатым.
— Я не зажатый, – отвечает Тэён, но звучит это совсем не правдоподобно. Даже эти слова какие-то скованные.
— Ага, поэтому ты дрожишь и еле-еле разговариваешь со мной, – Джисон вздохнул, наблюдая за тем, как Тэён нервно теребит край футболки. Он протянул руку и осторожно накрыл своей ладонью дрожащие пальцы друга (тяжело назвать его знакомым). — Тэ, да расслабься ты уже.
Тэён вздрогнул от прикосновения, но руку не убрал.
— Я не могу, – прошептал он, не поднимая глаз. — Ты не понимаешь.
Джисон нахмурился. Как это не понимает? Еще пару месяцев назад он сам шарахался от Тэёна, как от чумы. Все считали его странным и нелюдимым, а его резкость и колкие шуточки многих отталкивали. И самого Джисона тоже.
Но потом в школе, случайно подслушав разговор Тэёна с матерью, Джисон понял, что за этой маской безразличия и борзости скрывается кто-то другой. Кто-то хрупкий и ранимый.
— Тэ, послушай, – Джисон попытался говорить мягко, словно с испуганным зверьком. — Ты же знаешь, я не причиню тебе вреда. Расскажи, что с тобой?
Тэён молчал, сжимая пальцы на крае футболки. Наконец, он поднял на Джисона взгляд, полный такой безысходной боли, что у Джисона екнуло сердце.
— Я не тварь, Джисон, – прошептал Тэён, и голос его дрожал. — Я не хотел никому вредить. Это все она…
— Твоя мать? – осторожно спросил Джисон, вспоминая тот самый подслушанный разговор.
Тэён кивнул.
— Она… она управляла мной, как марионеткой. Говорила, что делать, что говорить… Я был для нее просто инструментом.
— Чтобы насолить Хану и Минхо? – Джисон нахмурился, вспоминая, как Тэён пытался вбить клин между этими двумя.
— Да, – Тэён всхлипнул, пряча лицо в ладонях. — Я знаю, это звучит дико, но она… она сломала меня, Джисон. А потом просто пользовалась тем, что я сам себя ненавидел.
Джисон молча притянул Тэёна к себе, гладя его по голове. Он знал, что сейчас любые слова будут лишними. Просто нужно было быть рядом. Дать почувствовать, что он не один.
— Все будет хорошо, Тэ, – прошептал он, качая друга, как маленького.
— Я тебе верю. И Минхо с Джисоном поверят, если им рассказать. Но знай, что им понадобится время.
Тэён молча кивнул, утыкаясь лицом в плечо Джисона. Ему было страшно. Страшно, что никто не поверит, что он на самом деле не плохой. Что все будут видеть в нем только тот образ холодной твари. Но тепло Джисона, его твердый голос и уверенность в глазах дарили слабую надежду. Может быть, ему все-таки удастся вырваться из этого порочного круга?
— Поплачь немного, а потом можно и на прогулку сходить. Как тебе идея?
— На прогулку? – тихо переспросил Тэён, отстраняясь от Джисона. Он вытер слезы тыльной стороной ладони, но от этого они потекли ещё сильнее. — Куда? Зачем?
— Куда-нибудь, где спокойно, — предложил Джисон. — В парке есть тихое местечко у озера. Там почти никого не бывает.
— А… Что люди скажут? — Тэён нервно облизал губы. — Если увидят нас вместе?
— Плевать на людей, — отрезал Джисон, но тут же смягчился, видя испуг в глазах друга. — Тэ, ты не должен прятаться. Ты не сделал ничего плохого.
— Но…
— Никаких «но», — Джисон мягко, но настойчиво потянул Тэёна за собой. — Идём. Тебе нужно подышать свежим воздухом.
***
— Идите гуляйте, я пока ужин приготовлю, – сказала Джису, улыбаясь своим сыновьям. —Возвращайтесь к закату.
— А нас волки не съедят? – спросил Джисон в шутку.
— Волки-то нет, – усмехнулась Джису, — смотри, чтобы Минхо тебя не съел, а то мало ли.
Братья начали собираться на прогулку. Чтобы не запачкать свою одежду, они выбрали из старой кучи вещей по кофте. К тому же, они захватили с собой спрей от комаров и вышли из дома.
— Может, к реке сходим? – предложил Минхо, глядя на Джисона с улыбкой.
— Давай, – согласился Джисон.
Они шли по узкой тропинке, вдоль которой тянулись густые заросли шиповника. Джисон то и дело срывал белые цветы, небрежно переплетая их в свои волосы.
— Смотри, – он протянул Минхо цветок, — тебе пойдет.
— Эм… спасибо, что ли, – пробормотал он, не зная, как отреагировать на такой «подарок».
Джисон рассмеялся, и в его глазах мелькнула некая радость, что заставило сердце Минхо ёкнуть.
— Знаешь, – Джисон пристально посмотрел на него, — говорят, если подарить цветок шиповника тому, кого любишь, то…
Он не договорил, внезапно споткнулся и полетел вниз по склону. Минхо в ужасе бросился за ним.
Склон был невысоким, и Джисон отделался парой царапин. Минхо помог ему подняться, не выпуская из своих рук.
— Ты в порядке? – в голосе Минхо звучала неподдельная тревога.
Джисон, отряхивая с себя листья, не сводил с него глаз.