Бессмертие

РОV Миша:
Напряжённая пауза могла продолжаться бесконечно. Андрей тоже не представлял, как выглядит мой отец, я редко что-то о нём рассказывал, стараясь даже в этих нечастых словах обозначать своё нейтральное отношение к Юрию Михайловичу. Даша, столь недавно появившаяся в моей жизни, даже не предполагала, что представленный ей мною папа окажется майором. О моих отношениях с ним она не была осведомлена. Девушка стояла в растерянности, милиционеры, настолько зелёные и неопытные молчали, боясь сделать и шагу, Андрей нервно переминался с ноги на ногу и только мы с отцом не прерывали зрительного контакта. Моего папу было трудно чем-то вывести из себя. Военно-полицейская выдержка сказалась на его характере и закалила почти до непробиваемости. Этому человеку власти, остающемся им и на работе, и дома, невозможно было не подчиниться, ведь один лишь пронзительный тёмно-кофейный взгляд буквально прожигал изнутри. С детства мы с братом привыкли всегда слушаться папу. Мама имела на него успокаивающее воздействие, но уж если кто-то умудрялся вывести из равновесия папу до глубины души, тут уже никто не мог бы остановить подожжённый динамит. Я видел злым в буквальном смысле этого слова единожды. Это был день, когда высокий, юный и взбалмошный кареглазый парнишка Миша Горшенёв повредил в свой талант, в своих товарищей... Когда внутренний мир резко переосознавшего всё меня перевернулся и я шагуо навстречу непростому творческому будущему. Папа всегда видео в двоих своих сыновьях военных, с непоколебимым железным характером и армейской выдержкой. Когда меня не взяли в армию из-за склероза, он не оставил надежды сделать из меня настоящего мужчину. Но уже тогда , стоило Юрию Михайловичу уйти из дома, я приводил с собой Балу, Поручика и Князя и мы писали с ними музыку и критиковали тексты Князя. Я не воспринимал это всерьёз - ни к чему не обязывающее увлечение. Но наконец, я решился и понял: на самом деле музыка для меня не просто весёлый вечер в компании гитариста и барабанщика, а что-то большее. Внутреннее, духовное, неописуемое! То, без чего, как кажется, не может жить человек. Если не будет музыки, остановятся гулкие удары моего сердца, покинет тело высокодуховная душа, взрывающаяся к прекрасному и светлому. Как сейчас помню этот день.В окно нашей квартиры приглядывалась ласковое солнце, в открытое окно врывался ветерок, вздымающий время от времени штору. Мать готовила на кухне, отец сидел за столом и читал газету. Я позвал их и сообщил о своём решении уйти из дома. Дома у меня не было возможности целиком отдаваться музыке, да и тем более, только в отсутствии отца, я чувствовал себя спокойно. Мать уронила половник, которым так старательно вмешивала что-то в кастрюле. С глухим и противным звуком он ударился об пол. Отец поднял взгляд от газеты. Казалось,он продолжал оставаться безучастным, но в его глазах загорелся нехороший и доселе неведомый мне огонёк. Мать спешно подняла половник и начала что-то быстро бормотать, смахивая невольно катящиеся слёзы. Я едва ли слышал её то ли мольбы остаться, то ли слова поддержки. Всё это время я, как сейчас - неотрывно, смотрел на отца.Его взгляд холодел с каждой секундой, к глазам приливала кровь.Обняв меня, мать обратилась к нему:
-А ты что же, Юра?
В ответ отец как-то недобро хмыкнул.
-А что Таня? Не выйдет из парня хорошего человека, как бы я не старался.
Мать нервно махнула тряпкой в его сторону.
-Юра, а у Мишки-то и вправду получается.
Она не раз становилась свидетелем того, как я приводил свою компанию музыкантов в квартиру и устраивал нам панк-рок вечера.
-Да что получается!? Что у него получается?!-газета оказалась мгновенно отброшена в сторону, а отец нервно вскочил со стула и заходил по комнате.-Ладно бы пел чего-нибудь нормальное, а то всякий бред несёт м радуется, а ты ему потакаешь! Ну уйдёт он сейчас и что из него выйдет!? Бомж дорожный! А ты, значит, Таня, всё-таки разрешала этим придуркам припираться к нам в квартиру?-агрессивный вопрос так и повис в воздухе, оставшись без ответа. Последовала продолжение гневной триады:
-Я из тебя мужика растил, Михаил! А ты кем станешь? Певичкой из бара? О, Боже! Разве мог ли я подумать что мой сын...("Мой сын"мужчина выделил басом)-свернёт с правильного пути? Пойдет под наклонную.
Видимо, отец предполагал, что его речь вразумит меня и я откажусь от сумасшедшей идеи.Но моя непоколебимая уверенность - единственное, что отцу удалось передать от себя, оставалась твёрдой.
-Уходи,Миша.-точно плюясь ядом, прохрипел он.-Ты мне не сын больше.
-Юра!-взмолилась мама, но я, лишь осторожно убрав её руку со своих плеч рывком оказался у двери. Я был зол, взгляд был затуманен. Не помню, как маме удалось всунуть мне несколько купюр и сквозь слёзы обнять на прощание. Солнечный день мгновенно сменился дождём, налетели тучи и загремел гром. Я решительно шёл по мокрому асфальту, с моей головы стекали капли воды. Промокший с макушки до пят и жалкий я шёл, навстречу к новой и неизвестной жизни. С тех пор прошло три года.
Я всё тот же худой сумасбродный парнишка с копной вихрастых волос на голове. И так же, как и тогда, я смотрю на своего отца, не отводя глаз. Но теперь в моём взгляде огонёк счастья, уверенности и ощущения радужного будущего, а не сомнения и страх, как тогда.
-Миша...-первым паузу прервал отец. Я не знаю, в какой интонации он хотел произнести моё имя, но получилось это как-то расплывчато и неясно.
Я был в полной растерянности и не знал как поступить. Сердцем я бы уже давно обнял и помирился с отцом, а разум подсказывал :"не позорься перед Князем и Дашей, кто знает,как он себя ведёт".
-Здравствуй, папа.-пролепетал я в ответ. И сам того не ожидая, я оказался в крепких и неуклюжих мужских объятиях папы. Я опешил. Моё приветствие сработало как рычаг. Он сорвался с места и ,раскинув руки, прижал меня к себе.Непроизвольно, я сжал его плечи в ответ. В наших детско-родительских объятиях, моё сердце тревожно забилось. Как можно было трактовать эти объятья: показное приветствие перед всеми или действительно проснувшееся желание помириться?Но я почувствовал, как на мои объятия, отец откликнулся с пылом. И так простояв минуту в растерянности и в то же время счастье, мы наконец отстранились друг от друга. Улыбка просила на лицах всех присутствующих. Глупая и угодливая улыбка озарила лица милиционеров, ласковая и добрая - Дашино личико, по-дружески радостная - Андрюхино.Я сам не заметил, как отец увлёк меня в сторону.
-Юрий Михайлович!-наконец вымолвили милиционеры, но он лишь махнул в сторону и процедил:
-Сами разбирайтесь.
Даша мельком улыбнулась мне, готовясь повторить заезженную историю заново , а Андрей уже начал диалог.
-Ну как ты, Миша?-шёпотом, что было ему несвойственно, спросил отец. Я весь трепетал, как провинившийся мальчик. Мне казалось, что мы с отцом живём по разные стороны пропасти. Он никогда меня не поймёт. Я никогда не пойму его. И лучше нам не соприкасаться. Но сейчас, когда лапаовым шёпотом он участливо спрашивал меня, я резко обрёл уверенность в том, что мы могли бы стать поддержкой друг друга.
-По-тихоньку, папа.-хотелось столько всего сказать ему и не раз я воображал себе нашу встречу и разговор. Я думал, как гордо подняв голову я буду распинаться, рассказывать о своих успехах, а отец напряжённо поглядывая на часы будет скрежетать зубами.Но всё состоялось так неожиданно и так непривычно ласково, что все язвительно-хвастливые фразы вылетели из головы. Мы отошли уже порядочно и отец, сев на скамейку, пригласительно похлопал рукой по соседнему пустующему месту.Я неуверенно присел и папа начал говорить, не глядя мне в глаза.
-Ты знаешь, Миш, после твоего прихода нам пришлось несладко. Я сам тогда очень пожалел, что вспылил. Ты бы знал, как мать твоя рыдала, а там еще и дождь был.
Меня искренне удивило, что отец так хорошо помнил день события, ведь мне всегда казалось, что его не особенно интересует моя жизнь и всё, что с этим связано.
-Ты уже не держи на меня зла за тот день, Миш. Я хотел как лучше для тебя.-с этими словами он бросил на меня мимолётный взгляд, но сколько в нём было раскаяния и как тяжело ему давалось каждое слово, потому он и не смотрел мне в глаза.Сказанное так меня растрогало, что я самопроизвольно положил руку на его плечо и слегка улыбнувшись, отец продолжал:
-Ты же знаешь мой характер, сын. Я всегда был скалой, твердыней. И тебя хотел сделать таким же.И Лёшу. И думал, что делаю всё правильно. Да только мне теперь за обоими угнаться. И Лёша совсем отбился, Миш.-отец тяжело вздохнул.-Я не ожидал, что ты увлечёшься музыкой, да ещё и дворовой. Так и Лёшу туда же затянул. Меня воспитывали так: музыка - только развлечение, просто послушал иногда. А в жизни надо мужиком становиться! Человеком , чтобы потомкам не стыдно было с большой буквы имя твоё писать.
Поэтому я никак не мог принять мысль, что мой сын будет дворым гитаристом, а не врачом или учителем, не будет обладать уважаемой профессией и авторитетом в узком кругу образованных людей. Потому я и разорвал с тобой мосты. Думал:тяжёло будет тебе без дома, да и без матери, молод ты больно, по-юношески не опытен, не мудр. Та всё пыталась с тобой связаться, а я все запрещал. Виду куда с деньгами пойдёт, сразу говорю: узнаю что Мише понесла, все заначки перепрячу. А она все равно тебе деньги носила и заботилась, как могла. Сколько раз она говорила :"Юр, ну помири́тесь вы! Не дело единокровным людям собакой друг на друга глядеть.". А я ей все отвечал :"Погляди, Таня, сам прибежит. "
А ты ведь всё не бежал , Мишка.
Я усмехнулся, а отец сказал:
-За это я горжусь тобой, сын. Что не сдался, остался верен своей затее до конца. Именно такие качества отличают настоящего мужчину, а не только репутация среди знакомых. Но раньше для меня важнее было мнение людей. Кто как посмотрит на меня, кто что скажет о воспитании сыновей. Но когда сначала ушёл ты, а потом чуть ли не ушёл Лёшка, остановленный только повесткой в армию, я всерьёз решил переосмыслить свое поведение. Все время я думал, что ваше увлечение музыкой-показатель данного вам мною с мамой плохого воспитания. Но когда я вижу, каким добрым и открытым вырос Лёша,каким целеустремлённым и волевым проявил себя ты, меня ЧЕСТНОЕ СЛОВО - гордость за вас берёт! Чем бы вы с Лёшей не занимались, сын, вы главное - оставайтесь сами собой, храните в душе те качества, которые нам с мамой удалось вам привить и берегите себя! Что бы я не говорил, вы, мальчишки,-самое дорогое, что у нас есть.
Отец замолк, но его исповедь всё ещё звенела в ушах. Сердце бешено колотилось и я не мог поверить что это говорил МОЙ непоколебимый отец, всегда считавший музыку бездельем. Также я был приятно удивлён, что Лёшка, которого уходя я видел последний раз 15-летним, ведь отец тогда способствовал разрыву нашего общения, занялся музыкой. Но больше всего меня поразила откровенная, пламенная речь папы! Не впилось, что это реальность.но в подтверждение того, что все сказанное случилось на яву, отец спросил:
-Прощаешь, Миша?
И одарил меня по-отцовски любящим, испытующим взглядом. Не в силах больше сдержать свои эмоции, я прижался к сильному отцовскому плечу и прошептал на самое его ухо:
-Кончено, пап.
Он ласково провёл рукой по моей голове и только сейчас я осознал, что несмотря на подавляемые мною чувства, я очень скучал по отцу, по дому и по брату. Лишних слов тут уже не требовалось, мы обнялись и готовы были просидеть так вечность.
Но постепенно, свыкаясь с мыслью, от которой радостно колотилось сердце - мы помирились!!, я стал расспрашивать отца про Лёшку, про маму и бабушек с дедушками, кои были ещё живы.Отец с удовольствием рассказал мне всё. Лёша служил, мама и вправду здорова, как мне и говорила, бабушки и дедушки - по - тихоньку. От мирной семейной беседы нас оторвали милиционеры:
-Майор, там девушка исчезла.
Отец рассмеялся и я тоже улыбнулся.
-Сержант Ручейков, что за ересь вы несёте?
Но когда я увидел испуганное лицо Князя, тревожная складка пролегла на моём лбу.
-Честное слово, товарищ майор, вот прям перед нашими глазами исчезла. Мы стояли с ним.-сержант ткнул в Князя.-И разговаривали, оба в пол оборота повернутые к гражданке. И прям перед нашими глазами, она, точно сквозь землю провалилась.
Напряжение хлынуло к вискам и я с надеждой посмотрел на Кнщя, ожидая, что он сейчас рассмеётся и лишь покрутит у виска, кивая головой на чудаков-сержантов. Но тот подтверждающе кивнул.
-А я говорила, что она убийца!-заверила откуда не возьмись, возникшая дежурная.
-Найдём.-моментально рассеял всю панику мой отец и вселил такую уверенность, что мне показалось:провались Даша хоть под землю, я её найду, несмотря на рассказанную ею историю отчвдесном появлении в моём времени девушки из будущего.
-И кстати, Миш,-шепнул мне отец, когда мы отходили от скамейки.-Тебя преследовали какие-то тёмные люди, я случайно узнал. Я решил этот вопрос.-и тепло-тепло хлопнул меня по плечу. Одним лишь взглядом обеспокоенных случившимся , но благодарных глаз, я подарил отцу улыбку.
-Всё будет хорошо,-твёрдо шепнул Князь , шедший по другую сторону от меня. И мне показалось, что наконец-то всё наладилось. Осталось только найти Дашутку....

--
Ребята, вот я и вернулась 😅! Простите за такой перерыв, я снова с вами!!! Выкладываю сразу две главы и завершаю "Бессмертие". Спасибо всем тем, кто был со мной рядом во время написания моего первого фанфика по "Королю и Шуту", поддерживал меня! Это бесценно! Именно поэтому я начинаю новый фанфик с участием Горшка и Князя!) Не скучайте ❤️🥰! Всем спасибо, всех люблю ❤️!