Глава 1: Дьявол
Пустая рюмка издала характерный звук, ударившись о стол.
- Хорошая ты баба, Марина, и семья наша хорошая. Хохлам не понять всю силу русского духа - Воодушевленно сказал Владимир Птанин, - А ты, чего не пьёшь? - обратился он к своей прекрасной жене, голубоглазой молодой блондинке.
- Ну, я, вроде как, в положении, - Неосторожно пробормотала Марина.
- Русская, значит пей! И ребенок наш русский, его тоже надо приучать любить родину!
Муха приземлилась на лампу, подобно вертолёту Ми-28Н "ночной охотник", оснащённому тридцати миллиметровыми пулеметами, для уничтожения фашисткой мрази. На лампу, которая освещала этикетку "Пяти озёр", но Владимир был уверен, что и моря русскому человеку было бы мало, недаром его любимым выражением было: "Если б море было водкой, я бы стал атомным ракетным подводным крейсером стратегического назначения "Князь Владимир""
Марина наполнила рюмку русским эликсиром, добавив свой секретный ингредиент: слезу гордости за отечество, упавшую с её щеки.
Запрокинув голову, она осушила стопку и поставила её на стол.
Владимир смотрел на муху и думал о том, что ничего и никогда не изменится, эта мысль грела его душу. Он любил свою отчизну и желал ей всего самого наилучшего. Здоровья лидеру и мучительной смерти врагам, если они, конечно, не успеют сбежать, поджав хвосты. Ему завтра в лабораторию. Как раз будет шанс испробовать раствор от похмелья на основе домашнего рассола "Бодрячок", который, он, кстати, и изобрёл.
- Умом Россию не понять, - уверенно сказал Владимир, чтобы прервать долгое молчание.
- Да и хрен с ним... - закончила Марина, - Ладно, Володь, мне ещё завтра на ЭКГ, а тебе на работу, так что пойдём уже спать.
Свет погас, а муха начала тщетно биться в стекло кухонного окна, вероятно, пытаясь понять тонкости русской души.
Владимир сверил все формулы и, смешав нужные реагенты, проведя необходимые химические преобразования, приготовил себе порцию "Бодрячка".
Ноги подкосились, в глазах потемнело, и Владимир упал на пол.
Через секунду он уже открыл глаза и продолжил делать свою работу - формулу надо исправить.
- Ну как, чего там видно? - Осторожно спросила Марина.
Она всегда была очень осторожной, всегда боялась сделать ошибку и ждала каких-нибудь "подлянок" от мира, и конечно, не в последнюю очередь, потому что она их регулярно получала. - Дорогуша, - Начала бабушка в халате, - не волнуйтеся, лежите спокойно.
Вдруг бабушка поморщилась. Её "рабочее" безразличное лицо сменилось лицом полным ужаса.
- Ой, девочки, что ж это за горе такое... - обратилась она к медсестрам, заполняющим бумажки.
Марина с неподдельным русским страхом смотрела на всю эту картину.
- Что там, говорите, он умер?- дрожащими губами проговорила она.
- Господи, - перекрестилась бабушка, -
за что же ты людям такое то посылаешь, у вас, женщина, либераха.
Марина застыла в ужасе.
"Как я могла "это" в себе носить?", "Что обо мне подумают мои соседи?", "Что на это скажет Володя?" - эти мысли волной, подобной ударной волне от "Тополя М" - российского ракетного комплекса стратегического назначения, не имеющего аналогов в мире, неслись через голову Марины.
- У вас в клинике аборты делают? - резко спросила Марина.
- Конечно, конечно, - замешкалась бабушка в халате, - Люська, убирай того мужика с пулевым, - у нас либераха.
Бабушка металась по комнате около минуты, искала инструменты и записи, а потом снова подошла к Марине и сказала: "Знаете, дорогуша, я вам как верующая женщина... Это от лукавого, точно вам говорю.
Марина легла на операционный стол.
- Какого наркозу будешь? - Спросила бабушка.
- Русского, - С гордостью ответила Марина. Володя её учил гордиться тем, что она русская и у него это хорошо получалось, он был великолепным оратором
- Эт правильно. - Ответила бабушка и поднесла рюмку водки с долькой солёного огурчика сверху. - Во, сама растила, сама мариновала, очень вкусные.
Марина выпила и закусила, даже не изменившись в лице.
- Во! Русская баба, сразу видно! - С довольным лицом заметила бабушка - Люська, нашатырю ей.
Люська принесла вату с нашатырным спиртом и надолго прижала её к носу Марины.
- Так! - приказным тоном начала бабушка, - Люська, гимн!
Люська подошла к старому магнитофону и нажала на кнопку с треугольником.
Прасковья, лови этого нехристя клещами.
Молодая практикантка Прасковья встала прямо напротив отверстия, откуда должен был появиться либераха, со старыми ржавыми клещами в руках. Прасковья, конечно, слышала, что на практике ей придётся столкнуться с испытаниями, но чтобы с такими... Нет, университет её к этому не готовил. Заиграл советский гимн.Зародыш начал толкаться, будто чужой, внутри Марины, она в свою очередь мотала головой в полусознательном состоянии и подпевала слово в слово.
Из влагалища начали слышаться крики: "Тупые совки! Миллионы расстрелянных лично Сталиным!Геноцид, Геноцид! Вы не имеете права!"
После недолгой тишины начали слышаться поросячьи визги, что-то про Крым, после чего из матки на бешеной скорости, подобно дозвуковой ракете "Буревестник" с ядерной установкой, вылетел либераха с пуповиной в зубах и в красной кепке "Make America great again" Прасковья мгновенно сжала клещи.
Она еле стояла, у неё подкосились ноги и на лице был неподдельный страх. Она окаменела.
- Мочи, его, суку, - закричала бабушка, - чего стоишь, в мусорку бросай, в мусорку!
Прасковья бросила либераху вместе с клещами в мусорку.
Советский гимн приблизился к припеву.
Марина подскочила и встала на ноги, и, взявшись за сердце начала петь:
"Славься отечество наше свободное"
На удивительные вещи способен русский человек. Порой, мы можем хлестать водку литрами, но когда она нам нужна для анестезии, то и стопки хватает, мы определённо подчинили себе эту стихию. Марина стояла под наркозом, с закрытыми глазами, сквозь жалюзи её освещала звезда по имени солнце, подчёркивая символичность текущих по её ляжкам красных струй
"Рррря, Рашка-парашка!" - вырвалось из мусорки.
Люська взяла своё орудие и осторожно подбежала к мусорке.
Мусорка опрокинулась, и клещи прижали пиндосского выблядка. Без шансов на реабилитацию.
Они допели гимн и Марина упала без сознания.