57
От лица Киры:
Ребята решили снова выйти — на вечернюю прогулку, набережная, огни Парижа… Звали и меня, но я мягко отказалась:
— Я, пожалуй, останусь. Уберусь немного, да и устала.
Соня нахмурилась, но не настаивала.
— Ладно. Отдыхай. Мы ненадолго.
Как только дверь за ними закрылась, я включила музыку — ту самую, которую слушали ещё дома, — и взялась за уборку. Швырнула подушки на место, протёрла пыль с подоконника, пронеслась с веником по углам… и как-то незаметно стала подпевать.
А потом, как будто по щелчку, оказалась в другой реальности — сцене. Я — бек-вокалистка, качаюсь в такт, двигаюсь с микрофоном, улыбаюсь в толпу. Повернулась, как будто на публику, — и тут же вернулась в реальность, когда задела локтем тарелку. Она не разбилась, но я вздрогнула. Засмеялась над собой.
Потом решила приготовить что-то лёгкое — салат, пасту. Усталая музыка играла фоном, и я даже не сразу услышала шаги. Но руки… руки я почувствовала сразу.
Тёплые, сильные, уверенные — они обняли меня за талию. Я замерла.
— Ах! — вырвалось у меня, и я зажмурилась.
— Привет, кис, — раздалось с хриплой ухмылкой у самого уха.
Я распахнула глаза. Мусим. Он. Здесь.
— Что ты здесь делаешь?! — резко сказала я, злость и растерянность подскочили до горла.
Он не ответил. Вместо этого его губы прикоснулись к моей шее.
— Эу… Что ты делаешь?.. — пробормотала я, теряя твердость.
Молча, он мягко развернул меня лицом к себе, взял за руки, посмотрел в глаза — и только потом заговорил:
— Тогда, в тот вечер… Она ко мне приставала. Я оттолкнул её. Она схватила меня за шею, а ты… ты как раз вошла. Всё выглядело не так. Я хотел объяснить, но ты исчезла.
Я смотрела на него, сердце стучало быстро. Слишком быстро. Всё ещё не верила. Но в глубине всё будто щелкнуло на место.
— Прости, — прошептал он. — Я не хотел, чтобы ты страдала из-за глупости.
Я кивнула. Медленно. Молча. А потом сама шагнула к нему. Мы поцеловались. Не громко, не страстно — но по-настоящему.
После этого всё было как в кино: он жарил овощи, я резала хлеб, мы смеялись, ругались, спорили, как будто ничего и не было.
И вот — дверь открывается. Возвращаются.
— Э… А ты чё здесь делаешь? — Соня застыла в прихожей, глядя на Мусима.
Вика выглядела потрясённой. Артём напрягся, его челюсть сжалась.
Мусим вытер руки, подошёл ближе к ним:
— Я пришёл, чтобы всё объяснить. Мы с Кирой поговорили. Прошу прощения у вас всех — за ту ситуацию и за то, как всё выглядело.
Молчание. Только тикающие часы.
— Ну ладно, — Соня первая смягчилась. — Если Кира простила, я тоже.
Вика кивнула, всё ещё удивлённая. Артём стоял, глядя в пол, потом бросил:
— Только не разочаруй её снова.
Мусим лишь тихо кивнул.
А я стояла посреди кухни и вдруг поняла: впервые за долгое время мне спокойно.
Продолжение следует...