74
От лица Киры:
Утро было тихим и лёгким.
Дом будто дышал покоем — где-то за стеной послышался приглушённый смех, кто-то ставил чайник, а за окном солнце медленно поднималось, заливая комнату мягким светом.
Я лежала, слушая, как рядом спокойно дышит Мусим, и улыбалась — не верилось, что вчера всё это действительно произошло. Его слова, его поцелуй, тот самый вечер, когда всё вокруг исчезло.
Я осторожно повернулась к нему. Он спал, чуть нахмурив брови, как всегда, когда видит сны. Я провела пальцами по его волосам — он тихо выдохнул и крепче прижал меня к себе.
— Ещё пять минут, — пробормотал он сонно, не открывая глаз.
Я тихо рассмеялась.
К обеду в доме уже царила живая суета. Соня и Вика возились на кухне, Артём пытался что-то починить в колонке, а Милли радостно путалась под ногами.
Мы все вместе готовили, смеялись, спорили, кто перевернул блины неудачно, и устраивали маленькую войну мукой.
Даже Мусим, обычно спокойный и немного сдержанный, смеялся, подшучивал над Соней и подсовывал мне кусочки блинов прямо в рот, пока я пыталась выглядеть серьёзной.
Дом наполнился запахом еды, музыкой и смехом. Было тепло — не от солнца, а от этого простого ощущения: рядом свои, любимые, живые.
После обеда мы пошли гулять во двор. Соня с Викой раскачивались на качелях и снимали глупые видео, Артём играл с Милли, а я сидела рядом с Мусимом, наблюдая за всем этим и ловя себя на мысли, что так спокойно мне не было уже давно.
Когда солнце скрылось, мы вернулись домой. Вика с Соней завалились смотреть сериал, Артём заснул прямо в гостиной, и постепенно в доме стало тихо.
Я поднялась в спальню, включила мягкий свет — и замерла.
На кровати стоял букет моих любимых пионов. Большие, нежно-розовые, с лёгким ароматом, от которого внутри всё перевернулось.
— Мусим?.. — позвала я, чувствуя, как уголки губ сами тянутся в улыбке.
Он вышел из ванной, уже без футболки, с чуть влажными волосами и той самой спокойной улыбкой.
— Это тебе, — сказал просто. — Потому что я знаю, как ты любишь пионы.
Я подошла ближе, дотронулась до лепестков — мягких, чуть прохладных.
— Они чудесные, — прошептала я. — Спасибо.
— Нет, это я тебе спасибо, — ответил он, глядя прямо в глаза. — За всё. За то, что ты есть.
Он обнял меня, и я прижалась к нему, чувствуя, как мир будто снова сузился до этого момента — до его дыхания у виска, до запаха цветов и тёплого света лампы.
— Люблю тебя, — тихо сказала я.
— И я тебя люблю, — ответил он, целуя в лоб.
Мы легли, укрывшись одним одеялом. Его руки обвили меня, и я закрыла глаза, слушая ровное биение его сердца.
Пионы стояли на тумбочке, наполняя комнату мягким ароматом.
Мир был тихим, добрым и правильным.
И я знала — вот оно, моё место. Рядом с ним.
Продолжение следует…