Глава 7.
В кромешно густой темноте, где теряются не только очертания, но и человеческие воспоминания, Чимин безысходно ищет свою память. Память о ней. Он помнит, как хотел быть счастливым навсегда вместе с ней.
Парень вытаскивает из полки слегка помятую фотографию, которую не спасла даже деревянная рамка, и проводит кончиками пальцев по лицу миловидной девушки, изображённой на снимке.
— Прошло два года, а ты все ещё сияешь, — грустная улыбка красуется на лице шатена. Он облокачивается на стол, стискивает голову руками и сильно прижимает к себе фотографию.
Чимин не знает, когда его жизнь пошла под откос. Он не знает, как избавится от той боли, которая сжигает его сердце в пепел, не давая нормально вздохнуть полной грудью. Он просто не знает...
***
Flashback
Чимин ловко закидывает рюкзак на плечи и, схватив руку друга, прыгает из школьного окна. Но стоит ему ощутить землю под ногами, как с третьего этажа, откуда он только что спустился, слышаться недовольные крики и виднеется силуэт женщины лет сорока, в которой Пак узнает учительницу по математике.
— Пак Чимин, Мин Юнги, вы думаете, что после такого останетесь без наказания? — голос женщины выражает её недовольство и в принципе должен внушать страх двум неугомонным семнадцатилетним школьникам, чьи средние годовые оценки по математике ровняются тройке с плюсом. Но эти двое пропускают её слова мимо ушей и бегут к школьным воротам.
— Вот ведь старая карга, — на лице вспотевшего Юнги виднеется еле заметная улыбка.
— И не говори. Какого черта ей приспичило в голову оставлять нас на дополнительные по её тупому предмету, что в жизни не понадобится? — поддерживает его Чимин, набрав в лёгкие так недостающего кислорода после бега. Пак и Мин держат путь домой, дабы поскорее оказаться подальше от этого кошмарного здания, которую люди зовут «школой». Но не успевают эти двое пролезть через забор, так становятся свидетелями не очень-то приятной картины. Компашка из трёх парней, одетых в школьную форму той же школы, что и они, затиснув бедную фигурку плачущей девушки в угол, открыто домогались.
— Ненавижу извращенцев, а ты, Юнги? — обращается Чимин к Юнги, который в свою очередь уже успел оттащить от бедной девушки одного из этих парней и теперь откровенно лупит его по лицу, взобравшись на него.
— И с кем я говорю? — задаёт себе риторический вопрос Пак и, подмигнув светловолосой, следует примеру его взбушевавшегося друга. Когда от этих троих уже и след простыл, девушка, наконец, переводит свой шокированный взгляд сквозь очки на Чимина и Юнги. Но не успевает она поблагодарить, как к ним подбегает ещё один парень, возомнивший себя героем.
— Сынван, ты в порядке? — не дождавшись ответа светловолосой, шатен сразу бросается кулаками на спокойного Чимина, который готовился представить себя понравившейся девушке. Пак топчется на месте, выплюнув кровь со рта, поворачивается к неожиданной персоне.
— Ты офигел, что-ли? — но Чимина открыто игнорируют.
— Сынван, эти двое ничего тебе не сделали? — спрашивает обеспокоенный парень, осматривая свою подругу детства.
— Кай, ты не все так понял. Эти двое...— мямлит девушка, подправляя очки, но её никто уже не слушает.
— Вы двое трупы, — закрыв Сынван за собой, Кай готовится к новой схватке. Не медля, ещё раз бьет по лицу ни в чем неповинного Пака по той же разбитой губе.
Юнги, который больше не мог терпеть, как его друга беспричинно лупят, не собирается стоять в сторонке. Тут его девушку защитили, так ещё и этот Кай теперь обвиняет их. Лучше бы вообще не лезли.
Сжав ладони в кулак, что даже костяшки виднелись, Юнги подходит к Каю и хочет одарить его тем же ударом, что получил Чимин, но его закрывает за собой Сынван. Не успев остановится, Мин ударяет девушку по носу, что та сразу же теряет сознание.
— Очкастая отрубилась, — говорит Чимин, переводя свой удивлённый взгляд на Мин, который все ещё стоит, стиснув кулаки и не понимая, что только что сделал.
— Идиоты, — шипит Кай, поднимая свою подругу.
— Обычно он девушек не бьет. Ну, разве что иногда, — извиняется за друга Пак, став жертвой двух удивлённых взоров.
— Иногда? — одновременно спрашивают Кай и Юнги, а последний и сам не знал, что иногда бьет девушек.
End of flashback
***
К огромному, двухэтажному особняку, в котором живут семья Паков, подъезжает чёрная машина. Как только она заглушив мотор, останавливается у входа, то оттуда выходит молодая девушка с длинными до пояса волосами. Она небрежно кидает своему водителю подождать её, пока не вернётся. Прежде чем нажать на звонок, Суен подправляет своё белоснежное платье.
Пак Суен — кузина Чимина, которая буквально вчера прилетела с Соединённых Штатов после года обучения.
— В этот раз я не сдамся, Пак Чимин, — шепчет себе Суен, заранее убеждая себя, что она просто так не поднимет белый флаг.
***
Все знают, что прошлое имеет свойство возвращаться. Когда ты хочешь запереть двери перед угнетающим прошлым, забыть, стереть из памяти.
Но каждый раз, пытаясь сделать это, то в мыслях Юнги невольно всплывает заразительная улыбка одной девушки. И от этого мурашки покрывают тело с ног до головы, пугая зеленоволосого. Сколько бы он не старался итог остаётся тот же: память о Сон Сынван преследует его, напоминая о том случае, что отчаянно хочется забыть.
— Юнги, я пошла на работу, — крикнула из коридора мать, что вывела парня из раздумий. — Закрой дверь.
Юнги сделал глубокий вздох и медленными шагами поплёлся выполнять приказ матери. Достигнув заветной выходной двери, он оглядел ее оценивающим взглядом с головы до ног. Алая помада на губах на фоне идеально белой кожи лица, словно красной кровью по бесцветным стенам, слегка взъерошенные каштановые волосы чуть ниже плеч и идеально облегающее тело тёмное платье, что открывает вид на те места, куда не свойственно смотреть противоположному полу. Конечно, вид шокирующий для женщины лет тридцати семи, но Юнги абсолютно спокоен. Он уже привык и теперь принимает все это как должное, а не то и обязательное.
Мин Чеен — мама Юнги, гладит сына по волосам, которые уже успели испортится после нескольких окрашивании. На её лице нет свойственной для матери тёплой улыбки, наполненной любовью, а скорее неприязнь.
— Сегодня я не вернусь домой с работы, — напоследок бросает женщина, обуваясь в свои шпильки и, взяв кожаную куртку, покидает квартиру, оставляя парня стоять, облокотившись о стену.
Юнги знает, что у неё за «работа», прекрасно понимает, что это не изменится. Так было всегда, как только их бросил его отец. По крайней мере, Мин считал его отцом, пока не узнал, что его мама была просто любовницей.
Однажды он пытался переубедить мать отказаться от той работы в ночном клубе, но та лишь влепила сыну звонкую пощёчину, веля не вмешиваться в её жизнь. Ведь только так она сможет оплатить все расходы их двоих. С тех пор Юнги больше не появляется в том богом забытом клубе, не пытается остановить её, а лишь притворяется что спит, когда Чеен приходит домой ближе к рассвету в нетрезвом виде.
Юнги негромко закрывает скважину двери и обратно возвращается в своё излюбленное место рядом с окном. Парень садится на подоконник и достаёт из карманов потертых джинс пачку сигарет.
Когда твоя жизнь летит к чертям, а любимая девушка умирает, то все, что тебе остаётся, так это закурить одну сигарету, которую предложили тебе уличные бандиты, когда ты очередной раз напивался в дешевой забегаловке.
Комнату заполнил табачный дым, а глаза Юнги прилипли к яркому свету солнца на улице, который, если честно, ужасно слепил.
Юнги хочет бросить курить, но знаете, когда ты уже один раз загорелся идеей покурить, вот ты закуриваешь, затягиваешься пару троек раз, то тогда становиться поздно, желание уже не остановить.
Вдруг звонит телефон, отдаваясь эхом песней женской группы, и парень внимательно осматривает мобильник, убеждая себя, что он не ставил такой рингтон. Но потом Юнги вспоминает, что сегодня Чимин брал его телефон и копался в нем пол часа, и тогда, проклиная Пака, он прикладывает сотовый к уху.
— Алло. Это телефон Мин Юнги? — раздаётся с другой стороны знакомый голос светловолосой девушки. И Юнги сам не понимает, почему от этого голоса в сердце так тепло.
— Ты почему это звонишь кому-то, если точно не знаешь, кто тебе ответит? — пытается он ответить как можно беззаботно, но все равно легкая улыбка красуется на лице, когда с другой стороны Сыльги тихо шипит «вот придурок», в надежде, что это не дойдёт до парня.
— Так чего тебе? Хочешь, чтобы тебя ещё раз вырвало на мой байк? — Юнги убеждает себя, что он зол на девушку за вчерашний вечер, когда ту укачало от того, что Сыльги не очень переносит катания на мотоциклах.
— Прости. Прости. Мне очень жаль. Я помыла твою куртку, так что можешь забрать, — отвечает девушка и Юнги уверен, что она сейчас по привычке протирает ладони. С губ парня срывается лишь: — Ладно, — и на этом отключается.
Парень кидает очередную сигарету в пепельницу и в этот раз уже быстрым темпом направляется к выходу.
Ему кажется, что Кан Сыльги очень глупая личность, которая лезет не в свое дело. И по природной натуре Мин должен ненавидеть её за это. Но по какой-то странной причине девушка не вызывает у него негатив. Наоборот, тянет к себе магнитной силой, что хочется придушить себя за то, что все принципы безразличности отходят на второй план, когда он рядом с ней.
Возможно, это потому, что она очень похожа на его бывшую — Сон Сынван. И это заметил не только он, но и Чимин тоже. Неспроста же он проявляет к ней такой дикий интерес, хотя блондинки вполне в его вкусе. Кстати, ещё одно её сходство с Сынван, так это светлые волосы и рост метр шестьдесят. И Юнги уверен, что в тот раз Намджун похитил Сыльги вовсе не из-за того, что она оказалась не в том месте, и не в то время, а из-за её удивительного сходства с его погибшей сестрой.
***
Flashback
Юнги кажется, что жизнь чем-то напоминает светофор. Иногда ты несёшься слишком быстро на зелёный, не замечая вокруг себя ничего, кроме ровной дороги, но стоит загореться красному, так сразу же жмёшь на тормоз и сколько бы ты не хотел продолжить свой путь, не можешь. Тогда, что же означает жёлтый?
Юнги не понимал этого. Но сегодня он, кажется, нашёл ответ.
И девушка, которая сейчас так озорно улыбается ему, стала решением всего.
Жёлтый означает — готовность. Готовность ко всему, чему угодно. Сон Сынван — жёлтый свет в тёмной жизни Мин Юнги.
Юнги спокойно проверяет наличие новых уведомлении в телефоне и лишь изредка бросает скучные взгляды в сторону Сон, которая, в свою очередь, уже битых пятнадцать минут пытается взобраться на мотоцикл.
— Йа, ты учить меня собираешься? — обращается девушка к зеленоволосому, подправляя свои светлые волосы, что уже успели взъерошится.
— Ты ещё не сдалась, что ли? — усмешка вырывается с губ парня, после чего тот подходит к недоумевающей девушке, поднимает её, словно пушинку, и с ловкостью усаживает на сиденье.
— Самое главное — это сесть на мотоцикл. А с твоими лилипутскими ножками это не получится.
— Эй, у тебя, что комплексы на счёт моего роста? — Сынван уверенно ухватывается за руль и обхватывает ногами бока мотоцикла с обоих сторон, как это уже показывал Кай на прошлых уроках. Уж он то точно намного спокойный учитель, нежели нервный Юнги. Но, что поделать, если у него сегодня намечена гонка с вечными соперниками «Полуночных гонщиков» — «Тигриными когтями».
Сынван сама не понимает, как оказалась частью всего этого. Ведь она совершенно не вписывается в образ бунтарки, а очки и лохматые волосы, заплетенные в косичку — лишь подтверждение этому. Но на что только не пойдёшь, лишь бы быть ближе к своему брату — Намджуну, который совсем не вовремя увлёкся гонками. А когда его поддержал совместно их лучший друг Кай, то её присоединение лишь стало вопросом времени.
— Держи руль крепко, — Юнги проводит своими ладонями по руке девушки, что вызывает у неё внутри бурю эмоции, начиная с бабочек в животе, заканчивая с мурашками по коже.
— Да-а. Хо-ро-шо, — кивает девушка, пытаясь скрыть неровный тон в голосе.
— Руки прочь от моей сестры, — сзади кто-то окрикивает этих двоих и, обернувшись, Мин замечает троих: Кая, Намджуна и Чимина.
— Как проходит твоя учеба? — улыбается Чимин, глядя на Сынван и давая пять Юнги, а Кай буквально прожигает этих двоих испепеляющим взглядом.
Каю не нравятся эти двое и уж тем более это раздражает, когда Сынван смотрит на этого проклятого Юнги, а его дружок Пак Чимин тайком ухаживает за ней. Наивная Сон этого даже не понимает.
— Кай, прекрати дырявить их взглядом, — Намджун кладёт руку на плечо Кима и улыбается своей любимой младшей сестренке.
Но вот, если бы он в тот момент только знал, что глупая влюбленность этих троих парней могут привести к смерти Сынван. Если бы...
End of flashback
***
— О чем задумался? — спрашивает из ниоткуда возникшая Суен и обнимает спокойного Чимина сзади, что заставляет его дернутся от неожиданности.
— Суен? — оборачивается Пак, осматривая свою кузину. — Ты вернулась?
— Сколько раз повторять, зови меня Джой, — недовольно бурчит миловидная девушка, заставляя Чимина улыбнуться. Она делает круг по комнате парня, а затем плюхается на заправленную кровать, тяжело выдыхая.
— Тут ничего не изменилось.
— Не люблю перемены, — спокойно отвечает парень, делая вид, что не заметил, как Джой изящно скрестила ноги и откинула голову назад, открывая вид на ключицы.
— Говоришь, что не любишь перемен. А сам вот изменился, — Джой плавно водит пальцами по торсу Чимина, всей душой ненавидя эту шелковую рубашку, что не даёт ей насладится своим занятием по полной.
— Джой... — выдыхает Чимин. — Мы уже обсуждали это.
— О том, как я люблю своего «кузена»? — как всегда без единого намёка на сарказм, отвечает девушка.
Суен никогда не забудет, как тётя Чанми привезла домой недавно осиротевшего десятилетнего Чимина. Никогда не забудет, как совершенно незнакомый мальчик стал ее кузеном, а после защищал от надоедливых мальчишек в школе и утешал её, когда к ней приставали злые девчонки из класса. Тогда это казалось лишь чувством благодарности, а потом это переросло в нечто большое, сильное под названием «любовь». Нет, не такая любовь, как к кузену, а как к мужчине.
— Я рад, что ты вернулась. Но тебе уже пора домой, — искренне отвечает Чимин и девушка повинуется, ведь она теперь здесь и теперь Пак не отвертится от неё просто так.
Джой напоследок отвечает: — Не будь тем, кем не являешься, — и слышится скрип двери, предупреждая, что она покинула комнату.
***
Юнги уже подъезжает к дому Сыльги, чтобы забрать свою куртку. По крайней мере, он сам уверен в этом.
Вдалеке он замечает фигурку Кан и прибавляет газа, несясь на своём мотоцикле.
Но его кто-то опережает и, насильно усадив Сыльги на точно такой же мотоцикл, как у него, испаряется из виду.
— Какого черта, Кай? — срывается с губ Юнги, завидев своего давнего знакомого.