кошмар.
(Для большего эффекта в этой части рекомендую при чтении слушать песню "Red Sex (Re-Strung) - Vessel, Rakhi Singh".)
Ночь стала беспокойной. Начался сильный дождь.
Роза лежала в кровати. Рома лежит на раскладушке у батареи. Миша лежал между сестрой и стенкой. Всё вроде в норме. Но какое-то странное и неприятное ощущение.
Девушка встала с кровати и направилась к двери. Уж больно сильно захотелось пить.
Спустившись на кухню, она набрала в стакан и прислонилась к шкафчику поясницей.
Сквозь прозрачную пелену стекла стакана и воды, она заметила странное:
На улице было темно, ничего не видно. Будто кто-то закрасил небо черным. Даже луны не видно или же уличных фонарей. А перед окном мелькали мелкие белые хлопья. Из-за окна виднелись сугробы под домом. На окне мороз нарисовал различные узоры.
Почему...
Почему?..
Почему снег в апреле?
Внутри Розы начала подниматься необъяснимая тревога. Мысли стали метаться слишком быстро и беспрерывно.
Почему снег в апреле?
Слишком тихо.
Почему так темно?
Слишком подозрительно...
Вдруг раздался звонок в дверь. Ветер за окном зашумел ещё больше, будто окружал дом и не давал ей вырваться наружу или чему-то внутрь...
Роза осторожно, почти бесшумного подошла к двери. Она приподнялась на носочки и посмотрела в глазок. Темно...
Девушка отстранилась от глазка и прислушалась. Она стояла совсем неподвижно, боясь пошевелиться. Но тело не могло так долго без движений. Она переминалась с ноги на ногу, но так же старательно слушала. Скрип...
Это скрипнула доска под ней, когда она перенесла вес на другую ногу.
Тишина будто стала давить ещё сильнее. Раздался беспрерывный бой по двери, да такой, что дверь затряслась.
Девушка сразу отпрянула от двери, смотря с накатывающимся животным страхом. Он сковал её тело.
Глаза бешенно бегали, что-то скреблось по окнам противным и писклявым скрипом, где-то шуршали и поскрипывали доски, но дверь перестала стучать... Тишина... Только вой ветра и тихий шорох шторы.
- Роза, это я, Антон!
Голос белокурого парня раздался из-за двери.
Роза ответила не сразу. Она будто бы забыла, как двигаться. Но, преодолев этот осадок животного страха, она подошла к двери и ещё раз посмотрела в глазок. В глазке уже было видно, как на пороге стоит Антон в слабом свете фонаря на крыльце.
- Антон, ты придурок! Зачем так пугать-то?
Роза сказала громко, чтобы друг услышал из-за двери, пока девушка открывала её. Что-то внутри её кричало, что это ошибка и делать это опасно. Но было поздно.
Роза открыла дверь. Перед ней стоял Антон в своей маске зайца и зимней куртке.
- Антон, ты чего так поздно приходишь? Полночь на дворе, а ты в двери ломишься. И почему ты в своей маске?
Роза с подозрением посмотрела на парня. Тело сразу пробрал холод и морозная свежесть уличной зимы.
- Да так, сегодня же ведь... Это... Колядки!
Антон неуверенно потер затылок и оглянулся.
Роза подня бровь в сомнениях.
- Антон, сейчас апрель. Какие колядки?
Девушка смотрела в глаза Антона, которых было не видно из-под белой ткани в прорезях для глаз.
- Роза. На улице зима. Колядки. Пошли со мной! Там все ребята собрались!
Антон протянул руку и схватил Розу за руку, а другой рукой достал из кармана конфеты.
- Гляди! Это меня друзья угостили. Пошли с нами!
Антон больно сжал руку девочки, будто намекая на то, что ей нельзя отказываться.
- Антон, это уже не смешно. Отпусти меня, мне больно!
Девочка попыталась вырвать руку из его хватки, но он не отпускал. Голос Антона стал ниже и тише.
- Соглашайся... Нужно мясо для зверей. Или им стану я, или им станешь ты...
Табун мурашек пробежали по Розе, вгоняя в неё животный страх. Девушка пыталась вырвать руку или отстраниться внутрь дома, но Антон с нечеловеческой силой тянул её за собой в сторону улицы.
- Антон, отстань! Прекрати уже говорить, это не смешно!
В далеке послышалась считалочка дедушки:
"Раз — два, прилети, сова.
Три — четыре — пять, время поиграть.
Шесть да шесть, дыбом волчья шерсть.
Семь — восемь, бьём копытом оземь.
Зайчик, выходи скорей, мясом накорми зверей!"
Роза замерла в моменте, будто пытаясь понять, откуда и кто это говорит. На дороге, за забором, она увидела группу детей и, видимо, взрослого, что напевали эту считалочку. Дети были в различных масках животных: лисы, волка, медведя, совы, Антон в маске зайца. А взрослый был в маске козла. Вроде бы, колядки, как они говорят. С одной стороны они все такие разные и веселые, а с другой — немного ужасающие. Что-то скрытное наводило страх.
Антон тоже стоял рядом и немного ослабил хватку. Видимо, чтобы Роза не упала в снег и приняла решение. Именно в этот момент, она дергается и пытается убежать.
- Рома, помоги! Ром!
Роза закричала что есть мочи, надеясь, что парень услышит и прибежит на помощь.
Но Антон снова хватает и сжимает до боли её руку. Вдруг, резко заболел живот. Что-то острое и твердое прорезало мягкость тела и провернулось. Это был нож... Нож бабочка, что выглядел в точности, как у Пятифана. Он был у Петрова в руке и погружен лезвием в плоть девушки. Парень резко дернул рукой и вытащил нож из теплой плоти.
Кровь моментально окрасило одежду шатенки. Девушка почувствовала во рту солоноватый вкус.
Алая жидкость пропитала подол футболки девушки и стала капать на снег, маленькими пятнами растекаясь по мерзлому слою белого пуха. Голову закружило, а в ушах появился тихий звон. Ноги будто стали ватными и начало клонить в сон. Роза и сама не заметила, как упала спиной на снег.
Почти сразу же, над ней навис козел. Он противным голосом с блеяньем пророкотал:
- Вернемся следующей зимой, наша рысь.
Козел достал из рукава маску, одел на лицо девочки, а после заиграл на флейте в виде кости.
Козёл и Антон отошли. Мороз приятно окутывал тело, создавая ощущение тепла. В сон клонило сильно, по этому Роза закрыла глаза. Она просто позволила себе очучиться в холодной окутывающей тьме. Вот оно, смерть?
В далеке послышался тихий, приближающийся крик, будто бы отовсюду, звучал голос.
- Роза... Роза. Роза! Роза! Твою мать, Образцова! Проснись уже!
Горло и легкие жгло, пропирая на кашель, нос болел, а рядом, труся за плечи, сидел взбалошенный и перепуганный Рома. Роза была наклонена, вокруг валялись салфетки а после и вовсе полотенце, которым Рома зажимал девчонке нос.
- Ром, что случилось?
Роза в непонимании посмотрела на взъерошенного парня.
- Да ты... Блять... У тебя что-нибудь болит? Как себя чувствуешь.
Рома поджал губы и разглядывал лицо Розы, будто бы искал признаки её самочувствия. Хотя в комнате было темно и только слабые лучи луны пробивались через шторы.
- Да нормально я, что произошло?
Роза хотела отодвинуться, но Рома держал её, чтобы не убирать полотенце от её носа.
- Я спал и услышал, что ты кашляешь. Я подумал, покашляешь и перестанешь, но ты не переставала. Я позвал тебя, а ты не слышишь. Встал подойти, а у тебя вся морда в крови. На подушке, на одежде, простыне. Короче, везде твоя кровь. А с носа как фонтаном бьёт. Я тебя будить, а ты не просыпаешься. Сгонял за полотенцем на кухню. Помню, что голову запрокидывать нельзя и нос нужно зажать. Больше не делал. Разве что, вытел твое лицо.
Рома держал полотенце в руке, свободной рукой и взяв за край полотенца, поднес к лицу шатенки и вытер пятно не её щеке.
- Серьёзно?
Роза удивленно вскинула брови.
- Нет, блять, шучу!
Рома нахмурился. Было слышно, как его голос слегка дрожит.
- Ладно, прости.
Роза огляделась. Ужас... И правда, всё в крови...
- Давай. Надо снять и закинуть сразу в стирку, иначе высохнет и не отстирать.
Роза забрала полотенце, продолжая держать у носа. Рома взял Мишу осторожно, переложил на свою раскладушку. После чего подошел к кровати девушки.
- Давай я сниму постельное. Ты расскажешь, как вашу эту машинку стиральную включить, а я всё сделаю.
Рома выглядел решительным. Видимо, сильно испугался...
- Хорошо...
Роза слезла с кровати и направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Предварительно она взяла с собой сменную пижаму.
- Я буду в ванной. Переоденусь и умоюсь.
Заговорила девушка, после ушла.
- Мг... Осторожнее только...
Рома посмотрел в последний раз вслед девчушки, после приступил к смене постельного белья.