imagines сотня

Лагерь был тихим, слишком тихим для места, где ещё недавно кипела жизнь. Кларк сидела у костра, её глаза были пустыми, будто всё, что делало её собой, ушло вместе с Лексой.

Ты подошла к ней медленно, не зная, как именно заговорить. Кларк даже не повернула головы, когда ты села рядом.

— Ты ничего не ела, — тихо сказала ты, протягивая ей кусок хлеба.

Она не ответила. Только сжала пальцы, будто боялась, что если заговорит, то голос сорвётся.

Ты осторожно накрыла её ладонь своей.
— Кларк… я знаю, что сейчас больнее, чем когда-либо. Я не смогу заменить её. Но я здесь. Я рядом.

Она вздрогнула и, наконец, посмотрела на тебя. В её глазах стояли слёзы, но они не падали — будто Кларк держалась изо всех сил, не позволяя себе слабости.

— Я всё время думаю… — прошептала она. — А если бы я сделала что-то по-другому? Может быть, Лекса была бы жива.

Ты покачала головой и крепче сжала её руку.
— Нет, Кларк. Ты сделала всё, что могла. Ты дала ей то, что никто другой не смог бы — любовь и верность. Она ушла, но ты не виновата.

Кларк опустила голову тебе на плечо. Её плечи дрожали, и ты поняла — она плачет, но наконец-то позволила себе выпустить то, что держала внутри.

— Просто… так больно, — хрипло прошептала она.

Ты обняла её, гладя по волосам, как в детстве.
— Я знаю, сестрёнка. Я рядом. Я всегда буду рядом. Даже если мир будет рушиться снова и снова.

Долгое время вы сидели так — две сестры, одна оплакивала свою потерю, а другая охраняла её хрупкое сердце от нового удара.

И в этот момент Кларк впервые за долгое время позволила себе поверить, что одна она не останется.