Just one day

  «Айрин, ты такая красивая», «Айрин, ты настоящая принцесса», «Айрин, давай встречаться» — вот все, что я помню и слышу от окружающих. Какое лицемерие.

Они не хотят узнать меня настоящую, а всего лишь гулять за ручку с неописуемо красивой Бэ Чжухен, чтобы все оборачивались нам вслед. Я все ещё помню тот день, когда мне впервые дали имя Айрин. Это было в моё десятилетие. Но тогда я ещё не могла знать, что настоящая Бэ Джухен навсегда останется в тени Айрин.
Если честно, я не совсем понимаю, кто такая Джухен. Глупая десятилетняя девушка, которая ещё не знала о реальной жизни? Дурочка, ослеплённая лестными комплиментами?

Не знаю...

Но я знаю одно точно: с тобой я снова становлюсь той глупой десятилетней девочкой Бэ Джухен.
Я все ещё не могу выкинуть из головы тот миг, когда наши взгляды впервые встретились. Ты — такой недоступный и колючий. Твой холодный взгляд проникает мне прямо в душу, касаясь персонального тёмного хранилища под рёбрами.
И я — такая крохотная перед этими тёмными, как смола глазами.

Это, наверное, будет звучать глупо, но я верю этим банальным сказкам, которые описываются в сопливых романах, когда парень и девушка сначала ненавидят друг друга, а потом в конце свадьба и счастливая семейная жизнь.

Чжан Исин, ты бы только знал, как я тебя проклинала за ту первую тройку в моей жизни, которую ты поставил мне за тот доклад, тему которого я уже и не помню. В моих фантазиях я пытала тебя всеми возможными способами. Но я совершила самую большую, глупую ошибку, когда решила завоевать твоё покрытое льдом сердце. Потому, что твоё сердце мне все же не открылось, а моё ты похитил.

В момент, когда я зашла в твой кабинет и завела беседу про мои оценки (у нас совсем нет общих тем, кроме учебы), то я и представить себе не могла, что ты согласишься стать моим личным репетитором.

Каждый день эти скучные школьные будни, а когда я после уроков только собиралась в клуб, ещё и твои замысловатые учения.

Ты был тем ещё придурком, каких можно поискать. Придирался к каждому моему слову, словно мы в прошлой жизни были врагами. Но ты был рядом всегда, когда я нуждалась в ком-то. И прежде, чем я успела осознать, как уже влюбилась в тебя по уши. Ты заполнил весь мой мир, я смотрела, видела только тебя, дышала тобой.
Заметь, даже стала прилежней ученицей (конечно, до Сыльги мне ещё далеко).

Я стала ненавидеть и одновременно любить дождь. Потому, что ты пахнешь дождём.

Flashback

— Я больше не могу. Математика - это не моё, — откинула я голову, прижавшись к стенке. В голове небрежный пучок, на глазах очки, вместо линз. Только ненавистному Чжан Исину я могу показаться в таком виде. Ведь растопить его сердце, увы, не по моей части. Этот черствый идиот не поддаётся, чтобы я не предпринимала. Так, какая разница, если он все равно не видит во мне девушку.

— Ладно. Я тоже устал. На сегодня закончим, — сглатываю, когда тот закатывает рукава хлопковой рубашки. Но быстро отвожу взгляд, запихивая вещи в сумку, чтобы Чжан не заметил румянца на моем лице.
И также быстро вылетаю из дверей его кабинета, успевая лишь кинуть короткое «Увидимся».

Не спеша спускаюсь по лестнице и не сразу замечаю, как уже оказываюсь на улице, а там льёт дождь, как из ведра.
Промокаю до ниточек всего то за несколько минут, пока информация обрабатывается в голове.

— Эй, идиотка! Ты, что там застыла? Залезай, а то простынешь, — чёрный Ауди останавливается возле меня и, как только окна спускаются вниз, замечаю обеспокоенное лицо моего репетитора.
Тупо моргаю, смотря из стороны в сторону, заставляя его самому выйти из салона и затолкать моё тело в переднее сиденье рядом с водительским.

— Тормоз. Убью, если испачкаешь сиденье.

— Эй, умник, ты сам попросил меня сесть, так что сопли тут не надо разводить, — закатываю глаза. Чуть было не подумала, что он реально обо мне беспокоился.

Сердцу не спокойно, когда Чжан разворачивается назад, чтобы достать из заднего сиденья что-то.

— Вот бери. А то ты вся уже мокрая.

— Я, что умерла? Или мне показалось, что сам Чжан Исин заботится обо мне? — саркастично отвожу глаза, выхватывая из его рук простую чёрную футболку.

— Не собираешься отворачиваться? — взглядом смиряю Лэя.

— Будто бы есть на что смотреть, — фыркает Исин, но все же отворачивается. Спокойно выдохнув, снимаю с себя промокшую кофту вместе с лифчиком, который, кстати, тоже мокрый. Через голову накидываю на себя огромную футболку Чжана.

— Ты все? Или мне так вечность сидеть? — начинает возмущаться Лэй и, не дождавшись ответа, поворачивается лицом ко мне, а потом замечаю самодовольную ухмылку на его лице.

— А ты послушная девочка.

— А ты извращенец. Не забывай, что ты учитель, а я ученица. Ты же не хочешь в тюрьму за домогательство? — пожимаю плечами.

— Поверь мне, — замираю, забывая как дышать, когда лицо Исина оказывается в нескольких сантиметрах от моего, — если я и стану домогаться тебя, — проводит он ладонью по моим бёдрам, — то ты не станешь жаловаться, а захочешь продолжения, — закачивает он, убирая с моего лица упавшую ресницу.

Быстро убираю его руки с моих ног и дышу глубоко. А потом следует действие, которое навсегда изменило мою жизнь.
Я чисто случайно заглядываю ему в глаза.

Лучше бы я этого никогда не делала.

Мне становится трудно дышать, я задыхаюсь. Не могу найти причину, чтобы отвести взгляд.

Его взор пленяет и гипнотизирует, что я невольно запускаю руку в его волосы и тянусь за поцелуем.
Он сейчас оттолкнёт меня и, как всегда, обзовёт дурой.
Но ничего из этого не следует. Исин без усилии притягивает меня к себе, поглаживая за спину. Через несколько секунд я оказываюсь сидячей на его коленях, а затем он остаётся без рубашки.

Дыхание к дыханию.

Сладкие стоны с моих губ, вспотевшие окна машины, приятная боль внизу живота и осознание того, что ничего больше не будет прежним.

Каждый день занятия «учебой», как ты любил это называть, в задней части твоей машины. И наша маленькая тайна, которую никто не должен узнать.

И я надеюсь, и я буду верить, что когда-то ты раскроешь мне своё холодное сердце, Чжан Исин.