представь: ты не замечаешь Беллами
Беллами привык к вниманию. Он был громким, сильным, иногда грубым, но всегда — заметным. Девчонки вокруг смотрели на него жадными глазами: одни мечтали о его защите, другие — о его внимании, третьи — просто о том, чтобы хоть раз оказаться рядом.
А ты... ты словно жила в параллельном мире. Когда он говорил — ты слушала Кларк. Когда он смеялся — ты отворачивалась к костру. Когда он проходил рядом, настолько близко, что можно было ощутить его плечо, — ты спокойно продолжала своё дело, будто его просто не существовало.
Для Беллами это было непривычно. Даже раздражающе.
— Ты вообще меня слышала? — однажды спросил он, когда обсуждал что-то с Кларк, а ты снова проигнорировала его слова и обратилась именно к ней.
Ты спокойно кивнула:
— Да, всё поняла.
— Тогда почему смотришь только на неё? — в его голосе было больше напряжения, чем он хотел показать.
Ты чуть приподняла бровь, но ответила спокойно:
— Потому что Кларк объясняет по делу, а ты больше любишь командовать.
Беллами нахмурился. Он привык, что его авторитет принимают — если не с уважением, то хотя бы с осторожностью. Но твой спокойный тон, без страха и без желания понравиться, сбил его с толку.
— Знаешь... — он наклонился чуть ближе, его голос стал тише, почти хриплым. — Ты единственная, кто делает вид, что я для тебя пустое место.
Ты посмотрела на него прямо и спокойно ответила:
— Я не делаю вид.
Эти слова задели его глубже, чем он хотел признать. Для всех он был лидером, силой, мужчиной, с которым можно провести ночь. Но ты видела в нём только шум, вспыльчивость и ненужные попытки впечатлить.
И именно это зацепило Беллами сильнее всего.
Он понял: если уж он хочет, чтобы ты его заметила, придётся показать то, чего не видит никто другой.
***
После твоего ответа «Я не делаю вид» Беллами замолчал. Его челюсть напряглась, взгляд стал тяжелее. Он хотел что-то сказать, но сжал зубы и отошёл.
Ты решила, что на этом всё — очередная вспышка его эго, и больше он не станет тратить на тебя время. Но ошиблась.
С тех пор Беллами будто решил доказать тебе обратное.
Ты таскала воду из реки — он оказывался рядом, молча помогал нести ведро. Ты собирала ветки для костра — он приносил целые охапки дров, будто это мелочь. Когда ночью ты оставалась на посту, он появлялся рядом с копьём в руке, даже если дежурство ему не принадлежало.
— Ты преследуешь меня? — однажды спросила ты, когда он снова появился, подхватив твоё ведро, пока ты его поднимала.
Он чуть усмехнулся, но в голосе не было привычной наглости:
— Нет. Просто хочу, чтобы ты заметила, что я умею делать больше, чем командовать и... спать с кем попало.
Ты прищурилась, не сводя с него взгляда.
— А зачем тебе, чтобы я это заметила? У тебя и так достаточно поклонниц.
Беллами замер, но потом посмотрел на тебя серьёзно, почти честно, без привычной маски самоуверенности:
— Потому что ты единственная, для кого мне хочется быть лучше.
Эти слова выбили у тебя почву из-под ног. Ты привыкла видеть в нём горячего, вспыльчивого парня, который привык брать, что хочет. А сейчас он смотрел на тебя так, будто впервые сам чего-то добивался — без силы, без грубости, только искренностью.