9 глава. Веселье прошло незаметно
Если у нас всё впереди,
То давай увидимся снова.
После того вечера Дазай всё удивлялся, как Сюкоретто ещё не заболела, а судя, по тому, как легко она перенесла изменения температуры - проводила она, так вечера часто, ну или раз в неделю. Ария, конечно, его завела в море, но эстетики он в нём так и не нашёл, видимо, у аловолосой были свои причины любить море, или она заметно от него отличалась вкусами, находя везде эстетику. Но теперь море он видел немного по другому, как-то по-своему.
Сварив себе кофе и поставив его в большой кружке на барную стойку, Дазай запрыгнул на круглый, кожаный стул без спинки. Он почему-то не завтракал за столом, который всегда пустовал, и он каждый раз садился на одно и тоже место за барной стойкой. Горячий кофе согревал, немного обжигая горло. Дазай любил крепкий кофе, а Ария, с ещё одной своей наклонностью, крепкий чай с бергамотом, с двумя ложками сахара, и почему-то такой чай нравился только ей. И он запомнил, как именно она его заваривает. Почему-то осознавая, что ему не нужна это информация, он просто так продолжал её помнить.
Да, и вообще люди не очень сильно любят бергамот, Дазаю всегда чай с бергамотом, казался чем-то вроде напитков для гурманов, каким Осаму себя никогда не считал. Но и в этом отвратительном и невкусном, сугубо по его мнению, чае, Ария находила эстетичность, которую никак не мог найти Дазай, сколько не пробуя его, для него этот чай не нравился нисколько. Ария находила эстетичность во многом, но Осаму не интересовала её эстетичность в чае или море, его интересовало: находит ли Ария эстетики в нём? Да, безусловно он привлекателен, красив и умён, он умеет очаровывать харизмой многих дам. Но только теперь его тянуло к одной, которой, кажется, всё равно на него и его действия, но которая так же на них и отвечает. Она тогда, на пляже поцеловала его, еле ощутимо, но так сносяще крышу приятно, что даже Дазай застыл на месте в недоумении.
У Сюкоретто не было модельной внешности, не было многого, но у неё было что-то другое, чего не было у моделей и прочих красоток Йокогамы, у неё были прекрасные глаза, несносный характер, растрёпанные волосы, да и иногда по утрам она была похожа на чудовище, но что-то в этой несносной аловолосой кошке было. Причём такое, что даже Дазаю снесло голову, от покрасневших щёк, карих, всегда манящих к себе и отдающих красным, прекрасных глаз. И от этого сносило голову, безвозвратно, и Осаму попался.
А Ария безнадежно тянулась к переменчиво кофейной радужке, таких много увидевших глаз, к немного вьющимся, каштановым, закрывающим перебинтованную часть головы, а всё с ней и глаз, волосам, до которых она так и не разу не дотронулась. А как, порой хотелось... Её тянуло к переменчивому характеру Осаму, его странный характер мог быть, как и жестоким мафиози, так и робеющим, непонимающим обычным человеком. Порой Осаму, казался, высокой и недоступной стеной, а порой и человеком, способным испытывать чувства и эмоции. Только вчера на пляже Ария это поняла и не удержавшись поцеловала, открывшегося Дазай, каким видела его впервые: дрожащим от холода воды, непонимающим действий оппонента - человеком, способным на, хоть, и нерешительные и редкие, но всё же эмоции. На человечность, почти полностью отсутствующую в мафии.
Выйдя из комнаты, немного больной, от того, что вчера она заснула в неудобной позе, головой, она всё же направилась на кухню, где пил кофе Дазай и думал о чём-то своём. Она подошла к чайнику и убедившись, что Дазай пил сваренный, а не расстворимый кофе. Ария поставила холодный чайник греться.
Дазай даже не посмотрел на неё, он смотрел, развернувшись на стуле, в окно. День предвещал быть бессолнечным и немного пасмурно, возможно, что даже будет дождь. Дазай часто садился садился спиной к окну, и почти постоянно разворачивался к нему лицом, с большой кружкой кофе, в руках, рассматривая после рассветные краски неба, или ленивые передвигающиеся по небу облака. По погоде облака он рассматривал редко, сейчас в портовом городе потепление.
В приглушённом свете лицо Осаму, казалось, спокойным и уравновешенным. Каштановые пряди волос сегодня были, наконец-то расчесаными, Дазаю постоянно было некогда их расчесать из-за различных дел. Грудная клетка поднималась и опускалась, во время дыхание, говоря о полном спокойствии и увлеченности небом. Ровные и немного острые черты лица, аристократичный ровный нос, немного вытянутый подбородок, и глаза... У Арии сбивается дыхание, при виде глаз Дазая, таких спокойных, только сейчас. С Осаму трудно ладить или что-то подобное, всему виной его нестандартный характер и суецидальная наклонность. Дазай - сплошная мечта любителя эстетики и, наверное, почти любого фетишиста, особенно если не брать в расчет характер Осаму. В нём она видит эстетики и контраста больше чем в любом самом красивом море или искусно приготовленном чае.
- Ты что-нибудь помнишь? - голос Осаму заставляет вздрогнуть и перестать рассматривать его, отводя взгляд она думает, что ответить, а щёки предательски краснеют.
- Да, - и всё же она решилась - твёрдая и уверенная правда, сказанная в таком же тоне. Да, и не зачем врать, Осаму разкусит любую ложь.
- И много?
А тут она и вправду не знает, что ему можно ответить, а Дазай всё так же смотрит в окно, рассматривая серые тучи, двигающиеся по утреннему небу.
Ария сейчас неволей сравнивает его с боссом, такой же серьезный, делающий вид, что ему всё равно на действия Сюкоретто. Да, точно так же, как и перед Мори, когда провинилась или провалила миссию. Но и одновременно, что-то другое.
- Всё.
Дазай в удивлении смотрит на неё. Она всё помнит. Осаму по привычке усмехается, меняет позу, опираясь локтями на стеклянную поверхность, зарываясь рукой в волосы, а другой держа уже пустую чашку кофе.
- Вот как, - эспер ещё несколько минут назад допил кофе и сейчас направлялся к раковине. Ария облокотилась на стену и была в двух метрах от раковины. Дазай ополоснул грязную чашку и поставив её обратно, в шкафчик для посуды.
Сюкоретто продолжала стоять смирно и только, когда рука Дазая потрепала её по голове, взъерошев волосы. Под непонимающий взгляд Арии, Осаму скрылся с кухни. Она слышала, как Дазай надевает на себя пальто, обувается, как закрывается дверь и щелкает замок.
Ария тяжело выдыхает, опускаясь по стене и вытягивая ноги. Она дотрагивается до макушки головы, там где недавно её касался Дазай. Слишком все сложно. Психологию человека и так понять трудно, а Дазай, так вообще - один сплошной квест, для психологов. Который простому человеку ни за что не разгадать. Пол кухни не самый лучший стул и вскипевший чайник об этом напоминает. Встав и наведя себе кофе Ария пошла к стульям барной стойки. Только поставив напиток на стол, Ария в удивлении посмотрела на любимый напиток исполнителя порта.
- Я точно схожу с ума.
Говорила Сюкоретто выливая кофе в раковину. Она не любит кофе, не любит мафию, не любит убийства, и как же только её угораздило свестись с воплощением всего этого.
Причина её сумасшествия, очень проста - Осаму Дазай. Причина его сумасшествия - Ария Сюкоретто. И с этом они уже ничего не смогут поделать.
Их сняли с первых двух уроков и она почти не удивилась увидев на пороге Стёрт.
- Что это ты такая потрёпанная? - входя в коридор квартиры, кидая школьную сумку на пол спрашивает Лиа.
- Сама не лучше, - огрызнулась Сюкоретто, скрещивая руки на груди и смотря на не менее потрёпанную подругу: немытые несколько дней волосы, болезненный взгляд, бледная кожа утверждала, о том, что подруга вчера была тоже изрядно пьяна, и круги под глазами тоже это подтверждали. И сейчас ей не очень хорошо.
- Аспирин есть? - уже избавившись от верхней одежды, говорит Лиа, проходя в гостиную. И плюхнувшись на диван, без капли стеснение, рукой хлопая по обивки мебели, приглашает Арию. А Сюкоретто еле сдерживала смех. Сейчас самая грозная староста класса - Лиа Стёрт, мучается от похмелья, лёжа на диване. Исчезнув на несколько минут и вернувшись со спасительной таблеткой, чисто от всего, и стаканом воды, отдавая подруге, - Я смотрю, тебя совсем похмелье не волнует, - замечает Лиа откидываясь на спинку дивана.
Знала бы Стёрт, что Ария благодаря способности, если больше не пить, трезвеет за час. А если и не трезвеет, то способность точно от похмелья спасёт. А если ещё бродить по мартовскому морю, то достаточно нескольких минут, а если рядом Осаму...
- Как себя Фостер чувствуют? - решила нарушить тишину спрашивает Сюкоретто, а немного покрывшиеся румянцем щеки выдаю недавние воспоминания.
- Эмили сегодня не придёт, а до твоего любимого я не дозвонилась, так что - давай сама, звони, - с трудом говорит Стёрт, прикладывая руку к голове. А Ария вообще удивляется, что та самостоятельно приползла к ней.
Ария решает больше не мучить бедную девушку и идёт переодеваться в форму, до школы меньше часа, а пойдут они скорее всего пешком, чтобы немного привести Стёрт в порядок. Переодевшись она решает набрать Грею, и когда слышится вымоченное и краткое "да", Ария с облегчением выдыхает.
- Ты придёшь сегодня? - взволнованным голосом спрашивает Ария, кладя вторую руку на телефон, как бы передавая свою нежность и преданность.
- Смотря куда, - на другом конце провода усмехается Грей.
- В школу, - утверждает Сюкоретто спокойным голосом. Она легко краснеет и отходит, но не с Дазаем, а вот с Фостером всё было легче, он был спокойным и нежным.
- Да, пойду, а вот старшей сестричке совсем плохо..
Дальше у них была бессмысленная болтовня про всё и вся.
***
Арии нравилось на переменах бегать с Греем по углам школы, целоваться, чтобы не заметили учителя. Вполне обычная школьная жизнь подростка. Бегая по этажам с Фостером она забывалась, забывала кто она, от куда и где работает. С Греем было так непринужденно легко и приятно, что даже не верилось, что это не сон и она не проснется в холодной кровати.
Эмили тогда так и не пришла, про это Хару шутил и обижался на подругу. Ария подозревала, что Хару и старшая Фостер не просто друзья, но ловя взгляды Стёрт на Макаца. Сюкоретто посылала куда подальше свои теории. Она знала, что если Хару и признается Эмили в своих чувствах, то она его всё равно отвергнет и его будет успокаивать Лиа. Тогда им точно не помешают и Стёрт сможет признаться ему, она уверена, что тогда он ей ответит взаимностью. Ведь Лиа признак идеала для многих: и нежная, и строгая, милая и знающая свою вторую половинку, и фигура, и душа. Полная противоположность Арии. Тут тоже противоположности притягиваются.
Сюкоретто сидела глупо улыбалась и мечтая о любви своих друзей.
- Эй, Ария, с тобой всё нормально? - рука Макаца замаячила перед лицом Арии, та убрав руку посмотрела на него грозным взглядом. Вот только настырность Хару выводила её из себя.
- Я у тебя перед глазами руками не махаю, - сказала Ария, всё так же прожигая друга взглядом, пытаясь сделать в нём дырку.
- Ты связался с монстром, - буркнул Хару Грею, на что последний громко рассмеялся.
- Повтори? - требует Ария смотря всё тем же злым взглядом, вставая из-за стола, за которым они сидели, обедая.
- Ничего, - поднял руки Макаца, сдаваясь Сюкоретто.
***
Ария пришла домой, как обычно раньше Дазая, кинув сумку на пол и стянув с себя пальто, Сюкоретто наклонилась снимая обувь. Сегодня был обычный неприметный день. Почувствовав, что телефон в кармане сумки начал вибрировать и издавать приглушённые звуки мелодии.
- Да, босс, - почти на автомате ответила Сюкоретто, поднимая сумку и направляясь в свою комнату.
- Ария-тян, у меня для тебя сюрприз, - торжественно проговорил Мори. А у Арии глаз невольно дёрнулся, такие неожиданные "сюрпризы" редко приводили к чему-то хорошему, например - к Дазаю.
- И что же на этот раз? Новый упырь-суецидник, или что-то похуже?
- Видимо, с Дазаем, вы никак не подружитесь, - ну, да, подружиться с Осаму, Ария недовольно хмыкает.
- А должны были? - передразнивает Огая Сюкоретто, пока босс не приехал можно позвонить себе немного лишнего, ну или много. Пока не приехал.
- Ладно, оставим исполнителя в его долгожданном покое. И перейдем к сюрпризу, - и не дожидаясь ответа, он продолжает, - Я приеду через два дня, - торжественно объявляет он. У Арии на мгновение выпадает телефон из рук, но благодаря способности она его ловит.
- Я очень рада.
Ария сбрасывает вызов.
Получается, что сегодня их последний день совместного проживания. Ведь, она взрослая девочка сможет и сама одна просидеть одну ночь. Надо отметить что ли? Но как отмечать с Дазаем, к которому так и не поняла, что ощущает. Раздражение, неимоверную тягу, желание убить и ненависть, вроде, ничего больше. Тогда почему сейчас она шатаясь, идёт в комнату, на ватных ногах? И снова всё слишком сложно и непонятно.
Но послав всё куда подальше, она кидает сумку на кровать и идёт к шкафу, надо переодеваться. Переодевшись и выпив чай за компьютерным столом, стоявшим в её комнате. Ария услышала, как Дазай зашёл в квартиру, снял обувь и пальто, а после прошёл к её комнате, чтобы убедиться жива ли она и пошутить.
- Дазай-сан, поздравляю! - она разворачивается к нему на стуле, прежде чем он успел, что либо сказать, и разводит руки, как бы говоря "поздравляю", натягивает улыбку и продолжает, - Поздравляю, сегодня был последний день, нашего с вами проживания! Босс возвращается. Можете паковать вещи и валить к себе, - на последних словах она развернулась, обратно к монитору компьютера, убрав улыбку.
- Вещи поможешь собрать? - Дазай улыбается, облокотившись рукой о дверной косяк, подпирая ей же свою больную голову. Сейчас, в которую Ария бы с удовольствием кинула чем-нибудь тяжёлым или острым.
- Я бы с удовольствием выкинула ваш кофе в мусорку. Чем и займусь, если вы продолжите отвлекать меня, - шипит Ария, отодвигаясь от стола, смотря в глаза Дазаю.
- А я бы тебя выкинул, желательно в окно, - говорит Осаму и скрывается, прежде чем в него летит сумка. Предметы которой при встрече с дверным косяком, были разбросаны по всему полу.
- Кретин.
- Сумасшедшая истеричка.
***
Дазай за час собрал бы все свои вещи, но специально растягивал время, всё больше шутя над Арией. Тем больше заставляя её думать, что в её квартире наконец-то наступит тишина, без вечных перепалок с Дазаем. И он думал, что мозг ему будет ебать только босс и Накахара, но временами и она. Совместные задания никто не отменял.
Дазай стоял с сумкой своих вещей и ждал чего-то, а чего и сам не знал. Редкое чувство, для Осаму. Ария стояла на расстоянии от него около трёх метров.
- Подойди.
Ария с минуты смотрит на исполнителя, а потом в непонимании подходит.
- Я вспомнила. Вы забыли книгу. - если Ария немного догадывалась о его намерениях и сейчас пыталась как-нибудь увильнуть от него, думала, что от Осаму можно так легко уйти, то Сюкоретто глубочайши ошибалась. Она была не далеко от него, на расстоянии вытянутой руки, подойдя слишком близко. Когда Ария развернулась она уже думала, что сейчас уйдёт невредимой. Зря так думала.
Дазай потянул её за запястье на себя, переманивая на холодный пол, где обычно люди разуваются, а не стоят босиком, как сейчас Сюкоретто. Осаму и не думал её прижимать, куда-нибудь к стене или шкафу, просто знал - что не сбежит. Не захочет, не поймёт, что происходит, просто не сбежит. Дазай немного наклонился беря её за подбородок, заставляя Арию смотреть ему в глаза.
Ухватившись за плечи, Ария впервые за всё время поняла, чем пахнет Дазай. Ель или сосна. Сейчас глаза Дазая выглядели, такими властными и, не присущей ему нежностью, что подчинился бы любой, кто был во власти карего омута глаз. А у Арии глаза были широко раскрыты, вырываться, или же бежать она не собиралась. Просто тонуть в омутах глаз друг друга.
Дазай кинул сумку на пол, сейчас она ни к чему. Он поднял руку к её щеке, нежно гладя, заставляя Сюкоретто поддаваться его касаниям. Ария чуть ли не мурлыкала, когда он оглаживал её по щеке. Так нежно, ни как не свойственно Дазаю, но её больше никто так никогда не будет гладить и целоваться, до потери сознания. Впервые она дождалась от Дазая нормальной нежности, не от того, что ей это было нужно, не от того, что она была пьяна.
Осаму и нежность. Казалось бы такие не сочитаемые вещи, но при их столкновении просто можно упасть, от его властных глаз и нежных касаний.
Надавив на челюсть заставляя её открыть рот. Она бы, конечно, это сделала и добровольно, но Дазай, не Дазай, если бы не сделал так. Проникая языком в рот Осаму теперь не церемонился на нежность и прочую ерунду, которую он считал не нужной, но иногда искренне проявлимой. Дазай садист любящий пытать своих жертв, самыми различными способами, до которых только можно додуматься. И сейчас он неторопливо и грубо проводил языком по дёснам и нёбу, не давая Арии и права перебрать инициативу в свои руки, забирая всё до капли.
Колени подкашиваются и Дазаю приходится переместить руки на талию девушки, чтобы та не упала. Но вскоре Дазай углубил поцелуй, заставляя втянуться и Арию, бороться за право лидерства. Которые всегда будет принадлежать Осаму, Осаму и больше никому. Разорвал он поцелуй только тогда, когда им обоим катастрофически перестало хватать воздуха. Двойное самоубийство во время поцелуя. В принципе, Дазая это устраивало, но сейчас немного другие планы.
Ария быстро опрянула от Дазая, вытирая рот рукой, что и делал сам мафиози, он не любил слюну на губах, а Сюкоретто просто не знала, как поступать и это было единственным решением. Осаму усмехнулся и поднял сумку, которую скинул с плеча. А Ария отчаянно себе повторяла, что у неё есть Грей. Но если есть Фостер, то зачем тогда отвечала? Сейчас, и для неё, и для Осаму это было одной из самых больших загадок.
- Считай, что книгу я тебе подарил, - говорит Осаму, открывает дверь и уходит не закрыв её полностью.
- Зачем мне ваше руководство по самоубийству? Я таким не занимаюсь, - кричит Сюкоретто наполовину высунувшись из дверного проема, смотря на Дазая прожигающим взглядом.
- Может что-нибудь новое, для себя узнаешь, - Осаму машет рукой, на прощание. Они в мафии ещё встретится и не раз, но поцеловать её под пристальные взгляд недовольных и злых мафиози, и Огая. Мори, он, конечно, не сильно боялся, но босс это воплощение логики и непредсказуемости. Дверь захлопнулась, не оставляя возможности обернуться на красное лицо Арии, которое он больше, наверное никогда не увидит.
Уходить из любого дерьма с улыбкой на лице. Они оба это прекрасно умели, и сейчас Осаму спокойно шёл по вечернему городу с ненавистной многим улыбкой на лице. Ветки сакуры с только образовавшимися бутонами покачивались в такт слабому ветру. Где-то через две недели они раскроются и повлекут город в розовую пелену красивых лепестков. А Дазаю все так же нравятся отвратительные перемены природы, которые многие принимают за должное и терпят. Осаму видит эстетику в отвратительной погоде, крепком, только сваренном кофе и Арии, последнее явно слишком сильно влияет на его жизнь.
Зачем Дазай её поцеловал и проявил нежность, которые так противоположны друг другу? Да, он и сам толком не знал, но какая-то часть сознания твердила, что надо это сделать, ведь потом неизвестно, когда ему выпадет такая возможность.
***
У меня было время и я написала главу. НЕТ ЭТО НЕ КОНЕЦ. Ещё глав как минимум семь-восемь будет, может даже больше. Я всё ещё не знаю, что ждать от своей немного больной фантазии.