#9
-Это еще кто!?
Рявкнул Жанн, подрываясь с кресла. Метнувшись в сторону Сойки и незнакомца, Ворон пихнул его в плечо, закрывая собой девушку.
Светловолосый хохотнул, еле-как устояв на ногах.
Ворон подхватил Сойку за талию и притянул к себе, грозно смотря на парня.
Выглядело весьма нелепо. Крупный и высокий парень под 190см ростом, словно стена и "коротко-худющая" Сойка, словно спичка.
-Вы что, не помните меня мисс Шварц?~
Мягко протянул незнакомец, разводя руки в разные стороны.
-Помню.
Отрывисто кивнула голубоглазая и сильнее сжала ткань футболки Ворона.
-Сойка? Ты его знаешь?
Недоумевающе спросил Ворон.
-Я встретила его год назад на улице.. это было тогда, когда я еще жила с родителями.
Послышался мерзкий смех со стороны незнакомца. Лицо Сойки искозилось от ужаса.
-Если ты не обьяснишь почему вселяешь в Сойку такой ужас, я клянусь что разорву тебя в клочья.
Сквозь зубы процедил Жанн, сильнее прижимая к себе девушку.
-А. Ее пугает то, что я пришел за ней. И что я хочу забрать ее.
Сойка удивленно свела брови и поежилась.
-Две тысячи миль.
Шепотом сказала она.
-Что прости?
Надменно и со смешком спросил парень.
-Две, чертовы, тысячи мили! Эта клиника от моего дома.. Это место, другой конец Америки!
Жанн был удивлен не меньше. Прикрыв собой Сойку, Ворон двинулся на незнакомца, выставив перед кулаки.
-Для чего ты сдесь, и как ты дерьма кусок, смог ее найти!?
Парень выдавил нервный смешок, слегка отступив назад.
-Мой очень хороший и давний друг после твоего отьезда сюда, устроил в твоем городке настоящую Хеллоуинскую Резню. Его и остальных его людей могут повязать за убийства, поэтому он связался со мной, как с Чистильщиком. Он давно мне задолжал, а от работы я никогла не отказываюсь. Поэтому я должен явится туда и подчищать за ним следы.
Сойка в ужасе прикрыла рот ладонями.
Она вспомнила, что когда первый раз его видела, у него была лопата и странный черный мешок.
-Кто твой этот друг.. и, зачем тогда я?
Голос девушки неистественно дрожжал, выдавая беспокойство.
-Мой друг, безликий, Слендермен, проще говоря.
Тишина. Она давила на уши так сильно, словно казалось что звуки вовсе пропали. Тиканье часов, шелест ветра за окном и даже собственное биение сердца. Жанн слышал о нем.
-Я знаю кто это.- скрипуче, произнес Ворон.- но думал что он всего-лишь городская легенда.
-Городские легенды порой оживают.
Бодро отозвался Чистильщик.
-Так что насчет меня? Зачем я тебе?
Сойку волновал этот вопрос больше всего.
-О-о-ох, все просто. Мне сказали взять одно доверенное лицо для помощи, ибо работенки много, а ты сильная.
Чистильщик склизко растягивал слова, все также улыбаясь.
-Я- сильная? Это шутка?
И вправду. Назвать Сойку сильной, равносильно назвать курицу- павлином.
Она явно была черезчур худа. Ее действия из-за таблеток были дерганными, а сильные синяки под глазами говорили о бессонице.
-Безусловно, ты - сильная и даже очень. Оно ведь рядом.
Стоп, оно? Сойка непонимающе взглянула на Чистильщика, а тот пояснил.
-Ну вон тот, черный с большим глазом. Он питает тебя, благодоря ему ты все еще живешь.
В ушах резко запищало, а слова парня заставили обернутся. Пусто. В комнате только она, Жанн и Чистельщик. Только девушка хотела возразить, как почувствовала сверлящий взгляд в спину. Наблюдатель?
Он ЕГО видит?
-Ты видишь его?
-Неа, просто знаю и чувствую.
Перебил блондин.
-Даже так, с чего ты взял что я соглашусь? Не знаю как другие, но я ни за что не хочу быть оружием в твоих руках.
Тот как-то жутко рассмеялся и стал шарить по карманам. Спустя минуту, в его руках что-то поблескивало. Подрйдя ближе, Сойка замерла.
-Ублюдок!
Гаркнула та, отпихивая "стену" из Ворона. Сойка молнеиносно накинулась на парня и стала наносить точные удары по животу парня.
Выхватив у него знакомую до боли вещицу, Сойка что-то невнятно проскулила, вставая на ноги. Пока парень лежал, она плюнула недалеко от него и последний раз ударив того ногой, отошла в сторону.
Ярость горячими потоками разливалась по телу. Непонятно почему, Сойке хотелось ударить Чистильщика, да так, чтобы его лицо стало одним кровавым месивом. Ей хотелось вырвать его потроха, всю гниль, все внутренности, и запихать в его же глотку.
В ее руках, лежал кулон Ели. На нем была засохшая кровь и несколько светлых волосков.
Ель.
-Я убью тебя.
Сквозь зубы процедила Сойка, прижимая кулон к сердцу.
-Не кипятись, она живая. Пойдешь со мной, поработаешь на меня, отпущу обоих.
Словно избиения и небыло, парень встал, слизывая кровь с губ. Улыбка так и не сошла с его лица.
-Я согласна, но Ворон идет со мной.
Трясущейся рукой, девушка указала на Жанна. Тот оскалился, окатываяя Чистильщика ледяным взглядом.
Она здалась. Так глупо, но одновременно чувственно и глубоко. Ей казалось что вот вот она проснется, что это сон. Что с ней все хорошо, что она здорова, хорошо питается и спит. Что ужасных шрамов на ее лице нет, а родители любят ее. С Елью все в порядке, в ее городе никого не убили. И самое главное, она никого не убила.
Но это не сон.
Она за сотню километров от дома, кроме Ворона ее некому защитить. Родители упекли неудавшуюся дочь в психушку, после того как она стала параноиком, после того как исцарапала себе лицо. После того как убила людей.
Она совершенно перестала спать, ей стало страшно даже на секунду находится одной. Ее волосы коротко полстрижены под мальчика, сильно всколочены. От таблеток цвет лица стал бледным и болезненным. Большие синяки под глазами и зависимость от снотворногл. Неправда ли, хорошее положение дел в 16 лет?
Если бы не этот чертов взгляд в спину, она бы была как все в этом возрасте. Металась бы с подругами по магазинам, прожигала бы ночи в клубах и имела парня. Волновалась из-за экзаменов и сломанного ногтя. Первый раз бы выпила, бросила. Смотрела на звездое небо с крыши своего дома. Ела бы завтрак в постель от отца в женский день, копалась бы в грядках у бабушки. Купалась бы в море в лагере и ходила с классом на каток. Целовалась на задних рядах и убегала от патрульных в коменданский час.
Но нет.
Он пришел, когда-то в детсве. Он шептал свою песнь, сводил с ума и пугал. Мерзким смехом рассказывал поднакотню близких. Насылал ночные кошмары и букет фобий. Заставлял в самый важный момент слечь с болезнью или "случайно" падать с лесницы.
Надоело. Тошно, мерзко, противно.
Теперь она будет использовать его как инструмент, и перестанет сдерживатся.