ты мне важна
Билли встала напротив камеры. Всё было готово к съёмке. Я в последний раз нерешительно поправила ей волосы. Но в этот раз... она не коснулась моей руки. Не улыбнулась. Не встретила мой взгляд.
Она была напряжена.
Я поняла это сразу — по чуть сжатым губам, по тому, как её плечи будто застыли в воздухе. Может, я зря тогда отстранилась. Может, слишком всё себе накрутила. Придумала ерунду, испугалась собственных чувств и оттолкнула её.
Все ушли с площадки. Осталась только одна бригада — на странной тележке с камерой. Я сидела на платформе под навесом с остальной частью команды. Эви не обращала на меня внимания, и я не хотела с ней разговаривать. Фред стоял рядом со мной, и иногда я замечала, как он осуждающе смотрит на меня. Но мне не было до них дела. Только певица была у меня в голове.
На экранах транслировались кадры. Билли выглядела потрясающе. Я потеряла дар речи. Просто сидела, как заворожённая, и смотрела на неё. Свет падал идеально, ветер играл с её длинными волосами. Она двигалась по дороге — играючи, в ритме, с лёгкими танцующими движениями. А перед ней неспешно ехали операторы, снимая каждый её шаг.
Появился Вольф. Он вбегал в кадр, догонял её, ловил. Они падали на землю, катились в пыльных лучах заката. Мы переснимали это несколько раз — смех, борьба, потом сцены с дракой. Я всегда была рядом. Подавала воду, следила за деталями.
В какой-то момент наши взгляды встретились. Её глаза — беспокойные, полные какой-то почти физической тоски — смотрели на меня, как будто искали подтверждение, что всё в порядке. А я...
Чувствовала, как мне становится стыдно. За холод, за внезапное отдаление, за страх. За то, что выдумала между нами границы, которых она не ставила.
В тот момент я поняла: я ей небезразлична.
Съёмки закончились. Мы всё это время не разговаривали. Только взгляды, короткие касания, избегания. Мне было не по себе. Очень.
Всё начало закругляться. Кто-то паковал технику, кто-то болтал с продюсерами. И тут Вольф, заметив наше напряжение, вдруг предложил:
— Эй, может, сходим к железной дороге? Там закат, можно сделать фото для Биллиных соцсетей. Будет красиво.
Мы с девушкой кивнули. Вольф ушёл за фотоаппаратом, а мы остались вдвоём — в поле, среди высоких трав и цветов. Всё вокруг было залито тёплым, золотым светом. Солнце садилось. Тишина. Только ветер.
Я набралась смелости и тихо начала:
— Билли, — я смотрела в её глаза, — я не знаю, что сегодня со мной. Я... не хотела тебя обидеть. Прости, если это так выглядело.
Она медленно повернулась ко мне. Её лицо было спокойным, но в глазах всё ещё стояло напряжение, как будто она держала в себе целый мир. Грусть.
— Мне показалось... — она сделала паузу, опустив взгляд, — что я стала тебе противна.
Моё сердце сжалось, как от удара.
— Что? Нет! Нет... — я шагнула ближе. — Это неправда. Я... наоборот. Всё было... слишком близко. Я испугалась. Странные мысли, путаница. Я просто не знала, как с этим справиться. Я думала, что... может... я не понимаю. — слова путались, но я продолжала. Я хочу быть честной. Мне нечего терять. Даже если выдам свои чувства. — Я к тебе привязываюсь... и я подумала, что после съёмок всё закончится, и мне будет сложно тебя отпустить.
Она взглянула на меня, её взгляд стал мягче, но в нём всё равно оставалась непонятная грусть.
— Я никогда не поступила бы так, — Билли удивилась. — Ни с кем. Я бы не притворялась, что мне кто-то интересен, а потом бросила бы его в один момент. Я с тобой честна.
— Прости, что я так подумала... — Я стояла, пытаясь найти правильные слова.
Тогда я, почти с робостью, взяла её за руку. Осторожно, как будто боялась, что она исчезнет. Её ладонь была тёплой, родной. Моя чуть дрожала. Она не убрала свою руку, только посмотрела на меня.
Между нами была полная тишина. Только ветер шептал что-то в травах.
Я не знала, что будет дальше. Я знала только одно: не хочу отпускать её руку.
Она смотрела прямо в мои глаза. Нежно, внимательно, как будто пытаясь увидеть то, что я скрываю. Я забывала дышать от этого взгляда. В этот момент время, казалось, остановилось.
— Я не хочу, чтобы ты отстранялась, — тихо сказала она. — Мне не всё равно. Ты для меня... не просто ассистентка, Дина.
Моё сердце буквально прыгнуло в груди.
— Я тоже, — прошептала я, не в силах скрыть, что почувствовала. — И я боюсь, что если ты уйдёшь — мне будет больно. Очень.
Она слегка сжала мою ладонь.
— Я не уйду, — прошептала Айлиш.
Не успела она договорить, как раздались шаги. Появился Вольф с фотоаппаратом. Он замер, заметив нас — стоящих в поле, держащихся за руки, смотрящих друг другу в глаза, как будто весь остальной мир перестал существовать.
Он остановился, немного удивлённо, но потом, медленно улыбнулся — понимающе, по-доброму.
— Эм... я могу подождать, если хотите. Или сделать кадр — будет самый честный пост на свете, — сказал он с усмешкой.
Мы рассмеялись, но руки не отпустили.