33
Утро после их примирения выдалось непривычно тихим. Чжань проснулся с ощущением, будто вчерашний разговор был сном - пока не увидел смятую куртку Ибо, все еще лежащую на стуле у двери.
Он налил в две чашки кофе, добавив в одну три ложки сахара - именно так пил Ибо, хотя никогда не признавался, что любит сладкое. Чжань заметил это случайно, подсмотрев, как учитель в пустом кабинете воровато подсыпает себе еще сахара.
Дверь в спальню скрипнула. Ибо стоял на пороге, его пальцы судорожно сжимали дверной косяк.
— Я... не уверен, что смогу сегодня вести занятия, - прошептал он.
Чжань видел, как тяжело ему в этом признаться. Ибо, который никогда не пропускал уроков, даже с температурой. Ибо, для которого слово "не могу" было равносильно поражению.
— Значит, не пойдешь, - Чжань поставил сладкий кофе перед ним. — Мы можем весь день смотреть эти дурацкие кулинарные шоу, которые ты тайно обожаешь.
Ибо удивленно поднял глаза.
—Как ты...?
—Ты оставляешь вкладки открытыми на рабочем компьютере, — усмехнулся Чжань. — Между 'Квантовой физикой для начинающих' и 'Методиками преподавания'.
Ибо впервые за эти дни рассмеялся - тихо, смущенно, прикрыв рот ладонью. И Чжань поймал себя на мысли, что ради этого звука готов терпеть все его страхи, все откаты и сомнения.
Они так и просидели весь день - плечом к плечу, но не касаясь друг друга. Ибо постепенно расслаблялся, иногда даже забываясь настолько, что его мизинец случайно касался Чжаня. И тогда он замирал, но больше не отдергивал руку.
Это было маленькой победой. Но для Чжаня - самой важной.