Часть 49
Дорога домой казалась бесконечной.
Салон внедорожника был пропитан запахом дорогого парфюма Чонгука и тем самым густым, почти осязаемым напряжением, которое обычно предшествует буре. Тэхен сидел на пассажирском сиденье, закинув ногу на ногу, и намеренно медленно проводил ладонью по своему бедру, выше, к самому краю.
— Чонгук-а, — прошептал он, и в тишине машины этот голос прозвучал как выстрел. — Тебе не кажется, что здесь слишком душно?
Чонгук сильнее сжал руль, так что костяшки пальцев побелели. Он видел каждое движение Тэхена боковым зрением. Он видел, как тот облизывает губы, как стреляет глазами, как дразняще выгибает спину.
— Перестань, — хрипло бросил Чонгук, прибавляя скорость. — Мы почти приехали. Если ты сейчас не прекратишь, я остановлюсь прямо на обочине.
Тэхен тихо рассмеялся, и этот смех заставил Чонгука до боли стиснуть зубы. Как только машина замерла на парковке, Тэхен не стал ждать. Он выскочил первым, но стоило им переступить порог квартиры, как дверь за ними захлопнулась с оглушительным грохотом.
Буря началась мгновенно.
Чонгук впечатал его в стену в прихожей, впиваясь в губы жадным, почти злым поцелуем. Они не раздевались — они буквально сдирали друг с другом одежду, пуговицы с треском летели на пол, ткань рвалась под нетерпеливыми пальцами. Тэхен обхватил талию Чонгука ногами, вжимаясь в него всем телом, чувствуя его жесткое возбуждение сквозь остатки белья.
Не прерывая поцелуя, Чонгук донес его до спальни и практически швырнул на широкую кровать. Тэхен упал на мягкие простыни, разметав волосы по подушке, и не успел выдохнуть, как Чонгук уже навис сверху, фиксируя его запястья над головой.
Он вошел в него резко, без долгих прелюдий, выбивая из Тэхена первый оглушительный стон. Они двигались в безумном, рваном ритме, кровать ходила ходуном, а воздух в комнате, казалось, раскалился до предела.
Чонгук доминировал, заполнял его собой полностью, заставляя Тэхена только судорожно ловить ртом воздух. Но в какой-то момент, когда градус безумия стал почти невыносимым, Тэхен, собрав последние силы, уперся ладонями в грудь Чонгука и резко перехватил инициативу.
— Ч-что ты... — только успел выдохнуть Чонгук, но Тэхен уже перекинул ногу через него, устраиваясь сверху. Его волосы падали на лицо, капли пота скатывались по вискам.
— Теперь... я хочу сверху, — прорычал он, почти стыдясь собственной смелости, но глаза его горели.
Чонгук прикусил губу, смотря снизу на это зрелище, и его зрачки расширились.
— Блять, щеночек...
Тэхен обхватил его член рукой, провёл по своей щели, и, задыхаясь, медленно опустился. Он запрокинул голову, закусил губу, из его горла вырвался глухой протяжный стон.
— Твою ж мать...
Чонгук выругался сквозь зубы, вцепившись в его бёдра. Он смотрел, как Тэхен двигается, как его тело выгибается, как дрожат губы от удовольствия.
— Сука...
Тэхен начал медленно покачивать бёдрами, будто издеваясь. Его движения были тягучими, горячими, он сам задавал ритм.
Каждый раз, садясь глубже, он издавал такие стоны, что Чонгук едва держал себя в руках.
— Ты... чертовски красивый сверху, — прохрипел Чонгук, поднимаясь и кусая его сосок, хватая зубами, играя языком.
Тэхен задрожал, ускорил движения, опираясь ладонями ему на грудь. Его волосы растрепались, спина выгибалась, капли пота скатывались по шее и падали на кожу Чонгука.
— Смотри на меня, — сказал Чонгук, удерживая его за подбородок, заставляя встречаться глазами.
Тэхен застонал громче, отчаянно, двигаясь быстрее. Его пальцы скользили по груди Чонгука, оставляя красные полосы. Он будто терял контроль над телом, но всё равно продолжал верхом выжимать максимум удовольствия из каждого движения.
Чонгук поддался, встретил его толчками снизу, и каждый раз Тэхен почти кричал, отбрасывая голову назад. Его голос эхом разносился по комнате.
— Боже мой, Чонгук... — выдохнул он, дрожа от жара.
И они двигались так — один сверху, жадный, требовательный, другой снизу, держащий его за бёдра и задающий такой встречный ритм, что кровать скрипела.
Тэхен, облизывая пересохшие губы, опускался и поднимался на члене Чонгука. Каждый сантиметр давался ему с протяжным стоном, тело выгибалось, будто пыталось вместить в себя всё это безумное ощущение. Его пальцы вцепились в бёдра Чонгука, ногти оставляли красные следы.
Он был сверху, полностью во власти своих движений, и это сводило его с ума. Он приподнимался, чувствуя, как член выходит почти полностью, и снова садился, с глухим вскриком захватывая всё глубже.
— Блять... ты убиваешь меня... — простонал Чонгук, запрокидывая голову, но тут же вернув взгляд к нему.
Тэхен начал ритмично покачивать бёдрами — медленно, дразняще, будто растягивая каждую секунду. Он закусил губу, глаза закрылись, дыхание сбилось. Его волосы падали вперёд, касаясь лица Чонгука.
— А-ах... — сорвалось с его губ, грудь вздымалась, тело дрожало.
Чонгук рывком сел, обнял его за спину и прижался губами к шее, оставляя влажные следы, покусывая нежную кожу. Его руки обхватили бёдра Тэхена, задавая темп.
Встречно двигаясь, он проникал глубже, заставляя Тэхена громче стонать.
И вдруг Чонгук скользнул рукой вниз. Его ладонь обхватила член Тэхена, скользкая от возбуждения кожа заставила его дрожать сильнее.
— А-а-ах... — простонал Тэхен, хватаясь за плечи Чонгука. — Не... не так... я не выдержу...
— Рано, — прорычал Чонгук ему в ухо. Его рука двигалась в такт толчкам, сжимала, дразнила, скользила быстрее.
Тэхен закусил губу до крови, его тело выгибалось на коленях Чонгука. Каждый раз, когда он опускался, член Чонгука глубоко входил в него, а его собственный пульсирующий ствол скользил в сильной руке. Он не знал, куда деться от этой смеси наслаждения, он стонал всё громче, теряя контроль.
— Блять... Чонгук... я сейчас... — срывался его голос, дрожащий и полный отчаяния.
Чонгук только сильнее ускорился, двигаясь снизу и одновременно доводя его рукой.
Тэхен, вцепившись пальцами в волосы Чонгука, вскрикнул его имя так громко, будто хотел, чтобы весь дом услышал. Его тело затряслось, бедра забились в истеричных движениях, он кончал на руку Чонгука.
Чонгук же продолжал двигаться снизу, не давая ему упасть, удерживая за бёдра, пока его сам не накрыл мощный оргазм. Он с рычанием прижал Тэхена к себе и кончил глубоко внутрь.
Тэхен рухнул на грудь Чонгука, тяжело дыша, его сердце бешено колотилось. Тело всё ещё дрожало мелкой дрожью, мышцы сводило от перенапряжения и оргазма. Он уткнулся носом в шею Чонгука, и тихо, с улыбкой на губах, прохрипел:
— Я обожаю тебя...
Чонгук запрокинул голову назад, его дыхание было сбито, грудь вздымалась. Он провёл ладонью по вспотевшей спине Тэхена, оставляя влажный след, и усмехнулся сквозь хрип:
— Меня... или мой член?
Тэхен оторвал голову, глянул на него снизу вверх, его губы растянулись в дерзкой улыбке.
— Тебя. Но член, признаюсь, я тоже обожаю, — прошептал он и коснулся губами губ Чонгука.
Они оба были липкими, кожа блестела от пота, их тела были перепачканы спермой — на животе, на бёдрах, на руках. С каждой секундой липкость только сильнее раздражала. Чонгук, всё ещё обнимая Тэхена, выдохнул:
— Мы как два чертовых липких червя...
— Тогда, может, помоем друг друга? — тихо засмеялся Тэхен, прикусывая его нижнюю губу.
Чонгук поднял его на руках, будто он ничего не весил, и, не вынимая из себя, встал. Тэхен всхлипнул от этого движения, ногти вцепились ему в плечи.
Тэхен уткнулся носом в его шею.
Чонгук ничего не ответил и понёс его в ванную.
В душе он прижал Тэхена спиной к холодной плитке, их обоих накрыла горячая вода. Струи напряжение, но не могли смыть огонь в их телах. Чонгук намылил ладони и начал медленно гладить его бёдра, живот, грудь, спускаясь ниже. Тэхен задыхался, его голова запрокинулась, губы приоткрылись.
— Ты же сказал «помыть», а не снова завести, — хрипло выдохнул он, но его тело уже само тёрлось о руки Чонгука.
— Щеночек, ну как я могу спокойно мыть такое вкусное тело? — усмехнулся тот, целуя его в ключицу.
Горячая вода стекала по их телам, смывая липкость и напряжение. Тэхен обессиленно прислонился к груди Чонгука, слушая, как у того постепенно замедляется сердцебиение.
Несколько минут они просто стояли молча, позволяя дыханию восстановиться.
Чонгук первым потянулся за гелем для душа, выдавил в ладонь и начал намыливать руки, после чего провёл ими по плечам Тэхена.
Движения были неспешными, почти ленивыми, но в них чувствовалась нежность.
Его пальцы скользили по ключицам, груди, спускались к животу, обводили каждый изгиб тела.
Тэхен прикрыл глаза и выдохнул:
— У тебя даже «мыть» получается чертовски сексуально...
Чонгук ухмыльнулся, наклонился и легко прикусил его ухо:
— А у тебя даже «стоять» выглядит так, что я снова хочу тебя.