3
Под козырьком заброшенного подъезда стоял парень лет двадцати с напряжённой осанкой и настороженным взглядом. Тохин. Он заметил приближающихся Мусима и Киру, сразу выпрямился, как пружина.
— Я не с вами, — бросил он на ходу, даже не дав им подойти. — У меня всё чисто.
— Нам не чистота нужна, — спокойно сказал Мусим, оставаясь на расстоянии. — Нас интересует Лёха. Исчез. Говорят, он с вами крутился.
— Не знаю я никаких Лёх, — ответил Тохин, глаза метнулись в сторону, но он тут же вернул себе хладнокровие. — И знать не хочу.
— Серьёзно? — тихо спросила Кира, делая полшага ближе. — А если он просто мальчик на побегушках, которого кто-то использовал и слил? Это по-вашему по-пацански?
Он сжал челюсти. Губы дрогнули, но голос оставался твёрдым:
— Это не моё. Я вне.
— Но ты рядом, — жёстко вставил Мусим. — И если кто-то начал играть в молчанку, может закончить в грязи лицом вниз. Мы не угрожаем. Мы предупреждаем.
Наступила тишина. Только капли дождя стучали по козырьку.
Тохин чуть опустил голову, будто боролся с чем-то внутри.
— Он... ходил с нами на дело, — наконец произнёс он. — Ничего серьёзного. Сказали — просто посмотреть, отнести пакет. А потом — тишина. Все сделали вид, будто его и не было. Даже Бладной сказал — забудь.
— Где это было? — спросила Кира.
— Старый автосервис за путепроводом. Вечерами там кто-то остаётся. Только я туда не сунусь. И вам не советую.
— Мы сами решим, куда соваться, — сказал Мусим.
Тохин кивнул коротко, будто этим снял с себя ответственность.
— Вы этого не слышали. И меня вы не видели.
Он развернулся и ушёл, быстро и молча.
Кира посмотрела на Мусима:
— Ну что?
— Едем в автосервис.
— Без шуток, без жвачек. Только дело.
— Вот и проверим, кто из нас по-взрослому.
Продолжение следует...