70
От лица Киры:
Когда музыка утихла, и комната наполнилась тишиной, Вика оглядела нас, прищурилась с озорной улыбкой и вдруг хлопнула в ладоши.
— Так, концерт — это хорошо, но знаете, чего не хватает? Игры! — Она резко вскочила и вытянула гитару вверх, как будто это была победная сабля. — Предлагаю сыграть в "Угадай мелодию". Кто проигрывает — получает... обнимашки наказания!
— Только обнимашки? — усмехнулся Артём.
— Ну, как же ты не понял? Это самое грозное наказание, — Вика хитро посмотрела на меня и тут же шагнула ближе, накрывая меня своими руками, как пушистым пледом. — Особенно для Киры, она у нас самая крепкообнимаемая. Правда же?
Я смеялась, прижимаясь к ней.
— Это всё заговор. Вы просто хотите, чтобы я таяла.
— Уж точно не от холода, — подмигнул Мусим, и мы все рассмеялись.
Вика моментально взяла роль ведущей — конечно, с гитарой в руках. Мы сели на полу в круг, подушки разбросали как попало, Милли устроилась в центре, словно тоже участвовала. Свет от торшера делал всё будто золотистым и мягким, как в старом кино.
— Итак, — торжественно начала Вика. — Первый раунд: угадай мелодию по трём аккордам! Я играю, вы — кричите! Кто первым назовёт — тот молодец. Кто ошибётся — получает... вы знаете что.
Она посмотрела на меня так, будто я обязана проиграть.
— Первая мелодия!
Прозвучали три аккорда. Я щурилась, вспоминая... Артём взмахнул рукой:
— Это... это... «Yesterday»?
— Неправильненько! — пропела Вика и сразу прыгнула к нему сзади, обняв крепко за плечи. — Лови обнимашки поражения! Милли, ты свидетель!
Артём застонал наигранно, и мы все засмеялись.
Следующая мелодия была проще, и Соня победно выкрикнула:
— «Let It Go»!
— Точно! — кивнула Вика. — Но за такую быструю реакцию полагается награда! — И она тут же потянулась к Соне и поцеловала её в щёку, потом наклонилась ко мне. — А за то, что ты сидишь слишком тихо — тебе бонусная обнимашка.
Она уже была у меня — запах ванили от её волос, руки вокруг моей спины, щёка у моего виска.
— Ты тёплая, как тост из тостера, — пробормотала она.
— А ты прилипчивая, как мёд, — фыркнула я, обнимая её в ответ. — Но я не против.
Вика отошла, только чтобы вернуться снова через минуту — следующий раунд был "спой песню наоборот". Кто-то напевает мелодию, остальные должны угадать — но слова петь нельзя, только тарабарщину. Звучало это, как будто внезапно все сошли с ума.
Мусим сделал свою версию «Imagine» Джона Леннона, и Соня, держась за живот, упала на бок от смеха.
— Это было... это было как будто кто-то учит английский у марсиан, — выдохнула она.
— Ну всё, мне конец, — Мусим поднял руки. — Кто меня будет обнимать?
— Я! — выкрикнула Вика и снова рванулась, но на этот раз обняла и его, и меня заодно, затаскивая нас в кучу.
— Групповая кара! — провозгласила она. — А ну все сюда!
В следующую секунду мы уже были в общей обнимательной куче: я прижата к Вике, Мусим справа, Соня сзади где-то, а Артём, посмеиваясь, упал сверху. Милли радостно прыгнула к нам, виляя хвостом и махая лапой по подушкам.
— У нас семейное мелодично-обнимательное торнадо, — хохотала Вика, сжав меня крепче. Я чувствовала её смех грудью, он передавался мне, тёплый, живой.
Сквозь смех и музыку, я чувствовала, как всё это на самом деле настоящее. Никакой сцены, никаких зрителей, только мы. И где-то в глубине души звучала своя мелодия — спокойная, добрая, домашняя.
— Знаешь, — прошептала мне Вика, когда мы уже лежали на ковре, вспотевшие от смеха и обнимашек, — если бы мне надо было выбрать, где я хочу жить всю жизнь — я бы выбрала прямо здесь. Между гитарой, Милли и твоим плечом.
Я прижалась щекой к её виску.
— Тогда оставайся. Не на один вечер. На всегда.
Вика кивнула, не говоря больше ни слова, просто обняв меня крепче.
А музыка, похоже, продолжала звучать — теперь уже внутри нас.
Продолжение следует...