небольшие планы
Она встала и немного отошла, отвечая на звонок. Я осталась сидеть, переваривая случившееся. Смущённая улыбка не сходила с лица, будто прилипла к коже. Всё это казалось почти нереальным.
Когда она вернулась, то остановилась прямо передо мной. Мы молча улыбались, глядя друг другу в глаза. Но тут я спохватилась:
— Нам, наверное, пора. Они, скорее всего, уже всё съели без нас, — сказала я, вставая. Билли протянула мне руку.
— Пошли, — тихо сказала она.
Наши пальцы сплелись, как будто делали это всегда. Мы не торопясь двинулись обратно к ресторану. На улице уже совсем стемнело, но город светился — витрины, фонари, отражения в лужах. Всё казалось немного киношным, как сцена из фильма, которую кто-то тихо наблюдает через объектив.
У двери ресторана мы обе замерли. Стоит ли отпустить друг друга? Стоит ли сделать вид, будто ничего не произошло? Должны ли остальные знать, что происходит за закрытыми дверями? Мы не знали. Просто молча смотрели на массивную дверь, как на рубеж между чем-то личным и внешним. Не стоит торопиться.
Я нежно поцеловала её — ведь не знала, когда смогу сделать это снова— и шагнула в яркий зал первая. Через пару секунд, словно очнувшись от внезапного приступа любви, она последовала за мной.
Мы вернулись к столику. Вольф и мой дядя всё так же были увлечены разговором, смеясь над какой-то шуткой, которую мы не слышали. Ни один из них не сделал ни единого замечания, но взгляд Вольфа чуть дольше задержался на певице. Я посмотрела на неё: растрёпанная, со спущенным галстуком и чуть расстёгнутой рубашкой. Не знаю, понял ли дядя, но Вольф — точно. Он едва сдерживал насмешливую улыбку.
— О, наконец-то! — воскликнул дядя, заметив нас. — Мы уже думали, вы сбежали от ужина.
— Просто хотелось свежего воздуха. Хотя, на улице было даже жарче, — спокойно ответила Билли, отодвигая стул сначала мне, а затем садясь рядом.
Вольф продолжал пытаться сдерживать улыбку, делая вид, что ничего особенного не произошло.
Я старалась выглядеть спокойно, хотя сердце всё ещё бешено колотилось. Мы заказали кофе и десерт. Разговор снова потёк неспешно — о музыке, кино, новых проектах Вольфа. Билли держалась уверенно, как будто мы и не исчезали вовсе. Мы не прикасались друг к другу, не приближались слишком близко. Но между нами что-то уже изменилось.
Когда я смотрела на неё, пока она рассказывала что-то дяде, мои мысли то и дело уносились к недавним моментам. Воспоминания о близости сбивали меня, не давая сосредоточиться на разговоре.
Вечер подходил к концу. Мы вышли на веранду. Билли пообещала дяде уточнить детали их следующей встречи. Кто-то предложил сделать общую фотографию. Мы смеялись, позируя, пока щёлкала камера. Разговоры лились не утихая. Было легко потеряться в чьей-то реплике, в смехе, в городском шуме.
В какой-то момент Билли подошла ко мне вплотную и шепнула:
— Не хочешь ещё немного прогуляться? Я не хочу, чтобы этот вечер заканчивался.
Я только закивала в ответ. Так хотелось дотронуться до неё, но никто себе этого не позволял.
— Ну что, вызываем такси? — спросил дядя, обращаясь ко мне.
Я обернулась к нему и мягко ответила:
— Закажи себе, ладно? Я останусь. У меня... небольшие планы.
Он посмотрел на меня с лёгкой, понимающей ухмылкой, будто всё понял, но не стал спрашивать.
— Хорошо, Дин. Только не теряйся, ладно? Рад, что ты наконец нашла хорошую подругу.
Он всё-таки ничего не понял. От его слов мне стало немного неловко.
— Не потеряюсь, — пообещала я.
Когда дядя с Вольфом ушли, я повернулась к Билли. Она уже ждала — стоя в полутени, с тем самым взглядом: внимательным и тёплым.
— Ну что, куда дальше? — спросила я.
— Куда ты захочешь, — ответила она.
— Я не знаю, — пожала я плечами. Мы остались вдвоём, и это всё больше напоминало свидание.
На часах было 21:32. За её тёмными очками и распущенными волосами лицо угадывалось с трудом.
— Не хочешь ко мне? — спросила она, слегка улыбаясь, почти гипнотически.
— А?.. К тебе?.. — я растерялась. Не слишком ли быстро? Я сглотнула, смущённо глядя на неё, не скрывая эмоций.
— Льдинка, я шучу... наверное, — ответила она, весело приподняв бровь.
Моё молчание затянулось.
— Шутишь? — игриво спросила я, цепляясь за игру, чтобы скрыть растерянность.
— Ещё не решила, — она усмехнулась, опираясь локтями на перила. Я встала рядом, плечом к плечу.
— В кино? — вырвалось у меня. — Ой... глупая идея. Там твои фанаты, вдруг заметят тебя...
— Почему глупая? Мне нравится, — ответила она спокойно.
— Правда?
— Угу. Но знаешь... мне кажется, нас уже окружили фанаты.
Я обернулась. Люди, недавно стоявшие рядом, теперь были внутри — все смотрели в окна на наши спины. У входа стоял охранник, не давая толпе выйти. Камеры, вспышки, телефоны. я этого совсем не заметила на столько была погружена.
— Нам стоит идти, — сказала она, пока я всё ещё заворожённо глядела в стекло.
Она схватила меня за руку и быстро повела к чёрной машине, она была крупная, тёмная, блестящая как ночь. Билли открыла дверь, аккуратно усадила меня на заднее сиденье и села рядом.
Она всегда была такой... заботливой.
Спереди приоткрылось маленькое окошко, и в него заглянул водитель.
— Куда вас отвезти?