ГЛАВА 30
– Тяжело было кинуть, да? Бестолковый!
– Ай, да не бестолковый я! – воскликнул Минхо, пытаясь спасти свою голову руками.
– Что за шум?! Продолжаем играть! – крикнул судья. Его, конечно, многие нахуй послали, но мы это упустим
***
Минхо и Гаыль спокойно идут со школы. А где наш Хан Джисон, собственно говоря? А у него дополнительные по немецкому.
Так, продолжим. Но тут они услышали знакомый им голос, что издавался за их спинами.
– Минхо, Гаыль! Подождите, пожалуйста! – кричал Пак Джисон, не успевая набирать воздух.
– Что такое? Всё-таки я сломала тебе что-нибудь? – спросила школьница, останавливаясь.
– Нет, но спасибо за беспокойство! Я хотел поблагодарить тебя. Благодаря тебе, Тэён впервые обратил на меня внимание.
– Спасибо? Я тебе сделала больно, а ты благодаришь меня?
– Да, большое спасибо. А теперь мне пора. Пока, ребята, – сказал Джисон, после чего побежал, наверное, к себе домой.
– Странный, – сказал Минхо, почесав затылок.
– Тебе не понять. На человека впервые внимание обратили. Ты не понял что ли?
Дальше Гаыль пол дороги говорила другу какой он плохой, тупой и прочее. Потом она расхваливала своего Мёнхо, потом опять покрывала Минхо и так по кругу.
– Да всё, всё. Я понял, что твой Мёнхо идеальный, а я не идеальный потому, что у нас разница в одну букву.
– Не, не так понял. Ты прекрасный, а Мёнхо идеальный.
– Какие люди! Привет, Гайка, – сказал Мёнхо, вылезая из-за спины Гаыль.
– Сам ты Гайка, придурок. Какого ты здесь? Тебе в другую сторону.
Оу, очень сильно видно, как «Гайке» нравится этот чудесный парень. Тепло так и прёт.
– Мне скучно одному, ещё и в магазин нужно, – ответил Мёнхо.
– Какая сладкая парочка, ты посмотри на них, – сказал Хан, не сдержавшись (не забываем, что Минхо у нас с фамилией Хан)
– Сейчас одна ласточка из этой «парочки» тебе рёбра сломает, – сказала Ким Гаыль.
– Тише, тише. С кем я буду тогда на уроке болтать?
– Со мной.
– Ну, это...я вам мешать не буду. Удачи, пока-пока! – попрощался Минхо.
– А за чем тебе в магазин?
– Лапшу купить, рис и всё такое.
***
– Ich habe dieses verdammte Leben so satt... – сказал Джисон, плюхаясь на диван.
*как же я устал от этой чёртовой жизни
– Чего говоришь?
– Говорю, что жизнь обожаю.
– Так...«Leben» это, вроде как, жизнь. А вообще «so sett»...устал? Отдохни, Джисон, не думай об учёбе хотя бы сейчас.
– Откуда ты знаешь эти слова?
– Можно к тебе лечь?
– Ложись. Откуда?
– Я волшебным образом запоминаю многие слова, сказанные тобою, – ответил Хо, ложась рядом с братом.
– Мы с тобой только лежать можем?
– Вот смотри, ты недавно подготавливался к экзаменам, и я тоже. После такого нам нужен отдых.
– Какой у тебя первый экзамен? – спросил Джисон, поворачивая голову в сторону Минхо.
– Биология. Поэтому, лучше начать готовиться к ней.
– А у меня немецкий. Они как-то всё разбросали непонятно. Не легче в начале корейский, а потом уже прочие фигни?
– Может спать пойдем?
– Ты иди, а я пойду в «далёкое плавание», – сказал Джи, в попытке встать с дивана. Кто ему мешает? Конечно же Минхо.
– А обнять любимого братика не желаешь? – сказал Мин, повалив Джисона на диван.
Джисон, конечно же, испугался от такой резкости. У бедняжки даже глаза на лоб полезли.
– Резко как-то, да? – спросил Хо, неловко улыбаясь.
– Ну и зачем ты меня пугаешь? – спросил Джисон, – Сам себя обнимешь. Спокойной ночи, – сказал он, уходя в ванную комнату.
– Эй, ну ты чего?
– Я? Я просто хочу побыстрее помыться и лечь спать. Вопросы? Вопросов нет, отлично.
***
Джисон говорил, что хочет «побыстрее помыться и лечь спать», но на деле? Ощущение, что он решил поспать в ванной, а не в комнате с Минхо.
А Джисона ничего не волнует. Нет, его наоборот что-то волнует, поэтому он засиделся в водичке.
Что его волнует? Загадка.
Минхо начало смущать, что его брат так долго моется. Он решил посидеть за дверью ванной комнаты. Может, услышит признаки жизни?
– Джисон, ты решил захлебнуться? Тебе ещё рано, – сказал Хо, постучав в дверь.
– А? – послышалось с другой стороны двери.
– Господи, живой. Слава Богу.
– Не слышу.
– Ц, ещё и получается в таких влюбляться!
– Влюбляться? Чё ты там несёшь?
– Вот почему он слышит только ненужные слова? – спросил старший у себя. – Вылезай, спать пора.
Джисон его опять не слышит, ну и Бог с ним. Но Минхо не обрадовался, когда к нему подошёл папаша.
– Чего здесь сидишь? Спать не пора? Ты же не сможешь выспаться.
– Тебя это не должно волновать, – недовольно ответил Минхо.
– Хошенька, ты обижаешь из-за того, что меня не было пару денёчков?
– Не называй меня так и не лезь ко мне, иди куда шёл.
– Слушай, ты не обнаглел? Да если бы не я, ты бы и остался в той будке с детьми! Ты всю жизнь должен бы мне благодарен! Сволочь ты неблагодарная! – после всех этих слов Кёнмин ушел со своей спокойной душой.
А вот Минхо остался сидеть, облокотившись спиной об дверь. Его задели слова человека, которого он считал отцом.
Парень сидел и тихонько плакал, закрыв лицо руками. Он старался плакать беззвучно, но выходило плохо.
Через несколько минут приходит мама, а из душа выходит Джисон и начинается допрос:
– Минхо, мальчик мой, ты чего плачешь? Что случилось, солнышко моё? – спрашивала мать, сидя на корточках и, вытирая слёзы с глаз старшего сына.
– Хоша, не плачь, пожалуйста. Мне больно видеть твои слёзы, – говорил Сон, сидя рядом с Хо и, обнимая его.
– Мам, ты бы меня никогда не бросила, да? Ты же меня любишь? Я же...нужен тебе?
– Родной мой, что за глупости ты говоришь? Я очень люблю тебя, а бросить просто нет причины! – уже громче сказала женщина. – Я лучше умру, чем тебя потеряю.
– Правда? Ты не шутишь?
– С чего мне шутить, зайчик? Я тебя очень люблю. Мы с Джисоном тебя очень любим.
– А папа нет.
– Он тебе такую глупость сказал? Джисон, идите с Минхо в комнату.
***
Джису в гневе отправилась к мужу. Он же сделал вид, что всё хорошо и ничего не было.
– Сволочь, как ты мог сказать ребёнку! – крикнула женщина, влепив хорошую пощёчину мужу.
– Ау, что я сделал?!
– Ты, гнида! Из-за тебя Минхо сейчас сидит в слезах! Он чувствует себя лишним из-за тебя, скотина!
– Хах, его так задел тот факт, что он приёмный? На правду не обижаются.
Ещё одна пощёчина прилетела к Кёнмину.
– Чего ты добивался? А? Скажи мне. Чего ты добивался!
– Он не знает, как с отцом нужно разговаривать!
– Ты сам не считаешь его своим сыном! Мразь, ненавижу тебя! Поговорим, когда подумаешь над своим поведением! А сейчас ты уходишь из дома без вещей, раньше же как-то получалось!
***
Братья сидят на диване, в обнимку, на минуточку.
Видимо, сон они не скоро увидят,
– Минхоша, не плачь. Всё хорошо, я с тобой. Я тебя люблю и никогда не оставлю в одиночестве. Без тебя бы моя жизнь была скучной. Без тебя, может быть, меня бы уже не было...Ты мой повод жить дальше, я не хочу видеть твои слёзы.
– Джисон... – Минхо начал реветь сильнее и громче. Но всё так же в плечо Джисона.
Джи, конечно, испугался. А что делать, когда человек плачет? Как мы заметили, своими словами, он делает только хуже.
– Родной, успокаивайся, а то проснёшься страшненьким.
– А не хочу быть страшным, – сказал Минхо, успокаиваясь.
– Вот видишь, какой ты молодец! Теперь тебе нужно переодеться, вся футболка мокрая – сказал Джисон, отстраняясь от брата.
– У тебя тоже, – сказал старший, шмыгнув носом.
– Ничего страшного.
– Тогда...у меня тоже нет ничего страшного. Давай спать ляжем?
– Если тебе так хочется, то ради Бога. Я всегда тебя поддержку.
Джисон обнял Минхо со спины и они легли спать. Уснут ли? Без понятия, честно.